Танец над бездной - Елена Малиновская

Тем временем путешествие продолжалось своим чередом. В сопровождении небольшого отряда император вместе с ученицей объезжали близлежащие деревеньки, на ночь останавливаясь в лучших крестьянских подворьях. Сначала Эвелина настолько уставала с непривычки от верховой езды, что валилась с ног сразу же после остановки на привал. Не помогали даже горячие ванны, теплое бодрящее питье и расслабляющий массаж, который любезно и умело делала приставленная к ней служанка. Но вскоре девушка привыкла к ежедневным разъездам и уже довольно умело сидела в седле, рассматривая окрестности. А вечерами Эвелина уже не отправлялась сразу спать, а долго и с удовольствием слушала рассказы императора про становление империи. Дэмиен щедро делился со своей ученицей знаниями, и тогда она вспоминала такие же промозглые осенние вечера и долгие неспешные беседы с колдуньей.

Иногда император позволял ей присутствовать при отборе учеников для рода Пятого Бога. В поселках заранее объявляли о приезде правителя, и деревенские старосты собирали со всей округи сирот. Редко когда их набиралось больше двух-трех человек в каком-нибудь крупном селе. Да и тех быстро уводили после отказа императора, который, руководствуясь только ему понятными признаками, раз за разом отсеивал неугодные кандидатуры. Здесь жили дружно. Если в семье случалась трагедия, из-за которой дети лишались кормильцев, то ребятишек разбирали по домам многочисленные родственники, а иногда и просто сердобольные соседи. И воспитывали несчастных наравне с собственными отпрысками, не делая между ними никаких различий. Эвелина горько усмехалась, вспоминая свое детство. Однажды, после еще одной деревеньки, в которой вновь не оказалось ни единой сироты, она почти весь день молчала. Только перед самым сном императору удалось каким-то чудом вытянуть из нее причину подавленного настроения. Девушку словно прорвало. Она говорила и говорила, никак не могла остановиться. Еще никому до этого Эвелина не рассказывала подробностей жизни на Лазури. Ронни и так видел нелюбовь островитян к своей племяннице. А в Академии никому, в сущности, не было дел до обид прошлого. Дэмиен не прервал ее ни разу, терпеливо дослушав до конца. А потом, обняв, мягко привлек девушку к себе. Эвелина положила голову на плечо мужчины и закрыла глаза. Медленно текли минуты тишины. Именно тогда девушка впервые отчетливо поняла, что влюбилась. Разумом она еще отчаянно сопротивлялась этому чувству. Вновь и вновь Эвелина пыталась вызвать в себе прежнюю спасительную ненависть, думая про то, как Дэмиен пытался ее убить на ритуале поминовения усопших, как он жестоко обращался с нею в первый год обучения стихийной магии. Да мало ли какие еще обиды бережно хранила память. Но сердце… Глупое сердце таяло, истекая счастьем, каждый раз, когда император был рядом. И девушка даже не хотела думать о скором возвращении в Академию. Слишком хорошо и спокойно ей было теперь.

Очередной поселок не отличался от десятка предыдущих. Низенькие кособокие избушки, вместо дороги жидкая грязь, по которой опасно скользили копыта лошадей. Девушка вздохнула и плотнее закуталась в плащ. Вряд ли они задержатся здесь надолго. Сначала – деревенское собрание, на котором император пройдется неспешным шагом вдоль нестройной шеренги жителей. Задаст обычный вопрос о сиротах. Получит обычный ответ – нет. А завтра – с новыми силами в путь. За неполных полтора месяца Дэмиен не нашел никого в свой род. Но, как казалось девушке, он не очень-то переживал по этому поводу.

Отряд остановился около дома, который был чуть выше, чуть просторнее, чуть богаче остальных. Император спешился первым и подошел к жеребцу Эвелины, по обыкновению помогая девушке спуститься на землю. Вокруг на почтительном расстоянии уже толпился народ.

– Проследи за лошадьми,– отдал негромкое распоряжение начальнику охраны Дэмиен.– И пусть приготовят горячий ужин и постель. Слишком поздно, чтобы ехать куда-нибудь дальше. Переночуем здесь.

Высокий темноволосый мужчина почтительно кивнул и сразу же отошел в сторону, безошибочно определив среди встречающих старосту. Поманил его пальцем и принялся что-то вполголоса растолковывать. Крестьянин внимательно слушал, поминутно кивая головой. Затем стремглав кинулся выполнять указания.

– Примешь участие? – спросил император, с искренней заботой окидывая ученицу взглядом.– Или устала?

– Не думаю, что это займет много времени,– пожала плечами она.– Почему бы и нет.

– Хорошо,– ласково улыбнулся мужчина и подал Эвелине руку.– Тогда вперед.

Девушка откинула назад полы замызганного грязью после долгой утомительной поездки плаща и поспешила вослед.

Их уже ожидала на пороге маленькая пухленькая женщина, выряженная в цветастое безвкусное платье. С глубоким поклоном она выступила вперед, держа на вытянутых руках поднос с чашей, наполненной до краев кровью жертвенного животного. Эвелина отвела глаза, сглатывая привычный комок тошноты. Она слишком хорошо помнила последний разговор с императором по этому поводу. Дэмиен с удовольствием разъяснил, что для этих целей чаще всего используют бездомных собак, которых забивают насмерть камнями. На глупые вопросы – почему именно собак и зачем так жестоко – мужчина с жесткой усмешкой дал краткое объяснение. Богами каждому животному, и человеку в том числе, завещана определенная роль. Пес обязан жить рядом с хозяином, охранять дом и семью. А бездомное животное предает свое небесное предназначение и не заслуживает никакой иной участи. И пусть собака благодарит Судьбу, что не родилась в прежние времена, когда с нее содрали бы заживо шкуру и преподнесли в дар наместнику Бога на земле.

– Повелитель,– с явным волнением произнесла женщина.– Примите кровь отступника. Пусть простятся нам грехи наши перед Богами.

Дэмиен окунул руки в предложенный сосуд и щедро окропил землю под ногами.

– Да будет благородной земля ваша,– громко, нараспев сказал он. Затем повел пальцами по лицу крестьянки, оставляя на румяных щеках кровавые разводы.– Да будет истинной вера ваша. И Судьба не оставит детей своих.

Тут же подбежала совсем молоденькая девчушка, неся кувшин с чистой водой. Император с удовольствием подставил руки, умываясь, потом вытерся предложенным расшитым полотенцем, а Эвелина в который раз уже подивилась тому, что и теперь правитель умудрился не замарать своей одежды. Ни малейшего багрового пятнышка не было на кипенно-белых рукавах его рубашки.

– Теперь, когда с формальной частью покончено, перейдем прямо к делу.– Дэмиен немного помолчал, с легким любопытством разглядывая девочку, которая, смущенная, осталась стоять рядом, будто не зная, куда ей идти.– Я полагаю, у вас уже были мои гонцы?

– Да, мой государь,– хрипло отозвалась женщина.– В нашей деревне есть две сироты, которых мы не знаем куда пристроить.

– Вот как? – удивленно переспросил император.– Почему?

– Их мать была сумасшедшей,– пожала плечами крестьянка.– Когда ей было пятнадцать, на деревню напали разбойники. Вы помните, наверное, тогда по побережью шлялось много бандитов. Места у нас глухие, помощи ждать неоткуда.

– Дальше,– поморщившись, приказал Дэмиен.– Те времена давно прошли. Сейчас здесь так же безопасно, как и в окрестностях Доргона.