Метро 2033. Обитель снов - Андрей Гребенщиков

* * *

– Очнулся? – Респиратор болтался у Володи на шее, бледное лицо осталось совсем без защиты. – Как ты?

– Паршиво, дядя Володя… – боль сконцентрировалась в затылке и не давала как следует сфокусировать взгляд.

– Башкой приложился? – послышавшееся в голосе Ареха сочувствие быстро сменилось озабоченно-деловым тоном. – Вставай, юнга, некогда разлеживаться. Торчим, как два тополя на Плющихе.

Превозмогая крайне неприятные ощущения в пострадавшей голове, Никита послушно приподнялся на локтях и, ухватившись за протянутую Володей руку, встал. Он все еще находился в кузове, а через раскрытые задние двери виднелся черный провал подземной стоянки.

– Недалеко мы уехали… – укоризненно заметил он.

– Недалеко, – компаньон даже не думал оправдываться. – Зато отсюда хорошо просматривается… – не закончив, он махнул в сторону въезда.

Опираясь на плечо товарища, Ник добрался до кабины и с трудом залез в нее. Голова кружилась, всем телом овладела слабость.

– Больше я в кузов ни ногой.

– Я и в кабине чуть не обосрался, – Володя утешил напарника весьма своеобразно. Сам он позволил себе перевести дух, только оказавшись за рулем. – Гребанные матушки! Вот это усрачка! Вот это я понимаю, выдалось начало пути!

– Удачное место для ночлега, ага, – злопамятный Никита мстительно хмыкнул.

Володя ни оправдываться, ни спорить не стал, после дикой встряски он медленно приходил в себя. Лишь убедившись, что с младшим товарищем все нормально, старший дал волю чувствам.

Юноша сидел в кресле, прикрыв глаза, и терпеливо ждал, когда водитель выпустит весь накопившийся пар. А пар Володя выпускал неизменным способом – через лютый, сложносочиненный мат. Особо забористые фразочки парень пытался запомнить, чтобы впоследствии применить по назначению, но память, как и вся голова в целом, работала из рук вон плохо, изящные словесные обороты исчезали из сознания в неизвестном направлении.

– Сотряса хоть нет? – проматерившись, Володя вновь обратил свое внимание на спутника.

– Бог его знает, диагнозы ставить не умею… дядя Володя, что это было?

– Писец к нам приходил. Пушной зверек с дурным нравом.

– Ты его тоже не рассмотрел?

Арех отрицательно мотнул головой:

– Поначалу решил, что ты дуркуешь, приготовил волшебного пенделя в твой адрес, но когда по капоту прямо передо мной проползло неизвестно что, понял – пендель не понадобится… А уж когда броневик вбок потащило, решил, что дедушка Карачун таки настиг нас с тобою. – Заметив растерянный взгляд юноши, Володя добавил: – Ни о чем подобном даже не слышал. Может, гигантская змеюка, может, с щупальцами кто… В Бутово, молва утверждала, всякие черти обитали, правда, о гадах морских сарафанное радио никогда не упоминало.

– Страшно, – невпопад сказал Никита.

– Страшно, – поддакнул ему Володя. – В Метро хотя бы знаешь, чего ждать, здесь же… – он неопределенно обвел рукой пространство перед собой. – Видать, хреновые из нас сталкеры…

– Раз выжили, значит, не такие уж и хреновые, – теперь Ник успокаивал старшего товарища. Перемена ролей вызвала у Володи нервный смешок:

– Согласен. За то, что исподнее в чистоте сохранили, нарекаю нас героями! Вернемся – за дядюшку твоего свечку поставлю: не будь его тачанки, люлей огребли бы по самое не балуйся…

– Куда теперь?

– Славный вопрос, – Арех пожал плечами. – Точно знаю: больше никаких паркингов! Ни за какие коврижки. А в остальном… В свете последних событий, я бы выбрал открытое, хорошо просматриваемое и простреливаемое пространство. Скажу ересь, но твой вариант с ночевкой посреди Варшавского шоссе – не самый худший вариант.

– А как же солнце? Ты сам убеждал, что…

– Помню. Убеждал. Теперь передумал. Стекла в кабине закроем железными створками, так спасемся от дневного света. «Волка» бросим посреди какого-нибудь затора на шоссе, чтобы не привлекать внимания. Кабина в броневике герметичная, ни одна тварь унюхать нас не должна. Правда, самим надо не задохнуться, придется периодически люк открывать. Что еще?

– Шоссе так шоссе. Все не в городе. Хуже точно не будет.

На том и порешили.

* * *

На Варшавское шоссе выбрались быстро, как и обещал Володя. Однако его уверенность в том, что прорываться придется через сплошные заторы, оказалась напрасной. Попутное направление в самом деле представляло собой сплошную пробку, а вот «встречка» приятно удивила Никиту, Володю же просто поразила до глубины души – одна полоса была полностью свободна для движения!

– Чудеса, да и только, – приговаривал Арех, выруливая на пустую полосу. – Если еще гаишник по пути попадется, расцелую гада! Пусть за встречку права отбирает, слова поперек не скажу.

– Что-то не так, – наблюдательный Никита – страх сделал его таким – ткнул пальцем в соседний ряд. – Смотри, машины, как-то очень странно стоят, сбились в одну кучу, друг на друге висят.

– Ничего странного. Им помогли скучковаться. Помнишь, ты рассказывал, что твой дядя торговал антирадом с «подмосквичами», менял лекарства на оружие?

– Ну, – Никита напрягся, не в силах связать воедино дядину торговлю и странное расположение автомобилей на дороге.

– Я все думал, как же в Москву доставлялось это оружие? Ведь единственный доступный путь забит сгнившим транспортом. Признаюсь, я недооценил «подмосквичей», они решили проблему с дорогой жизни.

– Ну? – Ник успешно справлялся со всем спектром доступных эмоций одним-единственным междометием, которое могло служить утверждением, вопросом или, например, как в данном случае, – нетерпеливым вопросом, побуждающим собеседника к немедленному ответу.

– Баранки гну! – Володя не оценил лаконичности компаньона. – Расчистили они дорогу. Может, бэтэр прогнали, может, грейдер где нарыли, но путь свободен, за что неведомым благодетелям честь и хвала!

– Бэтэр и грейдер! Не объяснишь, что такое? – любопытство пересилило отвращение к непонятным словечкам.

– Юнга, не забивай голову, она сегодня и так пострадала… И не надо на меня смотреть умоляющим взглядом! Ладно-ладно, это техника такая, типа нашего «Волка», только еще мощнее.

– Еще мощнее? – крайнее удивление и обида за ставшего родным «Волка» слились в голосе Ника воедино.

– Ха! Бэтэр – вообще смерть всему живому. Чисто военная машинка, с героической историей, между прочим. «Волчаре» и не стоит равняться на таких дальних родственников, для него ставились иные цели. Не волнуйся, наш зверь еще всем покажет, на что способен…

Несмотря на то что дорога была свободна и позволяла уверенно ехать со значительно большей скоростью, Володя никуда не торопился. Рисковать он не стал и фару не включал, целиком положившись на прибор ночного видения, что уже значительно снизило темп движения. К тому же ПНВ не особо высвечивал неровности на дорожном полотне, Арех же весьма трепетно оберегал целостность колес – пробить резину, хоть и неплохо защищенную, означало лишиться броневика. Поставить запаску в не самых благоприятных условиях, когда голодные хищники рыщут со всех сторон, представлялось совершенно нерешаемой задачей.