Замуж с осложнениями - Юлия Жукова

Он уже явно не знает, какими ещё словами сказать, чтобы мне стало понятно.

– Ну... ну прямо после секса... то ли тебе так скучно было, то ли я тебя утомил так, что ты просто где сидела, там и упала! Я понимаю, если бы тебе это было в принципе неприятно, а так получается, что я тебя в тоску вогнал. Я думал, ты нарочно меня дразнишь, но если ты действительно просто заснула, то лететь на Муданг нет ни малейшего смысла.

Несколько секунд я сижу неподвижно и перевариваю. Это ж как надо вывихнуть мозги...

– Э-э... – содержательно говорю я наконец, – а что, по-твоему, от хорошего секса нельзя устать? Особенно после длинного и трудного дня? Тем более, что ты хочешь, чтобы я была сверху? Это, знаешь ли, выматывает.

Он хмурится.

– Ну, собственно, о том я и говорю. Если я тебя утомляю, то зачем я тебе нужен?

Боже, упаси меня от дикарей с комплексами!

– Видишь ли, Азама-а-ат, – сладко тяну я. – Если я устала, это ещё не значит, что мне не понравилось. Вчера всё было просто чудесно, и я бы, конечно, не заснула на лету, если бы знала, что ты обидишься. У нас это просто в порядке вещей. У нас даже выражение «спать с кем-то» означает заниматься сексом...

– Да? – восклицает Азамат, широко раскрывая глаза. – А я-то всё никак понять не мог...

Я начинаю ржать и обнимаю его за шею, чтобы он не принял на свой счёт.

– То есть у вас принято оставаться на ночь? – продолжает осмысливать он.

– Ну да, конечно. Понимаешь, мне и в голову не могло прийти, что это может тебя обидеть.

Он качает головой, в полном шоке.

– С ума сойти, как же странно у вас всё устроено... Но ведь на одной кровати спать неудобно...

Я уже давлюсь от смеха.

– Тебе разве было неудобно?

– Да мне-то что, я как лёг, так и проснулся, не пошевелившись. И ты тоненькая, мало места занимаешь. Но остальные-то как?

– У нас, – говорю между спазмами хохота, – кровати делают большие, на двоих!

– Хм, – он серьёзно задумывается над проблемой. – Это выход, пожалуй. Но всё равно ведь нужно с собой одежду приносить на утро... а то и полотенце... Зачем так сложно? Можно ведь просто уйти к себе и не мучиться.

– Ну-у, видишь ли, обычно если муж и жена ладят между собой, то никакого «к себе» и нету. Просто спят вместе, и всё.

– То есть как, в одном доме? – ещё больше удивляется Азамат.

– Конечно в одном доме, – удивляюсь и я тоже, – а у вас что, в разных?

– Конечно в разных! Ну только если совсем уж бедные, и не на что второй построить... но хоть в разных комнатах...

– А у нас вместе, – мотаю я головой. – Что делать будем?

– То есть?

– Ну, ты предпочитаешь, чтобы я жила где-нибудь подальше?

– Не-ет! Что ты... То есть обычно так и делается, но мне очень нравится с тобой, я не думал, что...

Он окончательно запутывается в словах, и я его целую, чтобы выглядело, как будто это я не дала ему договорить.

– Не переживай, я знаю, что ты не пытаешься от меня отделаться. И я вполне способна ночевать в своей каюте. Хотя, конечно, с тобой мне уютнее и спокойнее, но если тебе это неприятно, то я, так и быть...

– Да нет, я совсем не против. Если это у вас так принято, то пусть так и будет. Мне очень хорошо с тобой, просто у нас без нужды вместе не спят...

– Ну и кто из нас создаёт себе трудности? – усмехаюсь я.

Вот если Азамат сидит на низкой кровати и коленки у него вверх торчат, а я сижу на его коленке, то ему совсем немного надо до меня нагибаться. Чем мы и пользуемся некоторое время, пока жажда к знаниям у меня не побеждает прочие желания.

– Слушай, а вот эти женщины, которые были вчера на встрече, – они красивые?

– Ну, Эрдеген когда-то была, хотя я этого уже не помню, а две другие – да, конечно, – пожимает плечами Азамат. – Особенно Эсарнай, конечно.

Ну хоть тут мы примерно совпадаем в оценке.

– То есть у вас приветствуется, чтобы женщина была потолще? – продолжаю выяснять я.

– Естественно, красивая, дородная женщина – это просто мечта.

– Хм. А как тогда у вас получается, что я красивая?

Азамат пару раз моргает, осмысливая мой вопрос.

– Ну Лиза, ну ты сравнила! То ведь муданжские женщины, самые обычные. У муданжской женщины если тела много, значит, здоровая, детей здоровых родит, да и уговорить проще. Стройные, конечно, красивее, так они и дрожат над своей красотой, лет до тридцати не рожают, а там уже и дети получаются хиленькие. Но кто же тебя так будет оценивать! Ты же вылитая Укун-Тингир с картинок из древних легенд!

– Вылитая.. кто?

– Сейчас покажу, если пустишь, – усмехается Азамат. Я сползаю на кровать, и он достаёт с полки одну из пластиковых книг, раскрывает на середине. Книга оказывается репродукцией какого-то древнего-предревнего манускрипта, просто сфотографированные листы бумаги – или даже пергамента? – сшиты в книжку. Разобрать слова невозможно, буквы на себя не похожи, да ещё и затёрлось всё. Зато каждая страница в красивой узорчатой рамочке, а первая буква превращена в картинку на пол-листа. На картинке девица с абсолютно белыми волосами, похожими на каракуль, тычет мечом в брюхо некой твари вроде перекормленного тритона. Девица действительно довольно тощая.

– А, – говорю, – это который солнце проглотил?

– Да-да, ты же вчера слышала эту легенду.

– Угу, но думаешь, я имя запомнила, что ли? И ты считаешь, что я на неё похожа? – присматриваюсь повнимательнее и обнаруживаю, что у неё в качестве пояса завязана змея, а на шее ожерелье из черепов. Миленько.

– Ну, это ведь только одно изображение, вот тут, смотри, другое... – он садится рядом со мной и перелистывает несколько страниц. Там моя ипостась восседает в очень неудобной позе на такой же скрюченной клыкастой лошади, размахивая жезлом с черепом на конце, а вокруг пляшут сине-зелёные черти. – Когда много изображений увидишь, понимаешь, что есть некоторые неизменные черты, хотя каждый рисует на свой лад. Да и в самих легендах, вот тут, например, сказано: «богиня, белая и тонкая, как плачущее дерево» . Ну, то есть берёза. И вот, дальше: «волосы скручены, как у ягнёнка» .

– С ума сойти, – говорю. А что тут скажешь? У меня как-то нет опыта внезапно оказываться богиней с каракулем на голове. – И как ты это читаешь? Половина затёрлась ведь.

– Да я по большей части помню, что там написано. Пару букв видно – и ладно, достаточная подсказка. Я ведь учил книжное дело.

– Да? А я думала, ты по технической части...

– А я и то, и другое, – с лёгкой гордостью говорит Азамат. – Мы жили в столице, когда я учился, так что мне не нужно было ни уезжать домой, ни на домашние дела время тратить, ну и мне было как-то неудобно, что все мои друзья заняты целый день, а я слоняюсь без дела. Вот и пошёл в два учения одновременно.