Средневековая история. Интриги королевского двора - Галина Гончарова

А этот… на графиню смотрит как на икону, не иначе.

Ну да. Графиня его и в замке поселила, и сына учить взяла вместе с виконтессой, и храмы отстроила… зачем на такую дыру, как Иртон, два храма?

Но этого все равно мало. Если бы графиня нарушала обеты или что-то еще в этом роде — он вмешался бы. Обязательно. Хотя бы словом.

И кто может за ней стоять?

Шевалье? Хм…

Ройс спел несколько песен, прервался ненадолго, промочил горло…

За столом царила на редкость… странная атмосфера.

Никто не напивался, не буянил, не задирал друг друга — вирманин с ханганом мирно вели беседу, пастор что-то говорил графине, дети, понимая, какую им честь оказали, допустив со взрослыми за стол, ели медленно и аккуратно… все ели вилками! И пользовались ими вполне умело и изящно.

Ройс глазам своим не верил. В любом другом месте служитель Альдоная начал бы обличать язычников, вирмане поругались бы с местными, ханганы вообще считали всех ниже себя…

Здесь же… Все были объединены общими интересами. И центром всего была сама Лилиан Иртон.

И с каждой минутой Ройсу было все интереснее.

Она не спорила, не ругалась, она просто выслушивала собеседника, улыбалась, потом говорила всего несколько слов… Это было как удар клинком. Прямо в сердце. Но она не фехтовала и не стремилась одержать победу. Она просто… была.

И была центром этого сообщества.

Странно.

Очень странно.

Лонс едва дождался конца трапезы.

Его трясло, колотило, руки были ледяными… сколько сил он потратил, чтобы не закричать: держи его?!

Останавливало только то, что Релаймо не узнал его. Такое не сыграешь. Если бы узнал… убил бы, наверное.

Лонс был в курсе всех слухов. И знал, что Релаймо — верный пес Гардвейга.

Что он делает здесь? Глупый вопрос. Уж точно не ромашки собирает.

А вот что делать ему? Пустить все на самотек?

Один раз так и было. Но что от него зависело в рабском трюме? Только одно: выжить.

Он выжил.

А вот что будет сейчас…

Лиля слушала песни.

С ее точки зрения — ничего сверхъестественного в них не было. Красиво, да. Но слушать одни баллады? Скучно!

Хотя весь стандартный набор присутствовал. Прекрасные девы, рыцари, подвиги, драконы и демоны, сама Мальдоная и та отметилась.

Пастор недовольно нахмурился, и менестрель вернулся к более политкорректному репертуару.

Симпатичный, кстати, менестрель. И не смотри, что кажется тощим. Не-эт…

Знала Аля Скороленок таких тощих. Жилистых, как сыромятный ремень.

Один сослуживец ее отца таким был. При ней качка уложил в три касания и не запыхался. Потом еще смеялся, мол, рельеф мышц — это для картинки хорошо. А в драке таким, как он, даже лучше. Дурное мясо на себе таскать не нужно…

Лиля поспорила бы, что и этот менестрель в драке, как мангусты Тахира. Жестокий и стремительный.

Странный менестрель. Подозрительный…

Попросить Лейса приглядеть дополнительно?

Не помешает.

Когда трапеза закончилась, Лиля послала менестрелю улыбку.

— Благодарю вас. Вы скрасили наш вечер.

— Ваше сиятельство, вы разрешите мне остаться еще на пару дней, передохнуть? — рискнул Ройс.

Уйти-то можно и завтра. Не пропадет. Но… Слишком много информации. Противоречивой. Невнятной.

Лиля кивнула.

— Если вы пообещаете развлекать нас и завтра вечером.

Ройс, конечно, пообещал. Отвесил несколько комплиментов хозяйке, выслушал ее похвалу своему искусству и склонился в поклоне, дожидаясь, пока графиня удалится.

Удалилась Лиля недалеко. Уложила Миранду и отправилась в кабинет.

Куда и постучался Лонс.

— Можно, ваше сиятельство?

Лиля кивнула:

— Входите, шевалье. Что случилось?

И Лонс словно в воду бросился:

— Ваше сиятельство, это не просто менестрель.

— Да неужели?

— Я вообще не знаю, может быть, он послан за моей головой.

Лиля мгновенно вскинулась. Как ни крути — Лонс ее человек. И она будет защищать его.

— Почему?

Лонс выдохнул:

— Ваше сиятельство, я ведь не просто так оказался на рабском корабле.

— Я догадалась.

— Я солгал тогда. На самом деле меня должны были убить.

Лиля слушала. Лонс честно рассказывал, как Анелия начала охоту, как он сдался, как ее решили выдать замуж, как у него отобрали документы и хотели убить…

Лиля слушала очень внимательно. И, когда он выговорился, подвела итог. В непечатных выражениях светлой памяти прапорщика Савельева. Коротко и по делу.

А потом приступила к расспросам:

— Это — за тобой?

— Не похоже. Но может быть и так…

Лиля покусала ноготь.

— Что может ему понадобиться здесь? В захолустье?

— Вы, ваше сиятельство. Или я. Или Тахир.

— Ты — понятно. Тахир?

— Он лекарь. А король болен. Сильно болен.

Лиля кивнула, закрывая эту тему.

— А я? Обычная тетеха из глуши?

Лонс позволил себе тонкую усмешку. Мол, прибедняетесь, ваше сиятельство. Но я спорить не стану, пусть будет как скажете.

Лиля сморщила нос.

— Ладно. Почему бы нам не поступить просто?

— Как, ваше сиятельство?

— Позвать его сюда и расспросить.

— Н-но…

— Ты вообще спрячешься за шкафом. Или еще где. А Лейф поможет мне. Скажет, что видел его…

Лонс пожал плечами:

— Можно попробовать.

Лиля вздохнула.

М-да. Надо организовать СБ. Или КГБ. Комитет графской безопасности. Только вот кто этим заниматься будет?

Она не потянет. Не та специализация.

Ладно. Подумаем об этом позже. А сейчас…

— Шевалье, пригласите ко мне Лейфа. Только потихоньку.

Поговорим, как шпиона лучше брать. Или вообще убрать? Только вот что это изменит? Ведь другие понаедут… кто сказал, что средневековые спецслужбы хуже?

Ладно. Разберемся.

Сейчас и начнем.

Вызов к графине Ройсу не понравился. Но как тут откажешься, когда у двери стоит пара вирман размером с медведя и так многообещающе поигрывает ножичками длиной в локоть.