Пещерная тактика - Алексей Переяславцев

Тут в голову тюкнула боковая мысль. А ведь проверить гипотезу о наличии наркотика в здешней ржи очень просто. Надобно всего лишь сыскать близлежащее поле и совершить на него налет. Связочку колосьев взять (даже не сноп), вышелушить из них зерна и попробовать. А заодно определить, какие именно примеси могут быть. И обратить внимание на рожки спорыньи. Она первый кандидат на наркотик. Дело выглядит совсем простым, но… требует летательных навыков, коих у меня пока что нет. Без них даже поля не найти, не говоря уж о сборе добычи. Оставим на будущее.

И еще оформилось в голове: тот, кто придумал это все для драконов, был большой сволочью. Очень умной сволочью.

* * *

(в лавке)

Рано или поздно это должно было случиться.

Кузнец послал дочь в лавку с целью продажи кристаллов — чтоб приучалась. И там как раз случился настоящий маг: при зеленой ленте. Продаваемые кристаллы не могли заинтересовать достопочтенного: не та специализация. Но он не мог не обратить внимание на весьма юную торговку экзотическим товаром. Последовал расспрос с одновременной проверкой правдивости:

— Девочка, это твой кристалл?

— Нет, мне папа дал.

— Выходит, папа нашел этот кристалл?

— Нет, это господин маг нашел.

Дело становилось занятным.

— Маг, говоришь? А как его зовут?

— Динозаврр. Только это не настоящее имя.

— Почему ты думаешь, что не настоящее?

Снисходительная улыбка.

— Потому что таких имен не бывает.

Лиценциат подумал, что в этом девица права. Выходит, маг скрывает имя. Еще интереснее.

— А он какого ранга?

Вот от этого вопроса девчонка явно оторопела и потому ответила не сразу:

— Что это такое?

— Ну, какого цвета ленту он носит?

— Какую ленту?

— Цветную. Любую цветную ленту. Вроде как эта.

— Да не было у него ленты! Уж я бы заметила.

— Тогда почему ты решила, что он маг?

— Он сам об этом сказал.

Выходит, студент?

— А какой он из себя?

Небольшое смущение на рожице.

— Он хорошенький! У него синие глаза. И он так красиво говорит! И рассудительно тоже.

Очевидно, маг вскружил эту не особо умную головку. Вроде все понятно. Впрочем…

— Сколько ему лет?

— Он не говорил.

— А ты сама как думаешь?

На круглой мордочке изобразилась работа мысли.

— Ну… он… я так полагаю… э… ему примерно, как мне.

Уже и так все ясно, но еще один вопрос не повредит:

— А тебе сколько лет?

Ответ прозвучал с неприкрытой гордостью:

— Мне уже двенадцать. А летом будет тринадцать. И я читать и считать умею.

То есть даже не студент: ученик. И такое же передаточное звено, как и девчонка. А раз есть ученик, то есть и наставник, а у того ранг не меньше магистерского. Пожалуй, тут копать не стоит.

Видя, что господин маг явно потерял интерес к беседе, девчонка возобновила торг.

* * *

Разведывательные труды пока не пошли дальше; вместо них надвинулась текучка. Как‑то незаметно зима кончилась. На открытом воздухе становилось теплее и теплее, и даже мое несовершенное обоняние улавливало весенние запахи, а драконье острое зрение помогало увидеть толстых шмелей, деловито разыскивающих цветы. И столь же постепенно заполнилась моя полочка. Единственное, что оставалось неизменным в окружающем мире, был цвет моей чешуи.

Я мог предвидеть случившееся. Я обязан был предвидеть. Но не сделал этого. Видно, плохой из меня разведчик. А ведь знал, что теплая погода прекрасно подходит для развязывания войны.

Судя по резким движениям лап и хвоста, мама была на взводе. Ррума не обратила на это внимания и небрежно помылась перед ужином, за что словила яростный рык. Сестричка не поняла и обиделась. А вот умный брат или что‑то знал, или догадался. Поэтому‑то он был тихо пойман и расспрошен. Правда, сбор сведений почти не имел смысла: у меня включились мозги, а из отсутствия отца уже можно было сделать вывод.

— Брат, папа отбыл воевать?

Саррод удивился самым ненатуральным образом:

— С чего ты взял?

— С того, что мама расстроена.

Последовала пауза, а за ней тихое шипение:

— К сожалению, у меня есть один не в меру умный младший брат…

Надо защититься:

— Ты же слышал: я об этом деле молчал, хотя и догадался.

— Вот и дальше молчи.

— А сестрице все же придется сказать, и лучше, если ты…

— Уж точно лучше. Ладно, то моя забота.

— Ты мне не все рассказал.

Глубочайший, хотя почти не слышный вздох.

Придется слегка нажать на братца:

— Саррод, ведь я через школьные знакомства могу кой — чего выяснить. Но тебе я доверяю больше.

Знания — сила. Лесть — еще большая сила. А уж если подключить проверку на правдивость, так вообще…

— Известно не так уж много. К папе прилетел дракон — вестник…

— Ты же в школе был! Откуда тебе знать?

— Оно так, да у нас были занятия по пилотажу. А эта площадка недалеко от маршрута вестников. На следующий год и ты на нее попадешь… Так вот, не один там летел — я насчитал троих.

— Что отсюда следует?

Саррод изобразил гребнем превосходство надо мной, необразованным.

— Считать надо, Стурр. Каждый дракон — вестник доставляет приказ двадцати драконам. Даже если считать троих — и тогда вызов получили шестьдесят. А я думаю, что вестников молго быть и больше. Короче, за сотню поручусь. И это нехорошо.

— Почему?

Я не притворялся — в самом деле не понимал. Но готовился понять.

— В округе боеспособных драконов много больше. Значит, вызывают не всех. А отсюда следует, что гигантской битвы не предполагается.

Вывод для себя самого был совсем нетрудным. Но мнение Саррода показалось еще более важным.

— Так что из того?

— В такой битве славы не добыть.

Про себя я добавил: «А убить могут», но, понятно, промолчал.

В школе обстановка тоже сделалась много более нервной. Несмотря на неоднократные вопросы, наставники наотрез отказались давать сведения о войне. Как будто бы не было ушедших отцов. Только и оставалось, что продолжать занятия (классные и внеклассные).