Поход в никуда - Анатолий Дубровный

Рамана переглянулась с Салли и сказала, обращаясь к Арониусу:

– И днём нападают, а такое возможно только при мощной магической поддержке. На солнце могут находиться только очень старые вампиры. Остальных кто-то защищает от солнечных лучей, а это может только их бог. Судя по тому, что захвачено полкоролевства, здесь должно быть не меньше полусотни и не гнёзд, а кланов.

Арониус согласно кивнул, он пришёл к тому же выводу. Кивнул и благодарно посмотрел на Салли. Вампиров было столько, что с ними не справился бы весь орден охотников, и если бы драконы не пришли на помощь, то… Королевство Канимия было бы потеряно, вернее захвачено вампирами. Подобные прецеденты уже были, и отбить захваченное вампирами стоило больших жертв, но в большинстве случаев это не удавалось и, в итоге, в таких землях не оставалось людей.

Король Канимии Таронар Четвёртый смотрел в окно, возможно, это последний день, когда он вот так смотрит на свою столицу. Если вампиры пойдут на штурм, а король не сомневался, что это произойдёт, город придётся оставить. В лабиринте улиц вампирам противостоять невозможно. В чистом поле ещё есть шанс – стрелы с серебряными наконечниками не дадут вампирам приблизиться к боевым порядкам, а большие костры разгонят ночную темноту, но город так отстоять не получится – слишком большой периметр внешних стен. К тому же стены не защищают от атаки с воздуха, а вампиры почему-то могут атаковать и днём.

Таронар вздрогнул и обернулся, в дверях стоял всего лишь глашатай. Он стукнул посохом об пол и торжественно объявил:

– Гроссмейстер ордена охотников, Арониус!

В зал вошёл не только Арониус, его-то Таронар знал, с ним была ещё группа незнакомых девушек. Хотя Салли король тоже знал, но не она приковала к себе взгляд Таронара, среди девушек была бронзоволосая красавица! Король с трудом отвёл от неё взгляд и удивлённо поднял бровь: среди вошедших были две девочки – лет одиннадцати-двенадцати со светло-каштановыми волосами и рыженькая, совсем малявка. Эта малявка, оглядевшись, спросила:

– А где же мороженое?

– Лиша! Мороженое будет после того, как с вампирами разберёмся, – сделав строгое лицо, ответила русоволосая девушка, но рыжую малявку замечание ничуть не смутило. Она, надув губы, заявила:

– Так чего мы ждём? Давай быстро разбираться! Мороженое может же растаять!

– Лиша, не волнуйся, не растает, – улыбнулась бронзоволосая красавица. Рыженькую малышку поддержала вторая девочка:

– Да, действительно – чего ждать? Раньше начнём, раньше за стол сядем!

– Тиасса! Я понимаю – Лиша! Но ты, магистр, без пяти минут заведующая кафедрой… – очередной раз упрекнула Тиассу Рамана.

– Магистры тоже мороженого хотят! А вот стану заведующей кафедрой…

– Думаешь, перестанут мороженое давать? – усмехнулась бронзоволосая, перебив девочку со светло-каштановыми волосами. Вместо девочки ответила русоволосая девушка:

– Просто заведующей кафедрой нельзя столько мороженного лопать, решат, что она злоупотребляет служебным положением.

– Ага! – ответила девочка и, точно так же надув губы, как рыженькая малявка, заявила: – Саманта! Ты должна Листика и Лишу воспитывать, а не меня!

– Ага! Без мороженого я воспитываться не желаю! – тут же отреагировала рыжая девочка и, перестав дуться, важно заявила: – Детей надо воспитывать не наказанием, в виде лишения мороженного, а разработав гибкую систему поощрений, стимулирующих ребёнка к выполнению задач ему предлагаемых. Система поощрений наилучшим образом раскрывает способности…

– Лиша! Перестань читать мысли! – в один голос закричали бронзоволосая и русоволосая, а девочка с светло-каштановыми волосами ехидно спросила:

– Интересно, у кого она это вытянула, насколько же должен быть ярким образ, чтоб так точно сформулировать…

– Тиасса! – опять в один голос закричали девушки, на этот раз на девочку со светло-каштановыми волосами, а она, снова надув губы, укоризненно заявила:

– На вас не угодишь! Когда я хочу мороженого, то вы требуете, чтоб я была взрослой – магистром. Когда я вам высказываю свои суждения, как магистр и будущая заведующая кафедрой, вы опять недовольны! Вот сменю ипостась и покусаю!

– Я тоже покусаю, раз мороженого не дают! – поддержала старшую подругу рыженькая малышка.

– Саманта, давай, воспитывай её скорее, пока она кусаться не начала! – не выдержала и засмеялась Салли, Лиша тут же добавила:

– Физического воздействия потёртым солдатским ремнём не применять!

– Почему потёртым? – не поняла бронзоволосая.

– А потому, Рамана, что от частого употребления ремень в негодность придёт, новый жалко, – пояснила Саманта, показывая чей мысленный образ увидела Лиша, – воспитывать-то обеих придётся, магистра тоже! И делать это часто!

– Ой, ой, – обе девочки спрятались за Салли и оттуда показали Саманте язык. Язык у обеих был чёрный и раздвоенный на конце.

– Вы ещё зашипите, – ехидно заметила Рамана, и девочки дружно зашипели, очень громко, так обычные человеческие дети не смогли бы.

– Ну как вам не стыдно! – пристыдила расшалившихся малышек Саманта и, показав на Таронара, укоризненно покачала головой: – Что о вас король подумает?

– Вот это и подумает, – сказала Лиша, показывая на возникшую посреди зала огромную змею с раздутым капюшоном.

– Лиша! – опять одновременно закричали на девочку Саманта и Рамана.

– Извините, ваше величество, – обратилась Салли к забравшемуся на трон с ногами королю. А не обращающие на окружающих внимания Лиша и Тиасса затеяли спор.

– Где ты видела гарымзу с капюшоном? – критически оглядывая выглядевшую такой опасной гигантскую змею, спрашивала Тиасса.

– Я не видела, Листик рассказывала. Ну и подумаешь – не бывает таких змей с капюшоном, но так же красивее! – ответила Лиша, и капюшон у змеи стал больше и покрылся цветочным орнаментом, напоминавшим эльфийские узоры. Девочка критически оглядела покачивающуюся на хвосте, словно готовившуюся к броску, змею и спросила: – Правда, здорово?!

– Иллюзия должна быть максимально достоверной, – тоном лектора произнесла Тиасса, хихикнула, и у змеи выросли лапы. Лиша покивала головой, соглашаясь, и у лап появились перепонки. Кроме того, сами лапы покраснели и стали очень похожи на утиные, змея, перестав раскачиваться, застыла, казалось, сама удивлённая произошедшей с ней метаморфозой.

– А лапы зачем, да ещё такие? – удивилась Рамана.

– Чтоб удобнее плавать было, – серьёзно пояснила Лиша.

– Где же такое видано, чтоб у гарымзы были утиные лапы? – ещё больше удивилась бронзоволосая.

– Вот! Тут и видано! – заявила рыжая девочка, показывая на покрасневшую, словно застеснявшуюся своего вида змею. Король, так и сидевший на троне поджав ноги, спросил у Саманты, с опаской глядя на змею, начавшую покрываться синими цветочками: