Хроники Горана. Прознатчик - Александр Башибузук

Тем временем упырь по широкой дуге обошел костер, явно колеблясь, немного помедлил, а потом совершенно беззвучно скользнул к гноме. Лучик луны, упав на «гостя», высветил совершенно человеческое, но мертвенно-бледное мужское лицо с тонкими чертами и длинным острым носом.

Ну давай… Я дождался, пока упырь повернется ко мне спиной и, подскочив, в прыжке ткнул его мечом.

Могу поклясться, что достал! Достал же, на добрую ладонь вогнав острие!

Но «гость», будто ничего не почувствовав, с тихим шипением на лету превращаясь в существо, очень похожее на бескрылую летучую мышь, одним прыжком вскочил на стену и, мгновенно оттолкнувшись, полетел уже на меня, вытянув вперед длинные руки с кривыми тонкими когтями.

Я рубанул наотмашь, стараясь попасть по нему еще в прыжке, но споткнулся о сумку и с грохотом рухнул на пол. Упырь, понимая, что тоже промахивается, попытался развернуться в воздухе и все-таки царапнул когтями по поле бахтерца, пролетая мимо. Взвизгнул от досады, цепко приземлился на каменный пол, сразу группируясь для следующего прыжка.

– Ах ты, сука!.. – Понимая, что не успею ударить мечом, я отмахнулся рукой и неожиданно попал кулаком упырю прямо по морде. Тварь кубарем полетела в угол, попыталась вскочить, но я рванул на коленях к ней и опять ткнул клинком, на этот раз угодив куда-то в бок.

Снова зашипев, только уже с явными нотками боли и злости, упырь с неожиданной для такого хрупкого тела силой саданул меня лапой по руке и выбил меч. Занес вторую лапу, матово блеснув когтями…

– А вот хрен тебе!!! – Кулак, закованный в латную перчатку, с хрустом влепился в морду твари, откинув ее к стене. Следующий удар с хрустом вбил башку упыря в острую грань торчащего из стены камня. Испустив пронзительный визг, чудовище, яростно царапая когтями пол, попыталось вывернуться, но получило очередную плюху и неожиданно стало обращаться. На уродливой, покрытой редким волосом безносой морде промелькнули человеческие черты. Тварь силилась что-то сказать, но я, совершенно забыв про меч и окончательно остервенев, безостановочно лупил упыря кулаками. А когда он обмяк, подхватил за ногу и, как цепом, стал молотить об пол. Силы для этого в моем нынешнем теле хватило с головой. Остановился лишь тогда, когда упырь стал похож на рваную тряпичную игрушку. Но все равно оставался живым. Один глаз вытек, но второй из-под подрагивающего века продолжал с ненавистью пялиться на меня. Губы, пуская кровавую слюну, кривились, силясь что-то сказать.

– Ф-фух, ястри тя… гребаная кровососина… – Еще раз пнул его, отдышался и, подобрав меч, разрубил для верности тело упыря на несколько частей.

Голову оставил, а остальные куски запинал в угол, чтобы там спалить. Сейчас… Надо только постараться не взорвать всю башню, к шишигиной матери. Но не успел.

– Еще так ра-а-ано… – Франтя наконец соизволила проснуться и, не вставая, сладко потянулась.

– Нормально… – не очень приветливо буркнул я, разозлившись тому, что она мне помешала. Дрыхла бы себе дальше.

Явдоха, по своему обыкновению, пробудилась вместе с гномой, с шумом втянула в ноздри воздух, и вдруг, бешено взблеяв, шарахнулась в сторону и забежала за свою подругу.

– Ой! – коротко ойкнула хафлингесса, увидев упыря. – А что… что это?

– Наверное, упырь, точнее не знаю… – Я передумал палить чудовище и решил взвалить это дело на гному. Ну его… потом опять ожоги мазью лечить.

– А когда? – Гнома осторожно приблизилась и толкнула носком сапожка останки кровососа. – Когда ты его прибил?

– Только что. Кажется, он вас с Явдей каким-то образом причаровал, потому что дрыхли без задних ног и ничего не слышали. А меня – не получилось… Ну и вот…

Гнома неожиданно покраснела, опустила голову и буркнула:

– Спасибо. Если бы не ты, он бы нас выпил. Или, что еще страшнее, обратил.

– Ладно. А теперь сожги его. Мало ли…

– Подожди… – Франка присела возле головы. – Он обращался?

– Да. Что-то наподобие летучей мыши, только без крыльев.

– Угу… – глубокомысленно хмыкнула гнома. – Все ясно. Это захлюст. Видишь, у него волосенки на башке – как белесый пух. Легко отличить от нормального человека. Поэтому они самые осторожные из сословия упырей. Но не самые слабые. Даже не каждый чародей сможет от захлюстова морока оборониться. Странно, что он напал. Видимо, как раз находился в последней стадии очередного изменения, а вурдалаки в этот период дико страдают и стараются побольше пить и жрать, чтобы быстрее завершить трансформацию. Не брезгуют даже домашней скотиной. Вот и не удержался. Очень опасный монструм. Как ты его одолел?

– Молча. Прибил его кула… – Я хотел сказать правду, но запнулся, отчего-то застеснявшись.

– Кулаками? – удивилась Франка. – Надо было припалить. Они огня пуще серебра боятся. Хотя понятно. Ты все время в азарте забываешь про свою Силу. Надо бы тобой заняться на досуге. Но прибить вурдалака кулаками – это что-то. Ты хоть понимаешь, что он мог тебя просто разорвать, как тряпку? Этот был не новичок, а ближе уже к адепту, то есть за спиной у него не менее трех жизненных трансформаций и около трехсот лет жизни. Вернее, не жизни, а бытия, полноценно живыми вурдалаков не назовешь.

– Откуда ты все это знаешь?

Гнома в ответ насмешливо фыркнула:

– Откуда, откуда… от двугорбого чуда-юда! Ты не смотри, что я недоучка. Монстрологию нашему циклу преподавал сам Бигос Пшек. А этот старый козел умел заставить уважать свой предмет. Тут вот что… у него где-то здесь логово должно быть. Давай поищем? А? А там, знаешь…

– Серебро? Они же его боятся…

– Злато! – азартно заявила гнома. – Захлюстов еще зовут златниками! И каменья драгоценные да утварь. Представь себе…

– Злато, говоришь? Времени у нас в обрез… – Я покачал головой и сунул Франке баклагу в руки. – Слей мне умыться, потом позавтракаем, иначе я сейчас с голоду сдохну. А уже потом…

Явдоха кивнула головой, пристукнула копытцем и фыркнула, намекая, что тоже не против завтрака.

– Хорошо, – против обыкновения гнома не стала препираться, – но смотри, ты пообещал. Мы быстро…

Быстро не получилось. Пока завтракали, окончательно рассвело. Потом я собирал вещи и грузил их на санки, а гнома, попросив подсадить ее на второй этаж башни, развела там какую-то волшбу.

Ну-ну… какое, к кикиморе, логово с сокровищами? Еще сама навернется сверху, тащи ее потом на закорках… Короче, хватит баловства. И вообще, у нее падчерица пропала, можно сказать, общественное положение рушится, а она… Еще четверть часа – и все, сворачиваемся…

– Снимай меня. – В провале перекрытия показалось довольное лицо гномы. – Нашла. Понятно, почему мои сторожки не сработали. Он не проникал в башню извне. Уже был здесь, таился на втором этаже.

– Вот же… – Я еле сдержался, чтобы не ругнуться. – Прыгай уже, не верещи…