Призрак на задании - Александра Лисина

– Конечно. Его стерли из отчетов, потому что я не хотел, чтобы это создало вам с сестрой проблемы в будущем.

– Да?! А амулет матери ты вернул мне по той же причине?!

Де Фосс неуловимо нахмурился.

– Личные вещи погибших возвращаются родственникам по окончании расследования. Это обычная практика. Также из казны вам было выплачено полагающееся вознаграждение и компенсация за потерю кормильца.

На лице парня вновь появилась злобная гримаса.

– Тысяча золотых… король щедро оценил заслуги моей матери! Да только ты забыл упомянуть, что в том амулете была функция, о которой ты никому не сообщил! И лишь благодаря этому тебе удалось уговорить мать с тобой сотрудничать!

– О чем ты? – непонимающе сдвинул брови шеф.

– О, ты прекрасно знаешь, о чем речь, – издевательски протянул «Лей». – Лгун из тебя никудышный в отличие от твоего драгоценного короля или милорда дер Ирса. Но я понял обман, лишь когда по твоему же совету надел этот амулет на шею Лани. И обнаружил, что под его воздействием она превращается в послушную куклу!

Де Фосс при этих словах ощутимо вздрогнул. Лайс недоверчиво замер, отошедший в угол и абсолютно утративший интерес к происходящему дедуля никак не отреагировал, а я в ужасе прикрыла рот ладонью.

– Что, молчишь?! – зло бросил парень, буравя шефа тяжелым взглядом. – Когда до меня дошло, что происходит что-то неправильное, Лани уже перестала быть собой. Как только я пытался снять амулет, она превращалась в звереныша, переставала меня узнавать, рычала, выла и царапалась словно бешеная. Но стоило вернуть амулет и сказать «успокойся», как она приходила в себя и все становилось как прежде. Знаешь, когда ребенок еще маленький, это не так бросается в глаза. Трудно распознать, отчего именно он перестал плакать. Но когда он взрослеет, это становится заметнее. Вот только уже поздно становится что-то менять.

«Лей» нехорошо сузил глаза.

– Тогда я и понял, что ты просто использовал нашу мать в своей игре. А затем попытался избавиться от нас, отдав амулет, который до этого снял с ее трупа. Но Цицелия ван дер Браас не позволила случиться беде. Она сама меня нашла, и я охотно согласился на нее работать взамен на помощь и обещание избавить Лани от твоего внимания.

Я в шоке повернулась к де Фоссу, не в силах поверить в то, что услышала.

Разве такое может быть?! Разве ты мог быть таким чудовищем и совершить все те мерзости, о которых говорит «Лей»?!

Ну что же ты стоишь, Райв?! Скажи, что это неправда! Скажи, хотя бы намекни, да сделай уже хоть что-нибудь, чтобы я не считала тебя законченным мерзавцем!

Но он по-прежнему молчал. Чего-то ждал. И лишь изучающе смотрел на измученного ненавистью «Лея».

– Ты позволил ведьме организовать вашу мнимую смерть, – прошептала я, с разочарованием отвернувшись от шефа. – И устроился в КБР, чтобы найти доказательства, что ее смерть была совсем не случайной.

– Да, – дернул плечом парень. – Это оказалось не так уж сложно. Смышленый паренек-сирота, который «случайно» оказался на месте преступления и так же «случайно» помог его раскрыть – достойный кандидат на место помощника следователя, правда? Де Фосс любит оказывать покровительство – не я первый, не я последний, кого он подобрал на улице и, так сказать, дал «выбиться в люди». Мне не составило труда привлечь его внимание, а Цицелия ван дер Браас обеспечила достойную «легенду». Все равно тот маг был ей не нужен, так что мы просто совместили наши цели и сделали так, чтобы в убийстве обвинили престарелую ведьму, которая чем-то ей мешала. Об остальном вы, я полагаю, и так догадались. За эти годы я достиг определенных успехов, заработал репутацию, доверие и с годами неплохо продвинулся. Правда, поначалу я не был уверен в виновности де Фосса, у меня долго не имелось доступа во второй архив, поэтому оставалось только жить дальше и ждать подходящего момента.

– Как же тебя упустили? – задумчиво проговорил лорд Лайс, оценивающе оглядев подрагивающего от ненависти парня. – Тебя же проверяли, и не раз. Твоя аура была совсем иной всего несколько минут назад. И в ней не было ни ярости, ни злости, ни обиды… подобные вещи ни с кем не проходят бесследно, мой мальчик. Каждая эмоция, особенно такая сильная, как ненависть, оставляет следы. И каким бы хорошим актером ты ни был, их невозможно скрывать годами. А ты сумел. Как?

– Расщепление личности, – искривил рот в усмешке Ленарион. – Цицелия была мастерицей по части запудривания мозгов, и это она предложила мне выход. Чтобы защитить сестру и узнать правду о матери, я должен был поступить в КБР. Но чтобы служить в КБР, мне нельзя было вызвать ни малейшего подозрения. Поэтому мы создали Лея де Шо – хорошего парня, спокойного и в меру честного. Достаточно смышленого. Ловкого. Знающего, что такое преданность… обычный, ужасно тесный костюм, который мне пришлось носить годами, чтобы прийтись по душе нашему строптивому шефу.

Одарив де Фосса выразительным взглядом, «Лей» снова издевательски поклонился, но маг и на это ничего не сказал. А я, заново оценив и переоценив все, о чем сегодня узнала, зябко передернула плечами.

Наверное, у «Лея» было право на месть, если с его матерью действительно случилось несчастье по вине Райва де Фосса. Да, я вполне допускала, что шеф мог использовать Аллинию де Шийор так же, как использовал недавно меня. Не исключала, что он осознанно позволил ей рисковать, участвуя в том ритуале. Не сомневалась, что он пошел бы на все, чтобы выяснить, кто и что именно замышляет против короля. Как и в том, что он остановил бы Цицелию ван дер Браас любой ценой. Даже если бы это потребовало принести в жертву чью-то жизнь.

– Почему ты ждал так долго? – наконец разлепил губы де Фосс, исподволь разглядывая приплясывающего на месте парня. – Доступ в основной архив я дал тебе два года назад. Времени отомстить было вполне достаточно.

Тот фыркнул.

– Цицелия имела к тебе свои счеты. А без ее согласия я не мог тебя тронуть.

– Почему? – остро взглянул на него и Лайс.

– А вот это вас не касается! – огрызнулся Ленарион.

– Скорее всего, она повесила на него магическую клятву, – совершенно спокойно констатировал шеф, отчего его бывшего заместителя аж перекорежило. – Цицелия без этого не работала с чужаками, поэтому ему пришлось подчиниться. И только когда ведьма умерла, наш Лей наконец-то заполучил свободу. Мы были правы, Лайс, – в этом деле и впрямь замешаны личные мотивы. Непонятно другое – зачем ты стремился попасть в замок ван дер Браас, когда стало известно о призраке? Ты так отчаянно рвался на это задание, что я чуть было не заподозрил неладное…

«Лей» скривился.

– Я должен был точно знать, ее это призрак или нет. Если бы это оказалось так, то клятва сохраняла бы свое действие вплоть до момента развоплощения.

– Но это была не Цицелия, – ровно отозвался шеф. – И при этом действие клятвы ничуть не ослабло.

– Да! – свирепо выдохнул парень. – Я не понимал, в чем дело. Подозревал, что ведьма многого не договаривала, но понятия не имел, зачем она притащила в свой замок постороннюю душу!