Зеленый гамбит - Вадим Панов

– Понимаю.

Они стояли напротив друг друга: высокие, черноволосые и… и на этом сходство заканчивалось. Здоровенный, похожий на гризли Аэрба буквально излучал физическую силу и несокрушимую мощь. При этом, несмотря на размеры, серб двигался на удивление легко, когда нужно – стремительно, что выдавало опытного, прекрасно подготовленного бойца. На фоне капитана худощавый Сантьяга выглядел тонким, словно изящная статуэтка, однако аура нава действовала куда сильнее впечатляющих размеров серба.

А может, всё дело в элегантном светлом костюме, который мог дать многотысячную фору простецкой одежде серба?

– Ваши магические способности…

– К сожалению, на нуле. – Аэрба улыбнулся и едва заметно кивнул на Кортеса. – Но насколько я могу судить, в Тайном Городе можно устроиться и без них.

– При определённой удаче.

– Она у меня есть.

– Судя по всему – да. – Сантьяга коротко кивнул, показывая, что первое знакомство завершено, аккуратно свернул платок и убрал его в карман. – У голема была прекрасная возможность уничтожить Шизгару, но он ею не воспользовался. Почему?

– Шарге выиграл несколько минут, – тихо ответил Кортес. – Несколько ваших драгоценных минут.

– Верно, – согласился комиссар. – И мне безумно интересно, на что он их потратил?

– Ты понимаешь, что я могу тебя казнить? – медленно спросил де Гир, тяжело глядя на стоящего перед троном старика.

– Я понимаю, что ты обязан меня казнить, – громко ответил тот и тряхнул кандалами, в которых оказался едва ли не в ту же самую секунду, как пересёк ворота Замка. – Но посмеешь ли?

Дерзкий ответ заставил Франца удивлённо приподнять брови.

– Что может мне помешать?

И великий магистр попал в аккуратно расставленную ловушку.

– Пожалуй, соглашусь: крови ты не боишься, ты её пролил достаточно, – произнёс Винсент, смело глядя на повелителя. – Когда поднял мятеж во время войны! Когда ударил в спину чудам и положил в могилу цвет Ордена! Когда подло убивал и предавал, и всё ради того, чтобы занять трон. Древний трон великой Чуди!

У де Гира заходили желваки, но прерывать старика он не стал. Прищурился только. И короткая пауза оказалась в его пользу.

– Теперь ты счастлив, великий магистр? – Винсент ожидал яростного ответа и потому чуть сбился в начале второй части обвинений. – Теперь ты доволен? Ты получил прекрасную, невероятно высокую награду за преступления, не так ли? Поэтому что для тебя значит лишняя кровь? Мелочь… Убей меня, великий магистр. Убей за то, что я отомстил за сына.

Шарге заявился на удивление удачно – для себя, разумеется, – в самый разгар совещания, собранного де Гиром в связи с усложнившейся обстановкой. И когда охрана сообщила о появлении преступника, в большом зале находились высшие офицеры гвардии, главы магических мастерских и магистры лож с помощниками. Обрадованный Франц распорядился показать неуловимого Шарге – собирался похвастаться, – и никак не ожидал, что тот воспользуется унизительным явлением перед верхушкой Ордена для агрессивных нападок.

– Да! Я убил магистра Саламандр! – Винсент резко повернулся к новому лидеру ложи. – ДА! УБИЛ! И сделал бы это ещё раз… Не отводи взгляд, Манфред! Смотри на меня! Смотри! Я убил твоего предшественника и сделал бы это ещё раз, потому что он отнял у меня единственного сына! Он отнял жизнь у моего Рудольфа. – Теперь палец Шарге указывал на великого магистра. – Твой друг убил моего мальчика! Разве я мог надеяться на справедливый суд?

– Должен был! – рявкнул Франц.

– Мы, рыцари, много чего должны, – так же громко и с таким же напором выдал в ответ старик. – Меня с детства учили верности присяге, учили ценить каждого чуда, учили стоять за своих до последней капли крови. И я был верен, ценил, стоял за своих под стенами Зелёного Дома, откуда едва ушёл, потеряв брата и друзей детства. А когда вернулся в Замок, внезапно обнаружил, что в Ордене появился новый великий магистр. Почему так получилось, Франц? Ты тоже стоял за своих? Или нет?

Старик апеллировал к прошлому, но – к болезненному прошлому. К Лунной Фантазии, воспоминания о которой до сих пор приводили чудов в смущение. Одни сражались в союзе с гиперборейцами, что делало их преступниками. Другие сражались с первыми и… И кем этот факт делал их?

Все прошедшие со времени битвы годы Франц упорно и умело примирял Орден, не позволяя противоречиям привести к очередной вспышке насилия, но пламенная речь Шарге грозила обратить эти усилия в прах.

– Уведите, – вновь спокойно произнёс де Гир. – Я услышал всё, что хотел.

– А я – ещё нет!

«Проклятье!»

А вот это уже отчётливо пахло если не изменой, то той самой дуростью, которая хуже измены. Начальник охраны не имел никакого права пропускать в совещательную комнату воеводу Дочерей Журавля. Абсолютно никакого права. Но он пропустил, и теперь закипающая гневом Ярина таращилась на «допрос тайно захваченного преступника», во всяком случае, именно так она представляла себе происходящее.

– Кто пропустил сюда зелёную ведьму?! – возмутился магистр Саламандр.

– Пусть уходит!

– Это наше внутреннее дело!

Естественные в данном случае выкрики только усугубили ситуацию.

– Что происходит? – жёстко осведомилась Ярина, демонстративно не приветствуя лидера Чуди. – Почему вы не сообщили Великим Домам о задержании Шарге?

– Потому что оно случилось только что, – ровно ответил Франц, словно не заметив грубого попрания этикета.

– Зато вы успели собрать столь представительную комиссию, – заметила воевода.

– Я – важная шишка, моя зелёная красавица, я говорю голосом Ярги, – рассмеялся Винсент. – Де Гир побоялся общаться со мной в одиночку.

Ярина бросила резкий взгляд на Франца.

– Это чушь, – пожал плечами тот. – Мы говорили совершенно о другом…

– Ярга милостив, он не собирается воевать с Тайным Городом, – потряс кандалами Шарге. – Что у вас отнимать? Власть над тремя улицами и двумя площадями? Остатки вашей гордости? Сокровища, которые никому не нужны? У Ярги широкие планы, красавица, он хочет всё, и те, в чьих жилах течёт магия, а не моча, идут за ним. Заурд принимает всех. Заурд не делит своих подданных на расы. Заурд выше…

Де Гир щёлкнул пальцами, и у старика пропал голос.

– Мы не ведём сепаратных переговоров. – На взгляд великого магистра, одного этого заявления было более чем достаточно.

– Мне нужны доказательства, – хмуро ответила Ярина.

– Моего слова недостаточно?

– Я хочу забрать преступника Шарге в Зелёный Дом.

Франц догадывался, что это требование прозвучит. Надеялся, что у Ярины хватит ума сдержаться, и едва не вскрикнул, когда выяснилось, что не хватило. Франц не только догадывался – он боялся этого требования, потому что именно сейчас, в присутствии высших иерархов Чуди и после того, что прозвучало из уст Винсента, у него не было никакой возможности его исполнить.