Богатые тоже скачут, или Где спит совесть - Марина Рыбицкая

Гнев – плохой советчик?! Покажите тогда хорошего!

Мы вышли из дома, захваченного полицией. На улице было тихо и безлюдно.

Светало. Яркие солнечные лучи царапали отвыкшие глаза оранжевыми отблесками зари. Возле здания, откуда нас изгнали с позором, словно Адама и Еву из райских кущей, по-прежнему стояли многочисленные полицейские машины. Одна из них – черный бусик – загораживала проход в переулок. Это почему-то весьма обрадовало моего мужа.

Никос, сверкая глазами, как голодный лев, обрадованно поволок свою антилопу в кусты, то есть за угол.

– Я люблю тебя! – Его руки стискивают мои плечи, вид у мужа – будто всю ночь беспробудно пил. Глаза красные, лицо запоздало испуганное.

Это похоже на дурман, безумие, сладкую пытку.

Наверное, при взгляде со стороны хороши мы оба – пыльные, взъерошенные, чуточку хмельные от внезапно возвращенной свободы.

– Прости меня, но… – И шмяк! – моей спиной о холодную и шероховатую кирпичную стену.

Предполагается, я от его действий в экстазе? Нет, все понимаю… частично. Адреналин, тестостерон и все такое. Но можно же себя получше контролировать?.. Хоть как-то?

– А-а… – Я пыталась робко и осторожно донести свою мысль до Никоса. Ключевое слово – «пыталась».

Не получилось. Донесли меня до ближайшей мусорной урны в подворотне, воняющей экскрементами и мочой.

– Мне нужно… – И хрясь! – на холодную крышку задницей. Лопатки прижаты к стене.

Я попала в медвежьи объятия, сопровождающиеся тоскливым хрустом моих ребер. Ник пробегает губами, языком, лаская меня у виска. Спускается за ухо, нежно прикусывая шею, с низким стоном впивается мне в губы.

Романтика, блин, так и поперла!

Под пятой точкой елозящая и воняющая отнюдь не духами железяка, спереди – распаленный мужик, упорно закрывающий мне рот страстным поцелуем. Сзади – стена с облупившейся краской, отрезающая отступление. Сверху рассвет… ну хоть что-то в этом осталось хорошего…

– А… – опять воспользовалась я передышкой. Я уже рвалась активно высказать свою точку зрения! Во всяком случае, попробовала достучаться до помраченного тестостероном сознания.

Куда там! Не услышали.

Горячий шепот:

– Ты такая, такая… Я с ума от тебя схожу, любимая… – И опять – хлобысь! – со всей дури мной, «такой любимой», по крышке, чтобы поспешно, на ходу стянуть джинсы.

Мой муж в агрессии пахнет, как раскаленный на солнце металл. И еще немножко бергамотом и привычно горьким послевкусием кофе.

Р-р-р!!! Можно, я буду не «такой»? Все замечательно, восхитительно, эмоционально, грязно, вонюче и антисанитарно!

– Нико…

Снова жестоко заткнули рот и продолжили стаскивать штаны. И почему-то только с меня! Я поняла: бурный секс на природе – моя погибель.

Честное слово, хуже мусорного бака – только иголки в лесу, в куче с муравьями! Увидела крысу. Истошный визг умер внутри Никоса во время новой серии поцелуев. Поняла: иголки с муравьями – не хуже!

Страстное, ни к чему не обязывающее:

– Люблю… – И меня зверски плющат дальше. Скоро стану похожей на камбалу с вытаращенными глазами.

Мир окончательно свихнулся, а муж озверел на почве стресса и сексуального голода. Грубость непростительна, но беспросветное отчаяние временно отступает, страх перестает выедать мою душу.

– Ты… – Я ужасно хотела спросить: «Руки мыл?» Порыв пропал втуне.

Из воздуха соткался амурчик и нацелил на нас свою плевательную трубку. Можно подумать, мало мне было помойки!

Протянула руку и повернула трубку вверх, уводя себя из-под прицела. Амурчик обиделся, сообщил о недостатке финансирования и пропал.

– М… у… – Надежда умирает последней, сначала я все же убью кого-то еще!

– Да-а-а, я твой муж…

И опять кляп из поцелуев и руки как у осьминога. Ага! Словно резиновые жгуты: захватит, присосется – хрен вырвешься!

– Да… н… – Последнее слово – за собой. Не ему же отдавать!

Но мне уже начинало нравиться и даже интриговало: попадем мы обратно в полицию или нас все же домой отвезут, чтобы мы впредь в городе показательных порновыступлений бесплатно не устраивали?