Внимание! Муж-волшебник, или Куда приводят мечты - Франциска Вудворт

— Он знает, что я стремилась к сыну.

— Вы его Тень!

— А ещё я мать Филиппа.

— Значит, вы из-за этого не желаете снимать артефакт? Как вы не понимаете, что Его Величество заявит протест вашему Хозяину, и он сам снимет его вашими же руками. Лучше сделайте это сейчас и сами.

Ха, пусть надеется! Он же не знает, что без моего разрешения Ридгарн не может захватить контроль над моим телом.

— Филипп ещё мал. Я не хочу, чтобы кто-то воспользовался его наивностью и заставил отдать артефакт. Ведь ребёнка уговорить проще, чем взрослого человека.

— Я не понимаю, что стоит за вашим упрямством, — нахмурился азгарн, — но вы ошибаетесь, испытывая моё терпение. Взрослого человека заставить что-то сделать намного проще, чем ребёнка. Что вы скажете, если я запрещу вам видеться с сыном?

— Ваше право, — не дрогнула я. — Только человек, который действительно заботится о благополучии Филиппа, никогда не сделает этого.

Ламмерт заскрежетал зубами, испепеляя меня взглядом.

В главном зале азгарн сел в кресло, напоминающее трон. Я передала ему на руки Филиппа.

— Встаньте сзади и снимите с себя эту тряпку! — процедил мужчина, кивая на слинг-шарф.

Не споря, я развязала его, но материю не убрала, а набросила на плечи в виде палантина. Встав позади кресла и, положив руку на его спинку, я в свою очередь прошипела:

— Мы как семейная парочка на старинных портретах.

Бесили их нравы. Почему мужчина сидит, а женщина вынуждена стоять?!

— Мечтаете о браке? — издевательски поинтересовался азгарн.

— Зачем мне это? В моей жизни уже есть мужчина, для которого я самая лучшая и который любит меня просто за то, что я есть.

— Не обольщайтесь насчёт аттана Корнуилса.

— Причём здесь он?! Я говорю о Филиппе. Он самый важный мужчина в моей жизни и других мне не надо.

— Любопытно, ваш любовник знает, что ничего для вас не значит?

— Это вы о ком?

— Их так много?

— Не могу понять, кого вы мне решили приписать.

— Не нужно разыгрывать непонимание. Я говорю об аттане Корнуилса.

— Но я действительно не понимаю, это вы его повысили или понизили? Раньше вы его называли просто моим хозяином, — тянула время я, размышляя, с чего это он взъелся.

— Хотите сказать, что между вами ничего нет?

— Хочу сказать, что моя личная жизнь вас никоим образом не касается, — отрезала я. А ещё очень хотелось добавить, что если завидует, то пусть делает это молча.

— Я бы не был так в этом уверен. Моя задача, как опекуна, проследить, чтобы наследника Хоэрвена окружали достойные женщины.

«Забавно, он их лично отбирать собирается?» — задалась вопросом я.

— С каких пор вы стали блюстителем нравственности? У меня на родине есть очень хорошая поговорка: «В чужом глазу соринку видит, а в своём и бревна не замечает».

— На что вы намекаете? — вскинулся азгарн.

— Я? Ни на что. Просто любопытно, а кто оградит Филиппа от недостойных мужчин?

— На меня намекаете? — побелел Ламмерт и, повернув голову, пронзил меня ледяным взглядом.

Меня так и подмывало сказать: «Нет, прямо говорю», но заплакал Филипп.

— Ш-ш-ш, — обошла я кресло и склонилась над ним, разглаживая пальцами недовольные складочки на лбу. — Все в порядке. Мы не ссоримся.

Филипп затих, а я посмотрела на азгарна, который напряжённо ждал ответа.

— Очень хочется сказать «да», но говоря откровенно, пока вы показали себя действительно хорошим опекуном. И раз смогли преодолеть свою антипатию ко мне и допустить меня к Филиппу, то и я справлюсь со своей и смирюсь с вашим присутствием рядом с ним.

Высказав это, я вернулась на своё место за креслом. Азгарн помолчал, а потом дал отмашку, чтобы запускали гостей.

Единственная причина, по которой мне разрешили присутствовать в главном зале — артефакт главы рода на моей шее. Уже позднее я узнала, что по традиции преемник надевает его, принимая вассальные клятвы. Сейчас сложилась нестандартная ситуация: наследник младенец, опекун к роду Климлитов отношения не имеет, и я — вдова с артефактом на шее и в довершение ещё и Тень.

Один шибко умный осмелился спросить у азгарна, почему артефакт Климлитов на мне. Тот ответил, что Владслав, перед поединком, передал его мне.

«Желаете оспорить выбор гуана Лотарии?» — ледяным тоном поинтересовался Ламмерт.

Не желали. Как и подобных вопросов больше не задавали.

Я не обольщалась насчёт нежданного заступничества: артефакт с меня снять он не мог, и приходилось выкручиваться. А если задуматься, судьба неплохо подшучивала над нами, заставляя поддерживать друг друга: то он из-за болезни Филиппа допустил меня к сыну, то я пришла к нему с информацией о Базианах, теперь он дал людям понять, что артефакт — это было решением Влада.

Во время всей церемонии Филипп как будто чувствовал важность момента и вёл себя тихо. Когда всё закончилось, Ламмерт передал его мне, и я покинула собравшихся. Не знаю, что там было дальше. Устала, если честно, да и сына кормить было пора, грудь уже ныла.

* * *

Последующие дни были посвящены домашним делам и подготовке к поездке. Азгарн поставил в известность, что через несколько дней мы выезжаем. Он решил со мной посетить земли, которые отошли аттану, а так же остальные доставшиеся ему владения. Подразумевалось, что их я буду посещать с ним. Филиппа брали с собой, и он не собирался доверять его мне.

Под шумок я ещё несколько раз заходила в комнаты Влада, но мы так ничего и не нашли. В изъятой переписке аттан обнаружил для себя много интересного, но ничего, касаемо интересующей меня информации не было.

Я не знала, где ещё можно поискать. Сунулась в библиотеку, но нашла только несколько отложенных книг и ни клочка личных записей или каких либо пометок. У меня зародилось нехорошее подозрение, что Влад специально сам всё уничтожил. Если подумать, таким образом он мог подстраховаться, являясь единственным, кто знал путь в мир, где существуют наяриты.

Был ещё кабинет, но попасть в него я так и не смогла. Его занимал азгарн и замкнул защиту на себе. Если насчёт посещения личных комнат Влада он ничего мне не сказал, то сомневаюсь, что промолчал бы, сунься я туда.

Мы с аттаном немного исследовали тайные ходы. Один из них соединял хозяйскую спальню с гостевой. Забавно, для чего? Прежние владельцы селили туда своих любовниц?!

Ридгарн возле кабинета установил маячок, и через тайный ход мы, поплутав, прошли к нему. Жаль, хоть вход туда и был, но войти мы не смогли, на нём тоже стояла защита азгарна. Обычным зрением я видела сплошную стену, а при переходе на магическое, чётко прослеживалась дверь, оплетённая силовыми нитями. Это указывало на то, что Ламмерт знал о нём, что говорило о степени доверия к нему у Влада. Мы даже не стали искать, как он открывается.