Тень Мира - Дмитрий Янковский

— Вот это хорошо, вот это правильно, — похвалил Марк водителя. — Теперь тут никто не пройдет.

— Один прорвался, Марк, — встревоженно крикнула Марина. — Догоняет.

После поворота улица начала расширяться, маневрировать стало намного легче, но и эффективность пылевых завес снизилась до нуля. Оставалось одно — бить на поражение. Марк резко и непредсказуемо бросал машину от одной стены к другой и до предела увеличил скорость. Двигатель выл громко и надрывно.

— Я так не смогу стрелять! — пожаловалась Марина. — Ты хоть бы предупреждал, когда сворачиваешь.

— Предупреждаю! — рявкнул Марк и заложил такой вираж, что Марина чуть из седла не вылетела.

Слева от них прошипела серия зарядов из бортовых лучеметов.

— Метко бьет! — заметила Марина.

— Вот и училась бы!

— Да у него прицел электронный. Разве с дрожащей рукой сравнить? У тебя тоже электронный, ты бы попробовал его сбить.

— Сама напросилась!

Он резко снизил скорость и развернул машину так резко, что Марина не удержалась и шлепнулась на мостовую, как камбала с утеса, а Марк снова утопил педаль до отказа. Избавившись от дополнительного груза, мотоцикл слушался идеально. Марк наклонился к самому рулю и бросил машину вперед. Два мотоцикла промчались мимо друг друга, едва не столкнувшись.

Марина выпустила длинную очередь вслед полицейскому, но он опять увернулся в крутом вираже. Марк снова резко развернул мотоцикл лучеметами к противнику. Стражник, несмотря на превосходные навыки, не успел повторить маневр настолько же быстро.

Марк надавил на гашетку управления огнем, и вокруг медленно разворачивающегося полицейского мотоцикла поднялась плотная завеса огня, камней и пыли. Марку хватило полутора секунд, чтобы точно скорректировать огонь. Вражеская машина за считанные секунды превратилась в раскаленное огненно-дымное облако. Ажурные стены зданий содрогнулись от прокатившегося грохота взрыва. Марина закрыла голову руками, вокруг нее еще секунды три падали визжащие обломки металла.

— Все, девочка, садись, надо ехать, — спокойным голосом сказал Марк.

— Ты что, в детстве хотел парикмахером стать? — открывая голову, спросила Марина.

— С чего ты взяла?

— Чуть не подстриг меня из своих лучеметов. Аж голове стало жарко. Мог бы и повыше взять. А то мне моя теперешняя прическа нравится.

— Учту, — коротко ответил Марк, подавая Марине руку.

Она уселась позади него, закрепила лучемет в специальном зажиме на мотоцикле, удобно обхватила Марка за талию и почувствовала себя наконец нормально. Как будто снова оказалась дома. Марина поймала себя на мысли, что ей приятно с Марком. Но это было не чувство близости мужчины, скорее чувство спины старшего брата, за которой можно переждать все тревоги. Даже нет. Сильнее, намного сильнее. Как трудно облечь чувства в слова!

Марина словно обрела часть самой себя, ту часть, которой ей так не хватало. Девушка покопалась в глубинах подсознания и вытащила на свет давнюю, полузабытую детскую ассоциацию. Волшебство, сила, доброта, верность.

— Ты как конек-горбунок, — негромко сказала она Марку. — Всегда вовремя приходишь на помощь.

— Тебе бы все в облаках витать, — ответил довольный Марк. — Сказочки детские.

— Лучше помолчи, — с улыбкой сказала Марина и плотнее прижалась к могучей спине, когда набегающий поток воздуха мягко ударил в лицо.

— Ну и что теперь делать? — задумчиво произнес Андрей в наступившей тишине.

— Это ты у меня спрашиваешь? — удивилась Таня. — Сам ведь кашу заварил.

— Был бы другой выход — не заваривал бы. Интересно, что они теперь предпримут?

— Ты о стражниках?

— Ну да. Наверняка будут штурмовать, а у нас, кроме ружья и лука, никакого вооружения. Хотя это ружье неплохо себя зарекомендовало. Таня, переведи, что я буду говорить, ладно?

— Да, пожалуйста!

— Эй, мужик! — крикнул Андрей в толпу. — Да, именно ты. Вид у тебя представительный. Ты тут кто?

— Ученый Первого Круга, — перевела Таня Андрею.

— Значит, умный. Отсюда еще выход есть, кроме этого заваленного?

— Нет, трансферные входы были только там. По-другому сюда не попасть. Но стража может легко расстрелять этот этаж с воздуха.

— А как же вы? Они и по вам будут стрелять?

— А что вы думали? Мы для них никакой ценности не представляем.

— Неувязочка… — протянул Андрей. — Получается, вы такие же заложники, как и мы. Весело, ничего не скажешь. С воздуха, говоришь? Самолетами?

— Да.

— Тогда и вам конец?

— Скорее всего, так.

— Веселая у вас жизнь! — зло сплюнул Андрей. — Живете как скоты. И нравится?

— Андрей, ты решил революцию устроить? — спросила Таня. — Оно тебе надо?

— Переводи! — шикнул на нее Андрей и продолжил: — Это не жизнь, а черт знает что! Не знаешь, шлепнут тебя завтра свои же или нет.

— Это их долг, — попробовал оправдаться Ученый.

— Перед кем? — саркастически усмехнулся Андрей. — Перед вами? Вы лучше скажите, хотите вы тут подохнуть или нет?

Огромная толпа без слов отрицательно покачала головами.

— Так лучше, — Андрей остался доволен. — Значит, поможете нам драться?

— А тогда какая разница? Все равно нас перебьют.

— Разница есть. Если будете сидеть сложа руки, то вас как скотину порежут. Всех без разбора. А если дадите отпор, погибнете как герои, в бою. Может, даже получится выбраться из этой передряги.

— А потом? Всю стражу не перебьете, Правителей не достанете. В чем смысл для нас?

— Я могу вас вывести отсюда. Наверх, туда, где солнце, где звезды светят по ночам. Туда, где ветер, птицы, драконы, леса, горы… Да там такое есть, о чем вы в своей норе и не знаете!

— Наверх, к чужакам?

— Они получше ваших Правителей, — рассмеялся Андрей.

— А ты сам видел горы? — спросила молодая женщина.

— Видел. Огромные, с ледниками. Выше неба. На них снег, белый как пух.

— А сколько детей можно иметь наверху? — спросила другая.

— Да сколько захочешь! Хоть десяток.

— Это правда, — подтвердил Ученый. — Они плодятся как хотят.

У женщины заблестели глаза.

— А скольких мужчин я должна буду обслужить?

— Наверху ты вообще сможешь выбрать себе одного мужчину, и он будет защищать тебя от других. Это называется свадьбой.

— Это тоже правда? — изумились другие женщины.

Ученый кивнул в знак согласия.