Джейн, анлимитед - Кристина Кашор

– Так это нормально? – спрашивает она. – Такой уровень драматизма?

Миссис Вандерс кривит губы и пожимает плечами.

– Полагаю, – говорит она, – каждый, с кем мы имеем дело, – человек твердых убеждений.

Патрик перетягивает контейнер с Рембрандтом веревкой и ставит в грузовой лифт. Закрывает дверцу и возвращается к контейнеру с Бранкузи.

– Я разговариваю на бенгали и немного на хинди, – сообщает Киран. – Еще на французском, итальянском, испанском, арабском. Чуть-чуть на иврите. И я могу выдавать себя за представительницу нескольких этнических групп.

– Да, – говорит миссис Вандерс. – Мы это знаем.

– Должно быть, благодаря этой работе у вас появился всеобъемлющий взгляд на то, как ведут себя представители разных наций, – протягивает Киран.

– Так и есть, – кивает экономка. – А сейчас, Киран, тебе пора возвращаться на Праздник. Наверняка людям уже интересно, что случилось с молодой хозяйкой.

Патрик стоит у грузового лифта, отправляя куда-то два контейнера. Затем он подходит к кухонному лифту и поворачивается к Айви, которая влазит в лямки объемистого рюкзака. Девушка достает из кармана пальто балаклаву, натягивает ее на голову и мгновенно становится безликой.

Джейн подходит к ней:

– Куда ты направляешься?

– В подвале есть тайный люк, – охотно отвечает та. – За ним – туннель, ведущий к скрытой бухте на другом конце острова. Там и происходит посадка детей и погрузка экспонатов. Кок с детьми ждут меня внизу.

– Долго собираешься их сопровождать?

– Всю дорогу до их родителей. А потом поеду в Женеву.

– С тобой все будет хорошо?

Она обдумывает вопрос, затем кивает.

– А с тобой?

Джейн тоже задумывается и наконец пожимает плечами.

Айви крепко стаскивает свои предплечья, затем отпускает и забирается в кухонный лифт. Джейн на ватных ногах возвращается к Киран. Миссис Вандерс смотрит на нее.

– Когда ты была маленькой, – говорит миссис Вандерс Джейн, – твоя тетя была именно такой, какой ты думала. Она фотографировала подводных животных и изучала морскую экологию. И все.

– Ее тетя? – спрашивает Киран. – Магнолия? О чем ты сейчас говоришь? Магнолия не была… О! – доходит до Киран. – Она тоже! Господи!

– Однажды она наткнулась на обломки затонувшей подводной лодки, – продолжает миссис Вандерс, – спрятанной в пещере на дне Тихого океана.

Боковым зрением Джейн видит, как Патрик закрывает дверь кухонного лифта и начинает тянуть тросы.

Киран осторожно касается руки Джейн, там, где щупальца медузы почти дотягиваются до локтя.

– Это была северокорейская подводная лодка, – говорит миссис Вандерс. – У Пентагона, Северной Кореи и нескольких других государств были свои собственные водолазы, которые искали места крушений, но они искали не там, а Магнолия совершенно случайно обнаружила то, что им было нужно.

Единственная отрада для Джейн в это мгновение – ладонь Киран на ее татуировке.

– Она ныряла с венесуэльского судна с международной командой подводников, – продолжает миссис Вандерс, – и поняла, что́ нашла. У нее было предчувствие, что один из ее университетских коллег мог бы подсказать ей, что делать. Она вернулась на борт, ни слова не сказав никому из своей группы, и позвонила ему. Через несколько дней Магнолия сообщила своей команде, что ее наняли на другую работу, и перешла на оборудованное спасательное судно, принадлежащее американцам, которое проходило как горнодобывающее. Оно прибыло специально, чтобы ее забрать. Магнолия привела их к обломкам и по их просьбе помогла поднять ценности. Ядерная ракета. Криптологические данные. Это был джекпот.

– Почему она это сделала? – шепчет Джейн. – Зачем ей было держать это в секрете? Почему было просто не рассказать всем на венесуэльском корабле о том, что она нашла?

– Она не знала, как быть, – объясняет миссис Вандерс. – У нее хватало воображения, чтобы понять: это политическое открытие. Отношения между США и Венесуэлой в то время были натянутыми. Она сделала то, что посчитала правильным.

Миссис Вандерс берет рацию с соседнего стола и бросает ее Патрику, который пристегивает к ремню пистолет.

– Отправь это Айви, – говорит она, кивая на кухонный лифт. – Теперь, я думаю, тебе следует спуститься вниз длинной дорогой и разведать обстановку. Тебе все равно придется пройти наземным маршрутом через парк.

– Она бы не стала, – говорит Джейн. – Моя тетя не стала бы мне лгать.

– Тебе было семь, – терпеливо объясняет миссис Вандерс. – Она не могла просто вернуться и рассказать тебе о таком, как бы ей этого ни хотелось. Наша работа захватывает, стоит только начать. Это важная работа, и чем больше рискуешь, тем выше вознаграждение. У твоей тети были банковские счета на Каймановых островах и в Швейцарии. Теперь, когда ты знаешь правду, мы поможем тебе их получить. Вот почему я хотела с тобой поговорить, с тех пор как ты приехала в Ту-Ревьенс. Твоя тетя взяла с меня обещание, что, если с ней что-нибудь случится, я помогу тебе получить доступ к ее деньгам.

Джейн не волнуют банковские счета. В ее висках пульсирует: семь… Семь! Она направляется к лестнице.

– И еще Магнолия просила передать тебе сообщение, – кричит ей в спину миссис Вандерс. – «Скажи моей племяннице, чтобы потянулась за зонтиком». Она всегда о тебе думала и ради тебя хотела выйти из дела. Магнолии никогда не подходила эта работа. Она ее ненавидела. Она ненавидела лгать. Никто из нас не любит лгать. Она собиралась уйти в отставку, и мы хотели ей в этом помочь.

Киран берет Джейн под руку и помогает подняться по лестнице. Джейн дрожит.

– Оставь ее в покое, Ванни. Ты говоришь так, словно никто из тех, кому вы лгали, не имеет права чувствовать себя преданным.

Снова оказаться на вечеринке – словно вернуться в иную реальность. Джейн хвостиком ходит за Киран, которая пребывает в удивительно приподнятом расположении духа. Несложно быть ее тенью. «А вдруг это все сон?» – думает Джейн.

Киран берет Джейн за руку и, пока они нарезают круги по бальному залу, горячо шепчет ей на ухо:

– Посмотри на всех этих людей. Интересно, сколько из них стали друзьями нашей семьи, получив когда-то приглашение на вечеринку от их настоящих друзей – от слуг? Есть тут хоть один человек, который никем не притворяется?

«Да, – думает Джейн, – мы. Ты и я, Киран».

– Подумай о наших гостях, – продолжает Киран. – Семья Окада, например. Ты могла себе вообразить, что они замешаны в чем-то подобном?

– Нет, – безучастно отвечает Джейн.

– В Колине слишком много от фаллоимитатора, чтобы можно было представить его в этой роли, – говорит Киран, – а вот у Люси Сент-Джордж наверняка есть второе дно, учитывая все эти дела с частным сыском. Согласна?