Волшебные искры солнца - Анна Джейн

– Понимаю.

– Но я словно с ума сошел. И я… – Олег замолчал, приподнимая ладони и с каким-то ужасом глядя на них. – И я был так зол, что хотел ударить ее. Ударить! Я никогда не трогал женщин. Никогда. А тут хотел ударить девушку, которую так люблю. Я слабак, Ольга. Ненавижу себя за это.

В темных глазах ведьмы промелькнуло раздражение.

«Проклятая любовь, – подумала она, – ломает все мои планы. С ним будет сложнее, чем я думала».

Впрочем, она продолжала понимающе улыбаться.

– Так бывает. Не стоит корить себя за это. Ведь ты ничего не сделал.

– Но хотел! – с отчаянием воскликнул Олег.

– Если бы наказывали всех, кто думал об убийстве, то каждый бы в этом мире понес наказание, – жестко сказала ведьма. – Не глупи, ты умный мальчик. Ты ведь хочешь постичь все тайны магии? Для этого нужно самоотречение и полное подчинение учителю. Я не буду требовать от тебя чего-то необычного, – проворковала Ольга, касаясь его щеки заостренными бордовыми ногтями. – Я буду требовать от тебя лишь одного – полной отдачи магии. Ты мой ученик, и я отвечаю за тебя и за твои силы. Твоим друзьям, которые приезжали сюда, нет никакого дела до твоего предназначения – они эгоистичны, как и многие люди. Кого они в тебе видят, Олег? Обычного парня, который всегда был для них шутом. Они не видят в тебе талантливого мага. И то, что ты меняешься – из шута превращаешься в того, кто на ступень стоит выше, злит их. Они не могут принять твои изменения, не могут принять то, что ты – выше их, а потому они будут обвинять тебя во всех грехах. Уже обвиняют. Поэтому и приехали. – Ольга взяла кальян и глубоко вдохнула сладковатый, с дынными нотками дым, а затем с удовольствием выдохнула его. – Не злись на них – прости и отпусти. Такова человеческая натура, мой хороший. Нам остается лишь наблюдать за людьми и не уподобляться им.

Тихий бархатный голос ведьмы странно действовал на Олега – не просто успокаивал, заставляя напряженные мышцы расслабиться, а глаза закрыться, но и придавал уверенности в том, что его выбор – правильный.

– Забудь о них. Забудь обо всем, – говорила Ольга, рассказывая о том, какая участь ждет его, когда он станет настоящим магом. Изредка она курила кальян, дым которого заставлял Олега забыться – так, что он потерял счет времени. Дым обволакивал их обоих, обнимал, гладил, словно живой, и парень не понимал, руки Ольги касаются его или руки, сотканные из дыма? А может быть, это Алсу?

– Чертик, – ласково прошептал Олег, обнимая Ольгу за талию.

– Я стану твоим демоном, а не чертиком, – рассмеялась ведьма, сидя у Олега на коленях и обвивая руками шею – ей нравилось играть с ним, своим будущим слугой. – Ты ведь хочешь этого?

– Хочу, – прошептал Олег, видя перед собой Алсу.

– Тогда иди ко мне, – ее горячие, накрашенные винного цвета помадой губы коснулись его губ – сухих и обветренных, но поцелуя не случилось. Их прервал громкий настойчивый стук в дверь.

Олег вздрогнул и распахнул глаза, видя перед собой не Алсу, а Ольгу, тонкие бретели черного платья которой были спущены на плечи. Он инстинктивно отпихнул ее, и ведьма едва не упала на пол.

– Что происходит? – почти испуганно спросил парень, вытирая с щеки след от ее помады. – Что ты делаешь?

Это внезапно разозлило ее. Она собиралась подарить ему отличную ночь, была с ним такой хорошей и ласковой, в конце концов, хотела его – слишком уж этот мальчишка был горячим. А он оттолкнул ее и снова вспомнил свою подружку. Проклятье! Но ничего, она сделает его своим. Это лишь дело времени. А она умеет ждать.

Ольга хлестко ударила его по щеке.

– Не смей меня бить, – проговорил в ярости Олег. – И не смей меня касаться.

– Замолчи, – велела ему Ольга и поднесла к своим губам мундштук. Вобрав ставший горьковатым дым в легкие, она выпустила его в лицо Олега, сделав незаметный пасс рукой. Он моментально потерял сознание. Видимо, нового ученика нужно держать на коротком поводке – не уменьшать контроль, а увеличивать его, чтобы подавлять волю. Строптивый. Но именно такие и нравились Ольге.

Стук повторился. Оставив Олега, Ольга подошла к ноутбуку, открыла и увидела, что к «Центру эзотерической литературы» вернулась одна из его подружек – крепкая девица на старом внедорожнике. Ольга уже несколько раз видела ее – видимо, она следила за своим другом, заподозрив что-то. И сейчас приехала во второй раз – уже одна, без друзей. Ее имени ведьма не знала – помнила только кличку – Ранджи. Как глупо. Впрочем, люди вообще глупые существа.

Еще какое-то время девушка стучала в дверь, а после села в машину и уехала.

– Если я увижу тебя еще раз, пожалеешь, – тихо сказала ведьма, и Ранджи, сидящая в машине, в это же мгновение почувствовала холод в спине.

Оставив Олега лежать на диване без чувств, Ольга накинула на плечи палантин и вошла в одну из комнат, где на трех высоких стеллажах стояли флакончики, баночки и бутылочки – ее обычный товар, который она продавала, получив, разумеется, особую лицензию от Ордена. Ведьма подошла к пустой стене, коснулась ее, и стена исчезла – растворилась в воздухе, словно ее и не было. Ольга вступила во тьму, зажгла в руке колдовской огонек и стала спускаться вниз, в подвал, а потом уверенно пошла по узкому тайному ходу. Чем дольше она шла, тем холоднее становился воздух и тем отчетливее раздавалось чье-то тяжелое дыхание и глухой звон железных колец.

Ольга остановилась перед огромной клеткой с искрящимися прутьями и улыбнулась тому, кто находился в клетке. Призраку. Клетка яростно затряслась, прутья заискрили еще сильнее. Но ничего не произошло. Магия не выпускала призрака за пределы клетки. Не так давно он все же смог выбраться, причем именно в тот момент, когда у Ольги была клиентка – молоденькая ведьма, однако ей удалось загнать его обратно и усилить охранную магию.

– Как дела, милый? – проворковала она. – Скучал по мне?

Клетка затряслась еще сильнее, но снова выдержала.

Внутри нее был заключен призрак молодого мужчины с черными по локоть руками, которые словно окунули в чан с чернилами. При жизни он был хорош собой и пользовался популярностью у женщин, однако сейчас казался страшным. Перекошенные в безумной улыбке губы, широко раскрытые глаза, обрамленные жирной тенью, запавшие щеки. Он звенел кандалами и смотрел на Ольгу голодным взглядом. Без страха, но с ненавистью.

Это был не просто призрак. Это была тень. Черная тень. В мире магии так называли темную сторону души человека. После смерти, используя особый ритуал, те, кто занимался запретной магией, умели разделять душу умершего надвое – на белую и черную тени. На свет и на тьму. На любовь и ненависть.

Белую тень, как правило, продавали тем, кому нужно было нечто большее, чем банальный приворот. Белые тени тех, кто при жизни сильно любил, высоко ценились темными магами и стоили очень и очень дорого – сродни органам на черном рынке. Белую тень можно было вживить в нужного человека – все равно что провести операцию. И тогда он начинал чувствовать по отношению к заказчику настоящие любовь и нежность. Не свои, чужие, но чувствующий даже не осознавал этого.