Принцесса на поводке - Татьяна Зинина

— Это похвальное рвение, — ответил ему Димарий. — Честно говоря, мне и самому это интересно. Увы, неизвестным мне причинам, несколько веков назад в моей стране были закрыты все исследования в данной области. Полагаю, что их сочли опасными. Всё же, другой мир — это другая экологическая система, другой состав атмосферы… другие болезни, иногда смертельные.

— Но при этом в нашем мире вы чувствуете себя довольно комфортно, — заметил Эванс.

— Не совсем, — улыбнулся Дим. — Это мир людей. Здесь энергия стихий ощущается не так, как на Аргалле, создавать плетения сложнее. Хотя в остальном наши миры очень похожи.

— Но если вы утверждаете, что исследования иных миров у вас под запретом, то как же вы сами оказались здесь?

— Дело в том, что около пятнадцати лет назад сюда случайно перенёсся мой брат, — ленивым тоном пояснил Дим, а его взгляд стал более жёстким. — И как раз ему довелось провести в ваших лабораториях много не самых приятных дней. Потому, господин Эванс, у меня нет причин проявлять лояльность к организации, которой вы управляете.

— Очень жаль, что так получилось с вашим братом, — участливым тоном отозвался тот. — Но, к сожалению, я не могу вернуть прошлое и исправить ошибки своих подчинённых. Зато мне по силам сделать наше с вами будущее более интересным. Вам ведь тоже любопытны иные миры. А имея возможность туда перемещаться, мы могли бы делиться с вами всей полученной информацией об этих вылазках. Возможно, организовали бы совместные проекты.

— Звучит заманчиво, но… — Димарий задумчиво опёрся на подлокотник. — Мне кажется, господин Эванс, что Боги не зря лишили людей возможности перемещаться между мирами.

— Боги? — иронично хмыкнул человек. — Вы верите в существование Богов?

— Конечно, — ухмыльнулся Димарий. — С одной Богиней даже лично знаком. Но сейчас разговор не об этом. — Он тяжело вздохнул и посмотрел на Эванса, как на неразумное дитя: — Попробуйте понять одну вещь: если на что-то стоит строжайший запрет, то высока вероятность того, что этот самый запрет установили не просто так.

— Почему же этот запрет действует только на людей? Ведь и маги, и эргонцы могут проходить через межмировые порталы.

— Потому что, господин Эванс, мы — не люди. Можете считать нас другим видом живых существ, с другим набором генов, с другим составом крови, строением сознания. С энергетической точки зрения мы с вами вообще очень разные.

— Я это прекрасно понимаю, — кивнул мужчина. — Но мы в любом случае не станем сворачивать свои исследования. Тем более что мы почти нашли выход из сложившейся ситуации с порталами. Скажу больше, — он тоже опёрся на подлокотник, зеркально повторив позу Димария. — Наши учёные нашли средство, которое с большой долей вероятности может помочь заглушить негативное излучение от портала.

— И что же это? — поинтересовался Дим.

— Мы полагаем, что это — кровь мага.

— Кровь?! — удивился Димарий и почему-то с опаской посмотрел на сидящую рядом Амитерию. — И я верно понимаю, от меня вам нужна именно она?

— Да, Ваше Высочество. Как раз в этом и состоит наше предложение, — подтвердил Эванс и тут же резюмировал: — Мы готовы отказаться от исследования Аргаллы, готовы делиться с вами всеми наработками по части освоения других миров, а взамен нам нужно немного вашей крови… для исследования. Всего лишь.

Но Димарий только устало выдохнул и медленно покачал головой.

— Простите, господин Эванс, но я не могу на это согласиться. И даже не потому, что мне как-то особенно дорога каждая капля моей крови. Нет, дело в другом.

— И в чём же?

— В том, что я уверен — людям не стоит использовать эти порталы. Хотите исследований — так у вас есть те, кто может переместиться в другой мир. Те же эргонцы. Уверен, с некоторыми из них вы сможете договориться, — он бросил красноречивый взгляд в сторону ухмыльнувшегося Алтера и снова повернулся к руководителю «Чёрного Тритона». — Я вам помогать не стану.

— В общем-то, — встрял Алтер, фактически перебивая Эванса и не позволяя тому продолжить уговоры, — Я был уверен, что вы ответите именно так. Потому рискну выдвинуть ещё одно предложение. Вы отдаёте нам свою кровь… немного. Думаю, около ста миллилитров будет для начала достаточно. И тогда восемь эргонских мастеров вместе с семьями сразу же возвращаются домой. Живые и невредимые.

Дим выпрямился и повернулся к сидящему рядом Эверио. Но тот смотрел только на Алтера. Зло, пристально, словно пытался убить одним взглядом. А потом спросил:

— Почему только восемь?

— Потому что, Рио, твоего брата, невестку и племянника я намерен обменять, — ровным тоном бросил Снежный.

— На что? — вступил в разговор Литсери.

— Скорее, «на кого», — ухмыльнулся Алтер. И, снова обратившись к Рио, ответил: — Мне нужен Авердим.

При звучании этого имени сидящая рядом с Алтером Эмма вздрогнула и заозиралась по сторонам. Она вглядывалась в лица присутствующих, словно пытаясь найти среди них одно единственное важное.

Она искала сына и… не находила.

— Нет, — ответил Рио, сложив руки в замок. — Сам он на такое не пойдёт, а вынуждать я его не стану. Он ушёл от тебя. Это было его решение.

— Глупо, Рио. Я всё равно заставлю его вернуться. Сейчас или чуть позже. А твой брат долго не протянет. И, кстати, я не сказал? Его сынишка болеет. Чем — не знаю. Человеческие врачи ему помочь не в силах, а целителей я к нему не пущу. Чахнет малыш с каждым днём.

Эверио сжал пальцы в кулак и отвёл взгляд в сторону. Он бы многое сейчас сказал Алтеру, но всё же заставил себя смолчать.

— Думай, Рио. Ты можешь спасти три жизни своих родственников. За это я прошу сущую малость: сделай так, чтобы Авердим вернулся под моё крыло. В тот день, когда он принесёт мне клятву верности, твоих родных отпустят.

Но в ответ Эверио только холодно усмехнулся и поднялся на ноги.

— Мы вас поняли, — бросил он, переводя ледяной взгляд с Алтера на Эванса. — О принятых решениях сообщим позже. А сейчас, господа, прошу считать встречу законченной. Она была… познавательной. — Затем повернулся к матери Авера, которая теперь смотрела на него более осмысленным взглядом, чем в начале встречи. — Эмма. Ваш сын вас любит. Он помнит о вас. Просто пока не может прийти.

От этих слов она будто ожила… жаль, только на мгновение. Увы, ей хватило всего одного прикосновения Алтера, чтобы снова потухнуть. И видя это, наблюдающий за ней Димарий на миг просто застыл. Он знал, что это значит — когда-то ему пришлось ощутить подобное на себе. Вот только он не понимал, как таакое возможно сотворить с простым человеком, не угробив того. Ведь это было самое настоящее энергетическое подчинение! Полное подавление воли!

И только теперь, сообразив, что именно нужно высматривать, Дим сумел увидеть нити энергий, плотно опоясывающие всё тело Эммы и тянущиеся к Алтеру. Она была зависима не только от его желаний, но и от его жизни. Она являлась его энергетическим продолжением… Видимо, именно поэтому, имея взрослого сына она, простой человек, до сих пор выглядела очень молодо. Потоки силы, которые ей ежедневно приходилось пропускать через себя, не давали ей стареть, но при этом медленно убивали непредназначенное для подобного человеческое сознание.