Барон Гаремский - Георгий Лопатин

– Если ничего не найдем в течение часа, придется захватывать силой, – сказала вампиресса.

К счастью, силой захватывать ничего и никого не пришлось. На самом краю причала, можно даже сказать, вне его территории, нашлась-таки свободная от заказов шаланда, приставшая прямо к берегу. Правда, в другое время я бы на палубу такой развалюхи даже ступить не рискнул. Уж больно потрепанный вид она имела – такое впечатление, что борт можно пальцем проткнуть. Как эта посудина еще не потонула, лично для меня оставалось загадкой. Но по крайней мере эта лоханка точно на плаву, то бишь на ходу…

Или все же правильнее в данном случае сказать, что именно на плаву, потому как судно больше похоже на кусок дерьма, а не на судно.

В общем, это плавсредство еще может бороздить просторы реки, а не гнить тут, потому как вчера этого недоразумения здесь еще не стояло.

– Эй, на… борту, – выкрутился я с определением плавсредства. – Есть кто живой?! Или слегли уже все от дизентерии?!

Поскольку никто не отвечал, пришлось постучать палкой по борту, отбивая от досок трухлявые щепки.

– Чего надо? – выполз на свет, скорее всего, капитан и владелец лохани, такого же кошмарного вида, что и судно.

Пьяный, мятый, растрепанный и вонючий. Над ним реально мухи витали, целый рой. Воды, что ли, боится этот горе-капитан, что все никак помыться не может?

– Нанять твое корыто.

Никакому капитану не понравится, когда над его судном издеваются, но этот и ухом не повел. Совсем пропащий.

И что, собственно, на этом корыте в последнее время возили. А то воняет как-то совсем уж не пойми чем… Навоз, что ли, пополам с тухлятиной?

– Куда, чего, сколько?

– К Трезубцу, только пассажиры, восемь человек. И как можно быстрее.

– Пятьдесят золотых.

– Ты совсем… охамел, капитан? Да вся твоя плавающая помойка не дороже пятака стоит в базарный день!

– Так я же и не продаю…

– Пять золотых! И не вздумай утопить нас, иначе, клянусь богами, вырву твою душу из лап самого царя морского!

– Согласен…

– Тогда отдавай концы и – поплыли.

– Плавает дерьмо…

– Так эта твой байда оно самое и есть. Пошевеливайся.

Мы стали взбираться на борт по опасно прогибающемуся и трещавшему трапу.

– Так вас только трое…

– По дороге остальных подберешь.

Капитан пожал плечами – дескать, барину виднее, – свистнул в дудку, и на палубу вылез десяток мятых субъектов в рванье, от которых довольно прилично разило дешевой бормотухой, и, пошатываясь, они начали что-то делать с канатами: отцеплять, тянуть, крутить… при этом матерясь вполголоса. Ну никак они не рассчитывали на столь быстрый наем. Раньше, наверное, неделями от безделья маялись в ожидании контракта. Что неудивительно с таким кораблем. Связываться с ним себе дороже выйдет.

Наконец они кое-как поставили парус, но лодка двигаться упорно не желала.

– Интересно, когда они догадаются якорь поднять? – с тяжким вздохом задал я риторический вопрос, глядя на всю эту пародию на судно и команду к нему.

Наконец до кого-то дошло, что якорь все еще томится на дне речном, и его принялись поднимать – тупо тянуть все разом веревку, так как никакого механизма и в помине не было. То есть раньше он имелся, но, видать, пропили.

Вместо якоря, ясен пень, у такого судна оказался просто здоровый камень.

– Зашибись… Впрочем, чему удивляться?

Судно, названия которого я так и не смог прочесть из-за загаженности птичьим пометом, наконец тронулось с места и начало выписывать зигзаги удачи, переваливаясь с борта на борт, и по палубе катался всякий хлам вроде бутылок и еще не пойми чего. А что поделать – если капитан пьяный, то и судно будет идти соответствующим образом, каким он сам ходил бы по суше.

А может, капитан издевался над нами и пытался вызвать в нас дурноту? Не дождется! Лично у меня хороший вестибулярный аппарат. У вампирессы тем более, да и лич даже ухом не вела. В общем, блевать за борт никто не спешил. А вот часть команды… причем не всегда за борт.

В какой-то момент чуть не произошло столкновение с другим кораблем – рыбацкой шхуной. Нас, естественно, обматерили морскими загибами, из печатного я услышал только один выкрик:

– Когда же ты наконец потопнешь, Рамсорон, выродок морской свиньи и устрицы?!

Но, как известно, это самое не тонет…

А потом нас в порыве праведного гнева даже забросали рыбой, и я едва сдержался, чтобы не прибить капитана и всю его долбаную команду. Остановило только то, что тогда самому придется управляться со всей этой оснасткой, в чем я вообще ни в зуб ногой, а эти хоть и пьяные в узел, но все же что-то соображают.

– Может, я их обращу? – предложила вампиресса, скрипя от гнева зубами.

А как иначе, одна рыбешка прилетела ей прямо в лице. Не уберегла ее хваленая сверхскорость. Да и как уберечься под таким градом?

Я даже подумал, что, может, капитан специально на имитацию тарана пошел, как раз ради того, чтобы его забросали морепродуктами? А что, на обед рыбы у нас теперь просто завались!

– Или лучше я из них зомби сделаю, – выдвинула в свою очередь предложение Лития, на чью голову приземлилась какая-то медуза. – Тем более что эти индивидуумы от них почти ничем не отличаются, а так станут полноценными… а твои обращенные на солнце быстро погорят.

– Согласна, – кивнула вампиресса. – Пусть она их в зомби превратит.

– Дадим им шанс, – пробурчал я, сплевывая на палубу. – Каждый имеет право на вторую возможность и исправление…

Дались мне эти слова особенно тяжело, так как в меня угодили речным ежом, по самому филейному месту, а иголочки у него острые, так что я был на капитана и команду очень зол, как Ссашшиллесса и Лития, вместе взятые.

Суденышко, названия которого я так и не узнал и узнавать желанием не горел, прозвав для себя соответственно тому, что, как известно, не тонет, вышло из пределов города и пошло в сторону мыска, где сидела в ожидании нас Олграна и вампиры.

– Не разбей только свою шаланду о камни…

– Все будет в порядке, вашмилсь… – пообещал мне капитан и икнул.

Похоже, во время этого короткого плавания он все же протрезвел на свежем воздухе, или, что вернее, оказалась справедлива поговорка, что опыт не пропьешь, но вскоре движение кораблика стало более ровным, а к мысу подходили вообще идеально.

За пассажирами сгонял привязанный за кормой шлюп, и мы поплыли дальше. Команда благоразумно сделала вид, что орчанку они в упор не видят.

– М-да, – только и сказала Олграна, осмотрев наше плавсредство.

– Извиняйте, лучшего ничего не нашлось, – развел я руками.