Имя Зверя. Том 1. Взглянуть в бездну - Ник Перумов

– Ну и что? Под ним родилось, небось, множество детей. Больше всего, конечно, человеческих, но и сидхи были, и гномы, да и дхуссы наверняка тоже. Те же ноори!

– Не поспоришь. Но Мудрые решили по-другому.

– Послав за тобой эту парочку, – закончила его фразу Алиедора.

– В точку.

Гончая пожала плечами.

– Если глупец во что-то уверует, его не разубедят никакие мудрецы. Особенно если глупец назовет себя «Знающим», «Великим» или «Посвящённым». Нечего и пытаться.

– Даже если от этого зависит – нет, не твоя жизнь, но жизнь других?

Другие Алиедору интересовали мало.

– Убить их всех, – равнодушно предложила она. – Как я уже говорила. Пока они не убили тебя. Средство неоригинальное, но действенное. Проверено на себе.

– Убить Мудрого – это такое дело… нелёгкое, – заметил Тёрн. – Когда увидеть Мудрого зачастую подвиг сам по себе.

– Ага, это уже интереснее, – усмехнулась Гончая. – Раньше ты стал бы яростно возражать против самого подхода. Ляпнул бы что-нибудь вроде…

– Молчи, – вдруг прошипел дхусс, неразличимо-стремительным движением распластываясь на земле. Алиедора, если и отстала, то на долю мгновения.

Впереди, в неглубокой долине меж парой холмистых гряд, раскинулся городок. Судя по всему, тот самый, который дхусс называл Дуайн. Розоватые с золотом шпили, зелёные и серебряные крыши – городок напоминал коробку с красками, беспорядочно смешанными вместе детской рукой. Похоже, тут никто не озаботился, чтобы аккуратно подобрать сочетающиеся друг с другом цвета.

Что-то это напоминало Гончей, что-то не слишком приятное… Ах да!

Разноцветную плесень на стенах старого сырого погреба.

На краю городка – не имевшего никаких стен или башен, одну лишь живую изгородь в рост Алиедоры – толпились люди. Или, вернее сказать, ноори. Те же, что ждали их в гавани, маги и мечники, всего числом около трёх десятков.

И это так напугало нашего дхусса? Мысль явно вышла с оттенком презрения. Какие-то жалкие три…

– Не в них дело, – прошипел Тёрн, по-змеиному отползая назад, в самую гущу зарослей. – Туда смотри, вот туда!

– Трое в плащах, с закрытыми лицами, остальные перед ними расступаются. Ну и что?

– Мудрые. Теперь в масках. В гавани был только один. Сейчас трое. Мы растём в цене, Алли… Алиедора, – закончил он полным её именем.

– Оставайся здесь, – резко приказала она.

– Что ты собираешься…

– Сейчас увидишь. – Кровь весело мчалась по жилам. Хватит, она слишком долго бегала. – Сейчас вы все увидите, что такое настоящая Гончая, – посулила Алиедора.

– Не вздумай, – зарычал дхусс. – Только всё погубишь.

– Почему?

– У тебя даже булавки не найдётся. И не надо мне тут этого: мол, «настоящей Гончей не требуется никакого оружия!»

Алиедора покраснела. И удивилась – она, оказывается, ещё способна краснеть. Потому что именно это она и собиралась сказать – нет, не сказать, презрительно и надменно бросить ему в лицо, как и положено истинной королеве Некрополиса!

– Они почувствуют тебя, стоит нам шелохнуться.

– Это мы ещё посмотрим, – шёпотом хорохорилась Алиедора, однако понимала, что проклятый дхусс опять оказался кругом прав.

Три фигуры с лицами, закрытыми изящными вычурными масками. Капюшоны плащей отброшены на спины, походка ровная, лёгкая, почти невесомая. Не касаются земли, говорили о таких. Руки свободны; эти Мудрые, бесспорно, выдающиеся чародеи, если не нуждаются в посохах или иных атрибуциях.

Да, опасно. Очень опасно. Вдоль спины ползли холодные мурашки.

Тем временем три десятка магов и мечников неторопливо, без спешки и не произнеся ни единого слова, развернулись в недлинную цепь, чародеи и воины попеременно.

Это было красиво. Грозно, пугающе, но и красиво. Алиедора помнила блистающие рыцарские рати Долье и Меодора, однако воинство Смарагда не шло с ними ни в какое сравнение. Серебро и зелень на одеяниях мечников, красное попеременно с золотом – у магов. Они словно специально вырядились так, чтобы их могли заметить издалека; и это выйдя на охоту за Гончей Некрополиса! Они что, совсем дурные?

– Приманка, – шепнул Тёрн. – Мудрые это любят. Значит, всё-таки догадались, куда мы направляемся.

– Не так-то это и трудно, – хмыкнула Алиедора.

– Мы могли уйти на запад…

– И что там? На севере есть Мастера Боли и Теней. А на закате?

– Маленький островок, а на нём – Дом Уединения. Я… я обучался там. Роллэ был моим наставником.

– И что? С какой радости нас бы понесло туда?

– Там я был бы сильнее всего. Там всё ещё помнит меня.

– А твоего учителя?

– Нет. Меня. Роллэ наставлял слишком многих, растрачивал себя. А я собирал.

– Неужто ж Мудрые настолько глупы, чтобы решить – ты дашь им бой, «последний и решительный», всем вместе?

– Именно это они и могли решить, если бы я остался таким, как прежде. Таким, каким покидал Смарагд. Мол, Мудрые – коварные злодеи, я – благородный герой, собрать их в одно место и покончить сразу со всеми. А что я сам погибну – так уже и не важно. «Мир будет избавлен от скверны, и имя героя станет жить в веках», – передразнил Тёрн сам себя.

Они могли позволить себе роскошь этого разговора. Цепь двигалась медленно, никуда не торопясь, Мудрые еле переставляли ноги.

– Разве ж так ловят? – шёпотом фыркнула Алиедора. Мудрые уже начинали казаться чем-то совсем не страшным, даже смешным и где-то неуклюжим. – Они пройдут чуть левее, но не стоит больше ждать, уходим!

– Нет. – Тёрн оставался неподвижен. – Именно этого они и ждут. Где-то неподалёку засада. Как только мы шелохнёмся – нас достанут.

Алиедора промолчала. Гончих учили повиноваться без рассуждений, когда от этого и впрямь зависит жизнь.

Да, цепь проходила левее. Загонщики промахнулись. Рассчитывали спугнуть дичь, погнать на неведомую пока засидку?

– Не шевелись. – Губы дхусса двигались едва заметно. Алиедора послушалась.

– Голову вниз. Не смотри.

Хорошо-хорошо, дорогой, раз ты так говоришь, то не буду. Мудрые способны почувствовать даже обращённые на них взгляды?

Тёплый ветерок играл ветвями над их головами; ему, само собой, не было никакого дела до распластавшихся на земле смертных. Цепь воинов и магов медленно прошествовала мимо, трое Мудрых в масках – позади неё.

– Можно вставать? – шепнула Алиедора, когда процессия отдалилась шагов на пятьсот.

Дхусс покачал головой.

– Где-то здесь поблизости засада. Нутром чую.