Дети утренней звезды - Алексей Олейников

«…уникальная возможность прослушать лекционный курс лучших профессоров, авторская программа обучения Альберта Фреймуса – самого известного практикующего алхимика современности. Система тестовых испытаний, разработанная самим мистер Фреймусом, перевернет ваше представление о собственных возможностях.

Хотите знать больше?

Лагерь «Утренняя звезда» – ваш счастливый билет на поезд в будущее. Те, кто не успеет, поедут эконом-классом».

Реклама – закачаешься, просто продавай последний сухарь и записывайся. Да только на самом деле все совсем не так. Знаете, у меня был кролик. Его звали Джузеппе, он был смешной вислоухий чудик, и мы отрывались по полной – носились наперегонки по дому, воровали морковку и яблоки (кролы не жрут капусту, она им вредная, раздувает от нее кролов, а у вислоухих нежный живот). Мягкий, серый, пушистый. Он засыпал, уткнувшись носом в ладонь…

Джузеппе умер от разрыва сердца, когда мой папаша принялся запускать фейерверки, празднуя рождение моего брата. Глупо и нелепо, что рождение этого мелкого засранца было оплачено смертью невинного зверя. С тех пор я знаю, что мир – это жестокое место. Я знаю, чем мой отец зарабатывает на жизнь, и вы все, мои подписчики, тоже знаете, кто такие колдуны и чем они занимаются. Давайте начистоту – мы все себялюбивые и жадные сволочи.

Проблема в том, что Фреймус относится ко всем нам так же, как мы относимся к симплам. Как к вещам, которые можно использовать или выбросить, если не нужны. Смешно, правда: все эти кичащиеся древностью фамилии для него не больше, чем красная глина в руках мастера. Он лепит и отбрасывает то, что ему не подходит.

Наверное, мы это заслужили. Я видела, я помню, я расскажу! Этот дебильный лабиринт мы прошли на раз. Первой взяли глину – ее охраняли корокоты, мерзкие скелетные псы, от них несло тухлыми яйцами. Зубы у них росли в два ряда, они прыгали и все пытались откусить мне ноги, пока Эжен вытаскивал контейнер с глиной. Яд замедлил их. Плевое дело. Флакон с флегмой охраняли якулы, такие подлые черные змейки с рубиновыми глазками. Совсем не ядовитые, они просто прыгают с такой скоростью, что пробивают любые доспехи насквозь. Наверное, только от лба Зорича отскочат.

Флегму добыла Мэй, якулы ее за свою в ее чешуйчатом комбинезоне приняли. Я не шучу, она с ними там чуть не целовалась.

Все было супер, мы уже анекдоты травить начали, и тут дошли до мантикоры. Да, дорогие мои, мантикоры. Что-что? Она вымерла? Всех мантикор выловили Ловцы Магуса? По договору между темниками и Магусом мы не имеем права держать таких тварей? Что, вы даже и о договорах с Магусом ничего не слышали? Ну так вы понятия не имеете, в каком мире живете, зайчики мои. Слушайте старушку Ви, она вам глаза откроет, если жива останется.

А вот фиг! Выживу и еще джигу на черепе Фреймуса станцую, клянусь мамой и бабушкой и останками моего вислоухого Джузеппе! Мы, Скорца, в семи щелоках моченные, нас ядохимикатами не вытравишь!

Мантикору вы все на картинках видели, и дай вам предки, чтобы вживую никогда вы с ней не столкнулись. Серьезно, я сейчас сохраняю присутствие духа и способность складывать слова только благодаря таблетке реланиума, да святится его химическая формула.

