Сталкеры поневоле. Вопреки судьбе - Виктор Глумов

Он был жив и держался за простреленное плечо. Прицелившись, Аня выстрелила ему в голову, наконец перевела взгляд на Сокола: он сидел, подтянув колени к скрещенным на животе рукам. На полу растекалась лужа крови.

– Дай гляну.

– Пустое, – Сокол оттолкнул ее. – Хана мне. Уходи.

Легко сказать «уходи». Через минуту-другую начнется приступ мигрени, и Аня будет не боец. Она рассчитывала, что Сокол выведет ее. Теперь же она должна его вытаскивать.

– Вали отсюда, дура! – заорал Сокол. – Помощь приведи, если не хочешь меня бросать.

Аня понурилась. Смысл? Через пару минут приступ мигрени свалит ее с ног.

– Ты на мне жениться обещал, так что держись.

Будь что будет! Сидеть и ждать смерть – самый неразумный выход. Надо идти, пока ноги ходят, дальше действовать по ситуации. Кольнуло в висок. Началось. Аня взяла пистолет и нож, найденный у Шакила, второй ствол оставила Соколу.

Надо было бежать и искать помощь, пока она еще может это делать.

* * *

Резервный генератор не был неожиданностью, Арамис с самого начала что-то такое предполагал. Они отыскали щитовую, обрубили электричество, свет мигнул и вспыхнул вновь, не так ярко, правда.

Дым, который принял эстафету командования у Моджахеда, был сам не свой, Нико и вовсе производил впечатление полоумного, и еще выли заключенные – так яростно, как могли бы выть и верещать звери в виварии, почуяв запах вивисектора. Арамис приказал себе следить и за мутантом, и за военным.

У него была своя цель – отыскать Сокола.

Пока что база выглядела как тюрьма или воинская часть – ничего подобного концлагерю в его, Арамисовых, представлениях. Но атмосферка тут была… понятно, почему Дыма, телепата, пришибло.

Никто не знал, что делать, когда база будет обесточена – решили действовать по обстоятельствам. Осведомителя Марьяна отпустила, Рикки осталась внизу, и Арамис не понимал, как они будут ориентироваться в здании, не по схеме же Нико! Марьяна, кстати, уставилась на лампочку, разгоревшуюся оранжевым тусклым светом.

– Что дальше, Кузя? – спросил Моджахед.

Он тоже верно оценил адекватность командира. И тут Дым будто очнулся, тряхнул головой, улыбнулся с большой долей безумия:

– Я знаю, где сестра. Кажется, Арамис, с ней твой Сокол.

В этот момент Арамис простил ему все, даже Марьяну (это Дым думал, что все спали, Арамис спал чутко, что тот Штирлиц, и уловил миг, когда парочка скользнула в кусты).

– Нам надо пересечь двор, попасть в коридор первого этажа и спуститься на нижний сектор. Аню держат там. И… с ней нехорошо.

Они выбежали во внутренний двор – квадратный, вдоль одной из стен – вольеры с беснующимися мутантами. Тут Нико побледнел, и Борову снова пришлось хватать его и тащить – на этот раз, закинув на плечи, как мешок с картошкой или тушу барана. Дым вел вперед уверенно, будто сто раз ходил этим путем. Двор никем не охранялся – стратегия сработала, все выбежали на стену отражать внезапный гон.

Невысокое здание окружало внутренний двор в лучших латиноамериканских традициях. К счастью, дверь была не одна, а Дым чувствовал, куда идти. Марьяна подскочила к одной из клеток и прикладом винтовки сбила замок. Наружу вырвалось существо, подобных которому Арамис еще не видел в Зоне: оно находилось на середине трансформации из человека в неведомую фигню. Это была самка – три ряда грудей ясно указывали на половую принадлежность – плечи и руки все еще от гоминида, морда удлиненная, с хоботом, как у тапира, ноги тонкие, хитиновые, две пары. Самка блестела живыми голубыми глазами и, судя по всему, паниковала. Арамис надеялся, что Нико возьмет ее под контроль, но сил мутанта на это не хватило, и несчастная тварь, вереща, подпрыгнула и забегала по сетке, заменяющей потолок, вниз головой.

Вперед. Не смотреть.

Дверь. Коридор. Светлые больничные стены, пусто.

Благодаря своему чутью Дым выбрал правильное направление, и команда ссыпалась по лестнице вниз, в подвал.

Здесь все было по-другому, витал еле уловимый запах лаборатории, и стояла мертвенная тишина. Очнулся Нико. Боров поставил мутанта на ноги.

И Арамис впервые понял, как это – когда в твой разум вторгаются.

Он будто кино смотрел, хорошее, в высоком разрешении. От лица одного из охранников.

О неприступную бетонную стену бились волны Гона. Вид сверху: несчетные тысячи мутантов, стреляешь будто в воду, будто волны пытаешься высечь. Одного уродца снял, на смену приходит трое других. Ступают по трупам, затаптывают тела, уже лезут вверх, как цепляются за бетон – черт их знает, может, присоски на руках.

– Огонь!

Огонь. Патроны можно уже не экономить. Что им в головы взбрело, что ими движет? Место такое – Зона, здесь за Периметр не выйдешь, да и внутри… вон, Елизар на днях спустился в подвал, а там паутина дьявола – вляпался, орал, пока ноги не отсохли, и потом орал, нашли, в лаборатории паутину со спины срезали, а все одно – усох, умер. Вообще после Выброса опасно, но бывает, аномалии и просто так, среди недели, появляются, будто притягивает их что.

Вот как этих уродов.

Даже не кричат. Сопят сосредоточенно, будто кобель, на суку лезущий.

А между прочим, не на суку – на стену.

Кровососы, мелкая нечисть вроде белок, вырвиглотки, няшмяши, пузаны и зомбаки – всякое, присмотришься – не забудешь.

А говорила мама: поступай в институт.

Волна за волной, пока держится стена, пока стоит база, но – надолго ли?

Арамис тряхнул головой, прогоняя наваждение. Он по-прежнему был в пустом коридоре, рядом – друзья, прислушивается Дым, пытается идти Нико, и откуда-то доносится женский крик. Услышав его, Дым поменялся в лице и рванулся вперед – как понял еле поспевающий за ним Арамис, на помощь.

* * *

Коридор казался бесконечным. Белые стены давили на виски, низкий потолок заставлял пригибаться. Аня шла, подволакивая ноги и держась рукой за стену. Стена была склизкой, как старое мыло. Колени подкашивались. Лампы под потолком гудели и мигали, от чего головная боль только усиливалась.

Нож Аня несла в руке, пистолет сунула в карман халата. Все-таки врачебная одежда не совсем годится для скрытого ношения оружия: карман отвис и болтался где-то в районе колена, пистолет больно ударялся о коленную чашечку. Быстро его оттуда не вытащишь, чай не кобура. А нож практически голой женщине спрятать некуда.

Хотя, учитывая, что халат заляпан кровью, маскировать оружие нет особого смысла.

Нож, кстати, был хороший. Старый добрый «Кабар» морской пехоты США. Нестареющая классика с деревянной ручкой и пятнадцатисантиметровым клинком формы «боуи». Эх, знал бы покойный полковник Боуи, как гениальное изобретение спустя полтора столетия после его гибели послужит делу человекоубийства.