Тайлисан. Без прошлого - Галина Долгова

В общем, с одной «Общей теорией» я провозилась больше часа, и это всего лишь разобрав параграф на завтра! Следующий час я провела, переписывая даты из «Истории Розы» (к моему счастью, их оказалось не больше десятка, да и сам параграф был посвящен правлению Раэльда Первого, во времена которого был создан первый портал между мирами), и посвятила математике, которую, к моему безумному счастью, я сделала всего за пятнадцать минут.

Вот на этом мой запал закончился. Мне оставалось еще выполнить практическое задание по «Нечисти», эльфийскому и географии. А я ведь столько всего запланировала! С тоской взглянув на часы, я поняла, что уже почти десять. М-да… такими темпами ночами мне спать не удастся.

Еще раз вздохнув и потерев глаза, я встала и решительно отправилась на кухню за чаем. Работать мне еще долго, да и в принципе сон я перебила, хоть «История Розы» и оказалась на ужас усыпляющим предметом.

Осторожно выглянув в коридор, я убедилась, что девушки разошлись. Мое представление сегодня заставило их поосторожничать и не появляться лишний раз. Ну мне же лучше. Лишь проходя мимо некоторых комнат, я слышала жаркие обсуждения. Признаться, мне было интересно, но останавливаться и подслушивать я не стала. Налив чашку обжигающего чая, я направилась обратно, достала из запасов нетронутый вишневый пирог, выданный мне Вэеном на всякий случай, и уже собиралась его разрезать, когда рука сама замерла над ним. А уже через две минуты я стучалась в чужую дверь.

— О! Ты? Не думала, что придешь, — на меня смотрели небесно-голубые глаза Хашшет.

— Сама не думала, — призналась. — Пустишь?

— Конечно, проходи, — она посторонилась, пропуская в комнату, где прямо на кровати, подогнув под себя ноги, уже сидела Рута.

— Тай, привет! — Девушка радостно помахала мне рукой. — Ой, пирог! Вишневый, да?

— Угу, — пробормотала я, разглядывая жилище полуорчанки. Соломенные циновки на полу и стенах, деревянные маски, статуэтки, вазы, икебаны, свечи в глиняных стаканчиках, ракушки и камешки на полках, ну и как полагается, разбросанные по комнате одежда, заколки и флакончики.

— Садись, я сейчас чай налью, — улыбнулась Хашшет, — а на Рут не обращай внимания, она с ума сходит по вишне. Может есть ее в любом виде и качестве. Даже гнилую.

— Ну, Хаш!

— А что, я неправду говорю?

— Нет! Гнилую я не ем!

— Ладно, — отмахнулась от нее старшая подруга, — поверим. Тай, ты к нам просто так или спросить чего хотела?

— Я… — начала говорить и вдруг запнулась, осознав, что и сама не понимаю, почему меня понесло на ночь глядя. Как объяснить, что я просто с ума уже схожу, что мне до безумия хочется простого человеческого общения с девчонками, когда не надо ждать удара или оскорбления, что, пусть и сама того не осознавая, скучаю по тем дням, когда могла просто болтать с Эви.

— Понятно, — Хаш, видимо, что-то разглядела на моем лице и махнула рукой, — можешь не отвечать. И, Тай, — она взяла меня за руку и вдруг как-то остро посмотрела в глаза, — не бойся. Ни я, ни Рут не причиним тебе зла и не обидим, если ты сама не дашь повода. И да, мы будем очень рады новой подруге, так, Рут?

— А то! — Девчушка подошла и неожиданно погладила меня по голове, как маленькую. — Все будет хорошо, Тайлисан, ты пережила самое тяжелое, теперь будет легче.

