Убей меня нежно - Юлия Вакилова

Признавая бессилие, я прислонилась к ледяной стене, чувствуя, как меня охватывает глухое безразличие при мысли о том, что случится, когда Алариса не станет, ведь без него не будет и меня. Целый мир рухнет в мгновение, когда мой вампир испустит последний вдох, и никто на свете не сможет собрать его из осколков.

В этот момент пленник зашевелился, и толстые цепи неохотно сдвинулись с места, ненароком задевая холодными звеньями мою руку.

Я же словно завороженная смотрела на специальный сплав, из которого была сделана цепь, способный ранить даже твердую кожу вампиров, пока в сознании медленно сформировывалась безумная идея. Где-то глубоко зазвучал далекий голос брата, рассказывающий о живительных свойствах крови вампира, отданной добровольно. Там было еще что-то важное в моих воспоминаниях, о чем увлеченно повествовал голос Дэйкаса, но я нетерпеливо отмахнулась от них, окрыленная неожиданным решением, которое теперь казалось таким естественным и правильным.

Не тратя драгоценных секунд на размышления, я решительным жестом схватила толстую цепь, и, примерившись, с силой провела ею по своему запястью. В тот же миг на нежной коже показалась широкая разбухающая царапина, мгновенно наполнившаяся каплями ярко-алой крови. Но мне этого было недостаточно. Еще и еще я с ожесточением вдавливала металл в рану, пока, наконец, крупные струйки крови не побежали вниз по руке.

Метнувшись к Аларису, я поднесла кровоточащую руку к его губам, про себя молясь, чтобы у него хватило сил. Почувствовав запах свежий крови, витающий в воздухе, он медленно приподнял тяжелые веки и посмотрел на меня мутным, ничего не понимающим взглядом.

Я придвинула руку еще ближе и мягко произнесла, стараясь успокоить его звучанием своего голоса:

— Аларис, я знаю, что делаю. Доверься мне. Возьми то, что я тебе предлагаю.

Медленно переместив взгляд на мою руку, он вновь взглянул на меня. Спустя мгновение его взгляд стал осмысленным. С трудом выдавливая из себя слова, мужчина зашептал:

— Не надо, Триана… — собравшись с силами, он докончил начатое. — Не делай того, о чем потом пожалеешь.

Я недоуменно взглянула на вампира, не понимая, что именно он имеет в виду, но в следующую секунду размышления смыло волной радости от осознания, что, пусть и ненадолго, но он пришел в себя:

— Просто поверь мне. Это единственный выход. Ради меня. Ради нас, Аларис!

Мужчина еще раз посмотрел на меня, словно пытаясь отыскать что-то в моем лице. Наконец, глаза его медленно закрылись, и он прильнул к моей руке. Я расслабилась, и прислушалась к своим ощущениям.

Это оказалось совсем не больно. Его губы, жадно и требовательно ловившие каждую каплю крови, не причиняли ни малейшего неудобства. Напротив, я открыто наслаждалась давно забытыми ощущениями прикосновений его губ к моей коже.

Второй рукой я поддерживала его, стараясь не касаться открытых ран. Наконец, спустя пару минут, показавшихся мне вечностью, израненная кожа на глазах начала медленно затягиваться тонкой бледно-розовой корочкой, знаменующей начало заживления. И в тот же миг вампир неохотно оторвался от моей руки, напоследок прикоснувшись губами к моей ладони в легком поцелуе.

Я же с тревогой вглядывалась в родное лицо — успеет ли живительная кровь сделать свое дело? Не было ли слишком поздно? Хватит ли ее или же Аларис выпил слишком мало для заживления всех ран?

Но заставить его выпить больше я бы уже не смогла. Об этом свидетельствовало непреклонное выражение на лице любимого, промелькнувшее в момент, когда я попыталась заставить его не отпускать мою руку.

Убедившись, что вампиру становиться легче, я начала действовать. Ласково прошептав, что скоро буду, неслышной тенью выскользнула из комнаты и двинулась на звуки музыки.

Очень скоро острый слух уловил тяжелые шаги, а через несколько секунд на лестничную площадку вышел молодой вампир, облаченный в широкий темный плащ. Лицо его скрывала яркая маскарадная маска. Которая, впрочем, не смогла утаить, как предвкушающе блеснули глаза незнакомца при виде меня, одиноко стоявшей у холодной стены и наблюдавшей за его приближением. Решив, что я одна из тех доступных женщин, что неизменно сопровождали все праздники, устраиваемые Атонием, мужчина одарил меня похотливой улыбкой и многообещающе поманил к себе рукой.

Ухмыльнувшись в ответ, я послушно подошла, однако, когда лицо любителя плотских утех приблизилось к моему, ожидая горячего поцелуя, я резко схватила его за голову и, мгновенно нащупав на шее нужные точки, несильно надавила. Мгновенно обмякнув, он безвольной ношей опустился в заботливо подставленные руки.

Я не испытывала ни малейшего угрызения совести, ловко раздевая свою жертву, высвобождая ее из дорогого плаща. Закончив, я подняла с пола разукрашенную маску и присоединила ее к плащу, аккуратно переброшенному через руку.

Удостоверившись, что лежащее на каменных плитах тело вампира не бросается в глаза, я поспешила обратно к Аларису, не сомневаясь, что очнется незадачливый кавалер только к завтрашнему утру.

Состояние моего вампира заметно улучшилось по сравнению с тем зрелищем, что предстало передо мной в прошлый визит. Кости медленно, но верно начинали срастаться, незначительные раны уже полностью покрылись здоровой кожей, большие сплошные же затянулись тонкой слабой розовой полосой кожи, которая еще через некоторое время примет свой обычный вид.

Внимательный взгляд и слабо проглядывающая улыбка окончательно убедили меня, что я успела вовремя. Но сейчас не было времени для долгих и откровенных разговоров: каждую секунду Атоний мог решить не тянуть до утра и приказать привести пленника сейчас же. Поэтому нельзя было медлить. Да, я рисковала, но в этой ситуации не было, и быть не могло иного решения — вся моя жизнь, мое прошлое и будущее теперь зависело от того, улыбнется ли сегодня нам удача.

Не тратя времени на объяснения, я подошла к вампиру и, плотно ухватив цепь двумя руками, что есть силы рванула в разные стороны. Звенья жалобно звякнули, но устояли. Я глубоко вдохнула, мысленно призывая себя не паниковать, и повторила движение. Не выдержав этого отчаянного рывка, звенья распались и с тихим звоном покатились по каменному полу.

Медленно-медленно, с трудом растирая затекшие руки, Аларис впервые за эти дни самостоятельно сделал неуверенный шаг. Я быстрым движением накинула ему на плечи длинный плащ, с удовлетворением отмечая, что он пришелся как раз впору. Пресекая все лишние вопросы, я сунула ему в руки добытую маску, попутно доставая из-под полы своей накидки свою собственную маску.

Удостоверившись, что маска послушно легла на лицо, скрывая его от любопытного взора, я обернулась к своему вампиру — и замерла. Как же он был хорош в этот момент! Даже несмотря на то, что еще час назад он был, как никогда, близок к самой грани, он выглядел безупречно.

Я усмехнулась, понимая, что за это время и забыла, насколько он красив. Никогда мое сердце не билось так быстро и отчаянно для кого-то другого, никогда другой мужчина не сможет вызвать такую бурю самых разнообразных чувств, что охватывали меня при одном только взгляде на этого вампира. Моего вампира. Да, если и существовала на всем белом свете моя вторая половинка, тот, в ком было мое безоговорочное предназначение, мое проклятье и мое благословение — это был Аларис. Только он один.