Мантикора охраняла флогистон, он там торчал на столбе в центре, такой фиал темного стекла с белым пламенем внутри. Мы знали, что она там будет, но встреча все равно вышла невеселая. Начать с того, что мой яд на нее не подействовал. Я распылила дозу, которая могла остановить слона, а эта тварь скакала на цепи вокруг столба и на нас, в общем, не обращала внимании. Проблема, дорогие мои, в химерической природе мантикоры, зарубите себе на носу, крайне трудно подобрать компоненты, которые будут действовать на все составляющие ее организма. Правда, Эжен без проблем мог снять фиал. Заарканить его и стащить, делов-то, ей было не до нас, потому что мантикора играла с ребятами из пятерки Бранда. Как кошка с мышками: то отпустит, то лапой опять прижмет. Чтобы не слишком трепыхались, она их слегка жалом приколола – она, тварь, с добычей любит долго возиться, я знаю, я читала…»

Виолетта размахнулась, в последний момент не ударила, а накрыла ладонями планшет. Закусила губы, продолжила колотить, промахиваясь и исправляя:

«Эти мои соратники гребаные их оставили, представляете? Своих же, таких же студентов! Какая разница, что они конкуренты?! Они же люди, а эта тварь их сожрала бы, они же до рассвета бы не дожили. Конечно, я хотела их спасти, да любой нормальный человек хотел бы! Побеждать надо честно! А Зорич… он хуже мантикоры… он сказал, что меня туда скинет, если я вмешаюсь. И эти скоты… Мэй и Эжен, с ним согласились. Не знаю, что бы я сделала, правда не знаю, если бы в этот момент не появилась Сара со своим перекормленным котом. Я вам скажу, я такого ни в одном голливудском фильме не видела. Она прошла по земле, не по мосткам, а по земле, там, где ловушек больше, чем подлостей в голове Зорича.

А она пробежала, и ни одна стрела не вылетела, ни одна волчья яма не обрушилась. Короче, Сара с нашим малахольным командиром вообще не стала разговаривать, хотя он пыжился, отчета требовал. Я ей сказала, что происходит… и вы не поверите. Я серьезно, эта ночь сильно скорректировала мое представление о том, на что способны люди. Причем в обе стороны, как в минус, так и в плюс.

Эта ненормальная, она мой кумир до Страшного суда, она же не стала уговаривать этого бессердечного идиота Зорича, как это я, дура, делала, – она полезла внутрь! Тут мы с ней, конечно, все распрощались, а вот она с нами – нет! Сара Дуглас, запомните это имя, мои отсроченные читатели, она великий человек. Не просто выдающаяся ведьма, ее везению и ловкости просто нет равных. Мантикора ее вообще не сумела зацепить. Она дала ей по рогам – образно говоря, ведь мы все помним, что у мантикоры нет рогов, натравила своего котейку, и пока тот старательно танцевал на синей бородатой роже мантикоры, вытащила обоих брандовцев. Ну, тут надо признать, Эжен и Мэй все-таки включились, отвлекли тварь на себя. А мы с Зоричем потащили капповцев в лагерь, они еле на ногах держались, бедняги. Уж не знаю, как все так обернулось дальше, или атмосфера там так накалилась, или Эжен флогистону плеснул, но ловушка с мантикорой загорелась. Да так резво, что бревна обрушились, а пламя дальше по мосткам пошло и на прочие кольца перекинулось. Весело, с торжественной иллюминацией мы покидали полигон Фреймуса, одна беда – спалили объект подчистую.

Да! Вот вам вишенка на торт сегодняшних впечатлений. На выходе мы встретили Адониса Блэквуда с его подручными, все такие нарядные, упакованные, как елочные игрушки в витрине бутика. Как же они драпали! С них ботинки на бегу спадали, когда они увидели, что все горит, а на них вся в дыму и пламени скачет мантикора с располосованной рожей.

Когда мы до коттеджа добежали, Зорич, конечно, разорался, размахался руками. А Сара просто пошла спать. Совершенно, считаю, заслуженно – мало того что она всех перевертышей увела, так еще и двух человек от верной смерти спасла. Наверное, если бы она хотела, то в одиночку добыла бы все ингредиенты. Нас, наверное, убогих, пожалела. Вот так вот прошла наша операция, дорогие мои».