Не знаю, как это произошло, я честно пыталась сдержаться, но — всхлип, потом другой, и соленые капли вдруг одна за другой начали катиться по щекам. Я опустила голову, чтобы девушки этого не заметили, но вряд ли мне удалось кого-то обмануть. Точно не удалось, поняла я, когда мне прямо в руки вручили дымящуюся чашку с чаем. Обжигающий напиток имел немного кислый привкус и помог справиться с собственными чувствами, так что через пару минут я, уже вполне успокоившаяся, с интересом слушала рассказы Хашшет и Рут о жизни в Академии.

Оказалось, что Хашшет сейчас учится уже на третьем курсе медиумов, а Рут на третьем ведовского, и в свое время обеим девушкам пришлось очень несладко. Полуорчанка действительно оказалась в своем роде уникальной полукровкой, ведь орки и эльфы не особо друг друга жаловали. Но так уж получилось, что Хашшет — ребенок насилия. В свое время отец Хаш — орк — напал и изнасиловал эльфийку. Его поймали и наказали, а через какое-то время оказалось, что девушка беременна. Избавляться от плода у эльфов считается страшным преступлением, и поэтому Хашшет все-таки родилась. Но это не помешало ее матери тут же отправить новорожденную к оркам, подкинув в первое попавшееся селение. Что уж говорить, и без слов дальше было понятно, что пришлось ей несладко, и если бы не магический дар, то было бы совсем туго. Да и тут ей было не легче. Орки пускали слюни и считали ее низшей, что давало им право делать с девушкой все, что вздумается, а эльфы вообще ненавидели и презирали, стараясь выжить «позор». Судя по тому, как безразлично все это рассказывала Хашшет, было ясно, что боль и обида не утихли до сих пор.

История Рут оказалась тоже не очень веселой. Я оказалась права, когда посчитала, что она похожа на Асмина. Она тоже оказалась смеском с вампиром. И изначально ее использовали в качестве кормления, а потом сделали личной игрушкой какого-то аристократика. Собственно, в Академию Рут попала исключительно благодаря Хашшет, которая оказалась не в том месте и не в то время. Говорить подробнее девушки отказались, просто пояснили, что в результате той «встречи» Рут стала свободной, а Хашшет чуть не погибла, и смеска только ценой своей крови смогла вытащить полукровку из-за грани. С тех пор они кровницы и не расстаются друг с другом.

Собственно, эта беседа стала для меня своего рода откровением. Я так зациклилась на собственных проблемах и обидах, что даже и не думала, что кому-то тоже может быть плохо, а то и хуже, чем мне. Это было словно вспышка, осознание, понимание… Не я такая, мир такой. Жестокий и бессердечный, и если не хочешь стать жертвой — будь сильной, будь умной, будь хитрой, иначе…

Смешно, но, попрощавшись с девушками, я внезапно поймала себя на мысли, что я словно попала под очистительный дождь. Я уже не думаю о своей обиде на весь мир, о предательстве Уфаниэля и Эви, о том, что завтра вокруг меня снова будут шипеть гадюки, пытаясь укусить. Нет, я думала о том, что я должна идти вперед, стать сильной и счастливой, и именно это лучшая месть окружающим.

В душе разливались покой и умиротворение. Внутренний мир пришел в гармонию с внешним, и даже прошедшая мимо девица, которая что-то там прошипела себе под нос, абсолютно меня не взволновала. Зато откуда-то появились силы и желание учиться дальше. Словно на каком-то подъеме я схватила учебник эльфийского языка, раскрыла его и принялась читать. Не знаю, со злости или оттого, что я наконец-то успокоилась, но то, что в свое время вложил Уфаниэль, наконец-то раскрылось, позволяя не просто мучиться с текстом, а получать удовольствие от прочтения. Я с легкостью понимала все слова, все обороты и даже краем сознания отмечала грамматические нормы, которые использовались в том или ином случае. На том же подъеме я сделала задание по «Нечисти» и даже прочитала следующую главу и сделала конспект. И все это за каких-то полтора часа, хотя еще полдня назад на все это мне потребовалось бы все три как минимум.