Голос Рыка - Сайфулла Мамаев

– Да, конечно, – кивнул Должанский. – И вот что, постарайтесь тех, кому далеко возвращаться домой, разместить на ночлег здесь, на заводе. В больнице, например. Не гнать же их по домам, когда метро не работает.

– А как же система безопасности? – напомнил Филипенко. – Она же всю ночь будет охрану поднимать!

– Отключите! – приказал Вадим Александрович. – И на этом все! Больше ничего не хочу слышать, я поехал домой спать. Звонить мне только в крайнем случае!

* * *

Поселив ошеломленных последними событиями родителей у себя на Андреевской, Толик долго и путано объяснял им, откуда у него взялось столько денег, чтобы снять квартиру, купить машину и столько телефонов. А когда он наконец признался, что выиграл все это в казино, скепсису мамы не было предела. Хорошо еще, что внимание близких отвлекло подавленное состояние Лены. Чтобы избежать разговоров еще и на эту тему, Рыков рассказал, как прямо на глазах у девушки убили ее отца, что и повлекло такие последствия. И домой к себе Лена не может вернуться, чтобы с ней не произошло того же, что и с Верой Игоревной и Максимом Анатольевичем. О, как только Толик коснулся темы похищения, Вера Игоревна сразу же забыла обо всем. Она с величайшей готовностью взяла на себя опеку над бедной сироткой, как она выразилась, и принялась за дело со всей энергией, оставив сына в покое.

Вопросы были и у Максима Анатольевича, но с отцом объясняться было легче. Он просто признал за сыном право на личную жизнь и удовлетворился клятвенным обещанием Толика, что тот не сделал ничего постыдного.

Не причинял хлопот один только Стэнечка. Он с радостью приветствовал объединение под одной крышей всех, кого он любил и кого должен был защищать, и не расстроился даже от того, что в новой норе стало несколько тесновато. Но, во-первых, для него оставалось место на лоджии, а во-вторых, чем больше людей, тем больше лакомства. То один угостит, то другой… А полный желудок лучше, чем голодный сон.

Толик, если бы он понимал мысли Стэна, вряд ли бы согласился с ним. Особенно насчет тесноты. Бессонные ночи совсем выбили его из колеи, и Толик, закончив все организационные дела, с удовольствием завалился спать. Не мудрствуя лукаво, он бросил матрас на пол лоджии и, потребовав, чтобы его никто не тревожил, отключился от всех дел…

* * *

Спал Толик долго. Утром, еще окончательно не проснувшись, он почувствовал рядом с собой чье-то горячее дыхание. «Лена! Это Лена соскучилась!» – подумал Толик, и его затопила волна нежности. Господи, пусть это длится подольше, пусть она не отодвигается…

Холодные, влажные губы тронули его щеку. Губы? Что-то они слишком жесткие. Господи, да это же нос мерзавца Стэна!

Толик рывком вскочил, и хитрый волк отпрянул, зная, что в него может полететь подушка. Этот коварный представитель братства серых разбойников не мог дождаться, когда бестолковый хозяин догадается наконец проснуться и поиграть с ним. Вообще у Стэна накопилось довольно много претензий к Толику. Пропадает неизвестно где, бросает его то на родителей, то на Лену, а в те короткие промежутки, когда появляется, или ест, или спит. Так дело не пойдет!

– Ну, гад! – Толик поискал глазами, что бы швырнуть в негодяя, который прервал его сон, и, увидев тапку, с силой запустил ею в Стэна. Он уже отошел от злости и бросил просто для острастки, но, видимо, внутренний компьютер внес свои коррективы и удар пришелся прямо в черную подушечку носа. Стэн взвизгнул от боли и с обидой посмотрел хозяину в глаза. «Что с тобой? – говорил его взгляд. – За что?»

Толику стало стыдно. Действительно, за что? За преданность? За любовь? За то, что соскучился?

– Ну прости, прости! – Он протянул руку к Стэну. – Я не хотел! Давай помиримся, иди сюда!

Но волк не подходил. Облизывая нос, он отвернулся и демонстративно остался на месте. Толику даже показалось, что Стэн слегка отвернулся, чтобы хозяин не увидел слезы в его желтых глазах. Черт, ну ведь не хотел же ему больно делать! Раньше ни за что бы не попал, а теперь – пожалуйста, нашел, на ком новые способности испытывать.

Толик вскочил и одним прыжком оказался около Стэна. Тот даже отпрянул, но все равно не смог уклониться от рук хозяина, обвивших его шею. Да не очень-то и хотелось уклоняться, он же не такой вредина, как хозяин.

Обнимая лохматого друга, Толик внезапно почувствовал, что они не одни. Он поднял голову.

Лена! Она сидела и смотрела, как Толик ласкает собаку. Грусть, боль, отчаяние оттого, что он никак не может найти способ помочь девушке, все это всколыхнулось в сердце, и его охватило тяжелое чувство вины перед ней. Медленно, боясь испугать Лену, он подошел к ней и обнял.

– Родная моя, – прошептал он, – как же я люблю тебя!

Лена положила голову ему на плечо.

– Что же ты сидишь одна? – спросил он. – Давно встала?

– Да.

– А почему не разбудила меня? Пришла бы ко мне.

– Ты хотел, чтобы я пришла к тебе?

– Я всегда этого хочу! И всегда буду хотеть! А ты? Ты хочешь быть со мной?

– Да.

Лена говорила тихо, что только его обостренный слух мог уловить ее короткий ответ. А может, он ничего и не слышал, а просто вообразил? Но тогда кто же произнес это слово, которого он так ждал? Его собственное сознание? Сны, в которых она это говорила, начинают возвращаться к нему галлюцинациями? Он что, поехал по фазе, сам с собой разговаривает, а что дальше? Крыша вообще съедет? Или это последствие эксперимента с перестройкой собственного сознания? Созданная им программа глючит? Возможно… Господи, тогда что же будете Леной?

Толик заглянул в глаза девушки. Ничего не будет!

Нет, будет, но только хорошее! Самое хорошее, самое светлое! И не нужно унывать, я обязательно найду способ, как помочь тебе! Ты вернешься к нормальной жизни!

Лена не ответила. Да и что она могла ответить, если он ничего не говорил?

– Пойдем погуляем? – предложил Толик.

– Вот и правильно! – раздался голос Веры Игоревны. Толик даже не заметил, как она появилась в комнате. – Отец пошел за продуктами, у тебя в холодильнике хоть кроликов разводи, пустота такая! Привел девочку, а кормить ее кто будет?

– Мама! Ну перестань! – Толику было неловко, что мать увидела, как он обнимает Лену. – У тебя одна тема – кушать да кушать… И зачем папа пешком пошел, я бы сам все привез!

– Ну, конечно, ты бы привез! – усмехнулась Вера Игоревна. – В своем супермаркете набрал бы барахла импортного, вот и ели бы одну химию!

– Можно подумать, что наши продукты лучше! – огрызнулся Толик. – Все на нитратах выращено! Та же химия, только в безобразной упаковке. Да еще и…

Он не договорил. Холодный нос Стэна ткнулся в его руку. В зубах волк держал поводок. Раз сказал «погуляем», то давай гулять, а не обсуждать ерунду всякую! Про еду можно говорить, когда она перед тобой, в остальных случаях ее нужно искать!