Академия магических близнецов. Пять камней силы - Розалинда Шторм

– Мда, Грушенция, – раздалось сзади. – Судя по всему, тебя хорошо тогда торкнуло, как после гномских грибочков по старинному рецепту.

– Обязательно тебе напомню об этом в день твоей свадьбы, подруга, – окрысилась я. – Запомни, Корочка.

Та только хмыкнула.

Ну да ладно, поспорим потом, если выживем, конечно. А теперь пора к Сердцу.

Открылась дверь не сразу, только когда я напоила ее своей кровушкой. Вот что за мир, что ни предмет, что ни существо, все желали испробовать Грушиной крови. Прям, царство вампирюг коварных.

Уже спускаясь по лестнице, я поняла, что-то не так. Внизу явно находился кто-то еще, причем не один. И эти кто-то, не стесняясь, бурно переговаривались на незнакомом языке.

– Стоп, – едва слышно скомандовал Палиано.

Мы послушно замерли и стали слушать.

– Неужели те, о ком я думаю? – шепнула Магда.

– Они самые, – едва ли не прорычал декан. – Их говор ни с чем не спутать.

Я взглянула на Кору.

– Кто?

– Малумы, – ответила она.

Моя душа тут же ушла в пятки.

Впрочем, чтобы совсем уж испугаться времени не хватило, потому, как Палиано повел нас в бой. Вернее, повел-то он жену, а мы были на подхвате, прикрывая тылы. Но и этого было достаточно. Это Кора чувствовала себя, как рыба в воде, да и Сонор не отставал, сжимая громадными ручищами древко топора. Нам с Лаурой было сложнее.

Ступеньки подозрительно быстро закончились, и передо мной предстало зрелище, достойное картины Зауервейда: огненные всполохи, кровь, дым, кислотного цвета пятна, разной степени сохранности тела. Сердце еще пульсировало, но неравномерно, да и побледнело оно сильно. Возможно, мне показалось, но по нему, словно по воде плыли очертания виверны.

Я зажмурилась на миг и сразу же открыла глаза, заставляя себя перевести взгляд от Сердца. И вовремя, оставшиеся на ногах семеро серых, длинных, худых, словно скелеты существ таки заметили непрошенных гостей и бросились в бой. Первый тут же пал, сбитый прицельным попаданием огненного кинжала Палиано. Второй не задержался надолго, наткнувшись на меч Торони. Остальные, к сожалению, пробились к нам.

Как я ушла с линии удара, даже думать страшно, не то, что вспоминать. Выгнулась назад, словно гимнастка, пропуская странное оружие, больше похожее на оторванные лапы огромного медведя. А после, моментально поднялась и отскочила в сторону. Взревевший от ярости малум пролетел по инерции дальше, но слишком быстро сумел остановиться. Развернулся и продолжил праведное дело по умерщвлению госпожи Агриппины.

Я взвизгнула от страха и запулила первым, что попалось под руку, о магии даже не вспомнила. И только увидев снаряд, попавший в скелетона, поняла, что схватила. Отрубленная костяная башка. Едва совладав с рвотным рефлексов, была вынуждена снова бежать. Этот гадский малум сильно оскорбился, что я потревожила покой его почившего соплеменника, и вознамерился расправиться со мной особо жестоко. Да не рассчитал, что Сонор только и ждал, когда тот приблизиться на расстояние удара. Вскоре и вторая голова откатилась к первой.

Пока я развлекала своего противника, друзья-товарищи совместными усилиями расправились с оставшимися. И теперь пытались найти живых мономорфов.

– Спасибо, дорогой, – просипела гному. – Век не забуду помощи.

– Да что там, – оскалился Сонор. – Всегда обращайся. Это дело мы любим.

Он от души пнул труп малума.

– Смотрите-ка, как интересно, – услышала голос Палиано. – Груша, взгляни.

Я поковыляла ближе к Сердцу, где стоял декан, попутно осматриваясь. Тела, много тел. Как мономорфов, скрючившихся в позе зародыша, так и малумов. Похоже, прежде чем мои сородичи лишились ипостасей, здесь кипела битва.

– Узнаешь? – когда я все-таки добрела, спросил декан.

Взглянула на композицию из двух тел, что сплелись на самом алтаре, где не так давно я стала женой Альдамира. И оба участника мне были знакомы: Альфред и Филипп. Притом израненный средний брат так и не выпустил из объятий не менее окровавленного старшего. Видимо, до последнего не давая Филиппу совершить непоправимое. Вот только коварный старшенький все-таки успел, черный кинжал нашел свою цель, пронзив Сердце. В месте удара оно позеленело, будто неизвестный металл отравлял его, словно яд. И пораженная зона постепенно расширялась.

– Не, я ни на что не намекаю, но, похоже, один из братцев нашего принца – предатель и якшается с малумами, – протянул Сонор, нарушая тишину. – Во дела-то!

У меня не нашлось слов и доводов, чтобы доказать обратное. Как бы ни верил Альдамир в то, что братец не при чем, ситуация была весьма красноречивая. Филипп так и не разжал пальцы, держась за рукоятку кинжала, торчащего из Сердца.

– И что дальше? – приблизилась ко мне Лаура. – Что делать с Сердцем? Я сомневаюсь, что с этой штукой ему хорошо.

– Что! – сама не ожидая от себя, взвилась я. – Вытаскивать, конечно!

И протянула лапку, чтобы взяться за рукоятку чуть выше пальцев родственничка.

– Не трогай, дурная! – по ладони долбанули.

Я зашипела и повернулась, намереваясь сдать сдачи. Да только красноречивое лицо Торони сказало, в отместку мне полетит еще что-нибудь мерзкое. Тут же пришел стыд. И правда, чего это я? На подругу накричала, полезла хватать незнакомую и явно опасную штуковину. Вот, дура!

– Прониклась? – усмехнулась гаргулья. – Вот и славно, давайте дело делать.

Вместо того чтобы взяться за кинжал, она обхватила пальцы Филиппа, сильнее прижимая их к рукояти, а потом потянула. Кинжал с треском, достойным гремучей змеи, неохотно покинул Сердце. Рана моментально затянулась, вот только зелень никуда не делась.

– Так-так, и как это понимать? – разочарованно протянула Торони. – Может, магией жизни его подлечить. Свет, кто у нас там, на ногах, в состоянии подлатать Сердечко?

– Боюсь, с этим проблема, – покачал головой Палиано. – Либо уже вне стен академии, либо на полу. Попробуй, лечебку запустить. Вдруг поможет.

– Как скажешь.

Гаргулья, не медля, отправила заклинание, вот только оно отскочило от Сердца и вернулось, даже краем не задев ядовитого пятна.

– Так, господа студенты, какие есть у вас соображения? – в голосе преподавательницы слышалась досада. – Вы же у нас умненькие.

– Прижечь, – почти сразу предложила Кора.

– Попробовать промыть, – пожала плечиками Лаура.

– Вырезать поврежденный участок, – пробасил Сонор, вытаскивая из ножен немаленький такой ножичек. – Вот, заговоренный.

Я молчала, глядя на Сердце. Оно чуть заметно пульсировало и тихонько пело, так протяжно и тоскливо, будто плакало. На глазах появились слезы, так жалко его стало. Действуя по наитию, подошла вплотную, протянула руку и погладила, ощутив не твердое тело, скорее, теплую воду. И тут же почувствовала невероятную любовь, проникшую, казалось, в каждую клеточку тела. А потом пришла горечь. Я не слышала, скорее, понимала, что оно жаловалось, не могло понять, почему родное дитя его предало.