Юлианна, или Опасные игры - Юлия Вознесенская

— Бабушка такая мудрая! — затараторила Юлька. — Она папе ничего не сказала. Но как только он уехал, она сразу же назвала меня Юлей и заставила рассказать, зачем мы с Аннушкой поменялись местами. Но мне кажется, она была даже рада, что я приехала к ней вместо Аннушки. Правда, бабушка?

— Правда, золотко, чистая правда. Я очень рада, что у меня появилась возможность побыть с тобой вдвоем.

— Это я придумала, бабушка!

— Да уж, конечно, не Аннушка! — засмеялась бабушка. — Так что же это за таинственная принцесса, Юрий? Она что, в одной школе с Аннушкой учится?

— Училась. Смерть отца-короля и государственные дела заставили ее прервать учебу. Она мне позвонила, а потом мы стали переписываться по электронной почте.

— И что эта принцесса пишет про Аннушку? Здорова ли она, хорошо ли учится? — заволновалась бабушка

— Аннушка здорова, а вот с учебой имеются некоторые сложности…

— Оно и понятно. Я всегда была против учебы русских детей за границей. Юношей и девушек поездки за границу развивают, а вот подростков только сбивают с толку.

— Ой, бабушка, это я во всем виновата! — расстроилась Юлька.

— Подожди, стрекоза. Давай сначала Юрия покормим с дороги, а уж потом он нам все расскажет по порядку. Главное — Аннушка здорова. Пойдемте в дом, дети, хватит тут на ветру стоять и разговоры разговаривать.

— А дрова? Ты же сказала, бабушка, что до вечера их надо убрать со двора.

— Как не вовремя их привезли! Ну ничего, дрова подождут. Юрий потом поможет нам снести их в сарай. Поможете, Юрий?

— Само собой.

— Теперь, Юленька, покажи Юрию, где он может умыться с дороги, и дай ему чистое полотенце, а я пойду ставить чай, — и бабушка первая пошла к дому.

— Пошли, Юрка, продемонстрирую тебе наш скромный провинциальный комфорт!

Юлька повела Юрика на веранду.

— Поставь пока сумку на пол. Вот умывальник, вот мыло, а полотенце я тебе сейчас принесу.

Юрик с любопытством оглядел алюминиевый рукомойник, подвешенный над ведром.

— И как же это ты, Юлька, без ванны и джакузи обходишься?

— Ха! Пошли, я тебе покажу, где у нас главные удобства.

— Давно пора.

— Прости, не догадалась. Мог бы и спросить! Они снова спустились с крыльца, и Юлька ткнула пальцем в сторону голубой будочки в углу двора.

— Удобства вон там!

После посещения голубой уборной Юрик умылся с дороги, и бабушка позвала ребят за стол.

Сели пить чай с рябиновым вареньем и пирожками с грибами и луком.

— Между прочим, пирожки я пекла, — доложила Юлька.

— То-то они такие сухие и подгорелые снизу. А начинка вкусная.

— Начинку готовила бабушка, — призналась Юлька. — а тесто у меня почему-то все никак не получается!

— Не расстраивайся, есть можно, — успокоил ее Юрик. И тут же добавил: — Правда, и убить таким пирожком тоже можно.

— Но-но! Ешь пирог с грибами и держи язык за зубами! Как там Кира с Гулей?

— Они тебе привет передают. Скучаешь по ним?

— Немножко скучаю, все-таки с детства вместе. А знаешь, куда я теперь вместо дискотеки хожу по субботам и воскресеньям?

— В церковь?

— Угадал!

— Мы с Гулей тоже воцерковились: на Успенье Божьей Матери ездили во Владимирский собор.

— Причащались?

— Чего-о? — Юрик недоуменно поглядел на Юльку.

— Святых Таинств, — пояснила та.

— Не понял.

— Ну, ты говоришь «воцерковились», на Успенье в церковь ходили. Вот я и спросила, причащались ли вы? Что вы с Гулей в церкви-то делали?

— Купили свечек на тыщу рублей и расставили перед всеми иконами.

— Зачем же так много? — удивилась бабушка.

— А чтоб никому из святых обидно не было.

— Очень надо святым на таких дурачков обижаться! И это ты называешь «воцерковились»? — засмеялась Юлька.

— Уж как сумели, так и воцерковились, — обиделся Юрик. — Ты сама-то давно ли в церковь стала ходить?

— Как будто ты не знаешь, что я еще летом воцерковилась!

— Нет, Юленька, — сказала бабушка, — воцерковилась ты гораздо раньше, сразу после крещения, когда родители впервые принесли тебя на литургию в Божий храм. И это тебя обязывает бережно относиться к тем, кто делает в церкви первые шаги. И никогда — слышишь? — никогда не смеяться, если эти шаги покажутся тебе неловкими! А сейчас, мне кажется, тебе перед Юрием стоит извиниться.

Юлька вздохнула, подчеркнуто неуклюже слезла с табуретки, нарочито шаркая ногами, подошла к Юрику и скомандовала:

— А ну встань! Я у тебя прощения просить буду…

Юрик поднялся, и тут Юлька поклонилась ему в пояс, коснувшись рукой пола, и проговорила:

— Прости меня, грешную! — Но тут же выпрямилась, вся красная то ли от поклона, то ли от смущения, и сердито спросила: — Ну, чего молчишь как пень?

— А что я должен сказать? — окончательно растерялся Юрик.

— Ты должен мне ответить: «Бог простит!».

— Ну, Бог простит…

Бабушка низко наклонилась над столом и закрыла лицо передником, плечи и голова ее мелко тряслись. Потом отняла его и проговорила, вытирая выступившие от смеха слезы:

— Вот теперь я вижу перед собой двух воистину православных подростков, воцерковленных дальше некуда!

— Юрка, а все-таки как это вас с Гулей в церковь занесло? — спросила Юлька.

— Перед Успеньем по телеку один священник выступал и сказал, что русские дети должны воцерковляться, а то у России не будет крепкого поколения православных и она погибнет, — сказал Юрик и добавил, улыбаясь: — Ну, вот мы с Гулей и отправились в церковь спасать Россию.

— А вы с Гулей разве крещеные? — удивилась Юлька.

— Нет, а разве это важно?

— С вами все ясно! — сказала бабушка, покачав головой. — Но поняли вы все правильно, и батюшка тот правду сказал: без православных детей не будет православной России, а другая Россия не нужна ни русским людям, ни Богу. Но креститься вам, Юрик, и подружке вашей надо обязательно.

— Ладно, бабушка, я за этим прослежу, — пообещала Юлька и добавила: — Интересные дела без меня на Крестовском творятся. Вот бы Аннушка обрадовалась!

— Да, Аннушка… — сказал Юрик и отставил чашку. — А ведь у нашей Аннушки в Келпи большу-у-ущие неприятности!

И Юрик рассказал, как в один прекрасный день принцесса Ясмин прислала ему подробное письмо о том, что творится в Келпи. Потом она сделала копию книги о Большом Плане и тоже переслала ее по электронной почте.