Нити магии - Эмили Бейн Мерфи

Следующий день несет в себе сладкую горечь. Он означает окончание чего-то для меня и, надеюсь, начало чего-то хорошего для Евы.

Я посматриваю в открытые двери бальной залы, чтобы увидеть, как выглядит место, приготовленное для приема короля.

Пять хрустальных люстр свисают строгим рядом со сводчатого потолка. Деревянные полы сверкают, словно медовое озеро, а стены увиты позолоченными искусственными лозами, которые сплетаются с живыми, зелеными, образуя сложный узор. Я слышу, как где-то, за ковром зеленого мха, обрамляющего резную деревянную сцену, журчит фонтан. Ароматные апельсины свисают с усыпанных белыми цветами деревьев, точно тяжелые дождевые капли. Брок вносит в залу все больше зелени, и в его черных от грязи ладонях охапка махровых алых маков, которые, раскрывшись, образуют рисунок датского флага. Преображение, которое в противном случае потребовало бы месяцев, а возможно, и нескольких лет кропотливого труда, заняло – благодаря магии – считаные недели.

Ева порхает посреди всего этого, уже облаченная в танцевальный костюм. Мы нашили на ленты, которыми обвиты ее голени, блестящие кусочки стекла, похожие на драгоценные камни, чтобы они сверкали при каждом ее движении.

У дальней стены, почти вне поля моего зрения, перед шикарным столом красного дерева расхаживает Петер. Когда он делает шаг, я вижу, что именно он охраняет: карту Дании со всеми ее сушей, морями и россыпью островов, и все это выложено из разноцветных драгоценных камней. Филипп, одетый в элегантный костюм, останавливается, чтобы окинуть взглядом карту. Красное кольцо пропало с его пальца.

На сей раз камень в его перстне – глубокого изумрудного цвета. Когда он замечает, что я смотрю на него, то прерывает разговор и задерживает взгляд на миг дольше, чем следовало бы. У меня по спине пробегает холодная дрожь, и я поспешно отворачиваюсь.

Справа от меня Деклан выглядывает в огромное окно и сквозь недавно вымытые стекла смотрит на затянутое тучами небо.

– Будет снег, – бормочет он себе под нос.

Король должен прибыть в четыре часа, а представление начнется полчаса спустя после этого. На приеме будут присутствовать высокопоставленные шахтеры, которые помогут Филиппу преподнести правящему семейству церемониальные дары, а затем все отправятся на совместный ужин. Ради такого случая я сшила слугам новую униформу. Те, кто будет прислуживать на приеме – Якоб, Нина, Лильян, Брок и другие, – наденут одежду из черной ткани высочайшего качества, мягко поблескивающей на свету.

Я обхожу их комнаты, разнося каждому его форму.

– Нервничаешь? – спрашивает Лильян, принимая у меня свое платье и натягивая его через голову. Я киваю.

– А ты?

Она мотает головой и поднимает руки, чтобы застегнуть маленькие перламутровые пуговицы у шеи.

– Я знаю, что это всего лишь форма прислуги, но выглядит роскошно, – отмечаю я.

– Я не похожа на пингвина?

– Нет! – фыркаю я, помогая ей заплести волосы в сложную косу. – Что это за потрясающе красивая птица?

– Фламинго, – говорит она.

– Я бы сказала – феникс.

– Я постараюсь не вспыхнуть пламенем.

– И не уронить каплю кое-чего пахучего ни на кого.

– Если я это и сделаю, то буду целиться в Нину.

Я хихикаю.

– Удачи, – говорит она и целует меня в щеку.

Я спускаюсь вниз по лестнице, неся последнюю ливрею, предназначенную для Мальте. Дойдя до его комнаты, я поднимаю руку, чтобы постучать, но слышу из-за двери приглушенные голоса. Я колеблюсь, а потом понимаю, что один из голосов мне знаком.

– Мне не нужно объяснять тебе, насколько важен сегодняшний вечер, – тихо говорит Филипп. – Все должно пройти без сучка и задоринки.