Танец на раскаленных углях - Александр Сухов

Строго в назначенное время адская машина сработала… – Его Величество стал задумчиво стучать своей трубкой о край столешницы, выколачивая давно остывший пепел на пол.

– Ну и как, подтвердились догадки Карха о чудесных свойствах этого металла? – с неподдельным интересом я задал вопрос рассказчику. Любят эти гномы потянуть кота за хвост. Разбередят душу, а когда дело доходит до самого интересного, начинают демонстративно выколачивать свои трубки, ковыряться в носу или просто-напросто издевательски молчат, как рыба об лед, якобы о чем-то размышляют.

– Более чем, – наконец-то соизволил очнуться Его Величество. – Ахнуло так, что кирд охранения – три тысячи гвардейцев и всех магов во главе с Кархом будто корова языком слизнула. Чародеи недооценили мощность устройства и не отвели соплеменников на безопасное расстояние. Несколько выживших гномов, находившихся в момент взрыва в десяти километрах от эпицентра, потом рассказывали удивительные вещи. Сначала вспыхнул огненный шар, затмивший солнечный свет. Затем земля под ногами заходила ходуном, как при сильном землетрясении, а ударная волна саданула по ушам так, что почти у всех уцелевших были повреждены барабанные перепонки. И, как апофеоз ужасной трагедии, на высоту нескольких километров поднялось облако дыма, пыли и пепла, очертаниями напоминающее гигантский гриб. Впоследствии умные головы рассчитали – для того чтобы достичь подобного разрушительного эффекта обычными средствами, понадобилось бы тридцать тысяч тонн монита.

– Вот это да! – я даже присвистнул от удивления. – Тридцать тысяч тонн – шесть железнодорожных составов!

– Это по самым скромным подсчетам. Некоторые оценивают энергию взрыва в сорок и пятьдесят килотонн, – как мне показалось, с определенной долей гордости уточнил Матео. – Вообще-то она, по всем расчетам, не должна была превысить десяти тысяч тонн. Однако есть версия, что маги увеличили мощность взрывного устройства, применив к бомбе какое-то заклинание, наподобие тех, какими издавна пользуется мой народ для экономии взрывчатки – заложил всего килограмм монита, маг поколдовал, и рвануло на все пять, или к процессу подключилась остаточная магия предтеч. Теорий много, и все они верны, пока не опровергнуты.

– Мастер, да с такой штуковиной вы могли стереть с лица земли всех врагов! Почему гномы уступили людям свои горы? Одной демонстрации взрыва где-нибудь в безлюдной местности хватило бы для того, чтобы мы отвязались от вас навсегда. У людей все в порядке с воображением, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы представить, что случится, если эрлих-бомба упадет, например, на Вундертаун.

– Во-первых, горы мы уже вернули. Когда добыча полезных ископаемых переместилась на берега морей и океанов, скупить ненужные людям земли было плевым делом. Во-вторых, после взрыва местность надолго становится непригодной для обитания – остаточная магия или что-то в этом роде действует весьма разрушительно на живые организмы. Мало того, частички зараженной пыли свободно разносятся ветром и текущей водой на огромные расстояния. Понял теперь? Гномам не нужен мертвый мир, – просветил меня Его Величество.

– Что же случилось потом? – Мне было очень интересно дослушать рассказ до конца. Как я уже понял, в данный момент «Носорог» держит курс именно туда, где тысячелетия назад произошла страшная для гномьего народа трагедия, которая, возможно, предопределила последующую судьбу всего нашего мира. – Как вам удалось сохранить секрет супербомбы в тайне, и не боитесь ли вы, что люди создадут нечто подобное, а может быть, и еще более сокрушительное?

– А потом был суп с котом, – широко улыбнулся мой друг. – Результаты исследований засекретили, мало того, все документы уничтожили. Три готовые бомбы разобрали и утопили в расплавленной магме одного из разломов земной коры. Что касается твоих опасений, что технология изготовления подобных боеприпасов попадет в руки людей, можешь быть спокоен. Ваши ученые уже неоднократно вплотную подходили к решению этой проблемы. Однако аналитический отдел не дремлет. При малейшей угрозе мы предлагаем резвому гению посвятить себя решению какой-нибудь другой важной задачи, даем средства, обеспечиваем безбедное существование…

– …а если он отказывается? – перебил я.

– Пока никто не отказывался, мы умеем убеждать. – При этих словах мне вдруг показалось, что за моей спиной сидит вовсе не монарх всех гномов, а революционер-подпольщик или руководитель тайного общества злодеев, и я весьма непочтительно ухмыльнулся. Матео, ничего не заметив, поскольку видел лишь мою спину, продолжал: – Мало того, один из таких гениев, отказавшись от опасных исследований, сорок лет назад разработал теоретическое обоснование масс-конверсии. Конечно, при желании и безобидный масс-конвертор можно превратить в страшное оружие, но мы, гномы, опять-таки внимательно следим за тем, чтобы опасные игрушки не попали в шаловливые ручонки братьев наших меньших – людей.

– Тот суетливый взлохмаченный очкарик, что недавно на весь свет расхваливал по телевизору подвешенную в воздухе болванку, также из тех, кого вам удалось «уговорить»? – с ярко выраженной иронией в голосе спросил я.

– Не ерничай, Коршун, Мидль один стоит целого института! – сделал замечание король. – Ну, неказист, ну, суматошен, немного странноват, зато его башка произрастает, откуда нужно, и никогда не болит с похмелья. – Матео перевел взгляд на экран своего монитора, где крестик пункта конечного назначения слился с кружочком, отмечающим положение «бээмдэшки» на карте. – Кажется, мы почти приехали. Пойду потихоньку растолкаю Брюса.

– А здесь не вредно находиться? – с опаской спросил я. – Ведь вы сами говорили насчет остаточной магии.

– Не бери в голову! От той магии теперь одни воспоминания остались, – уверенным голосом развеял мои опасения Его Величество.

Характер местности начал заметно меняться. Сначала наметился некрутой спуск, который по мере продвижения становился все круче и круче. Вместо растрескавшейся глины под колесами вездехода теперь похрустывала бугристая, стекловидная корка бурого цвета. Через пару километров угол склона достиг тридцати градусов. Хорошо, что все военные транспортные средства принято «обувать» в шипованную резину, иначе можно было бы улететь неизвестно куда.

Наконец спуск закончился, и «Носорог» выскочил на гладкое, как каток, слегка припорошенное пылью абсолютно плоское дно глубокой котловины, диаметром не менее двухсот метров. Не нужно обладать специальными знаниями, чтобы представить, что творилось здесь непосредственно в момент взрыва и какое-то время после него, если даже камень плавился и тек, как лед под лучами весеннего солнца.

«Пожалуй, метров сто ниже уровня поверхности пустыни, – удивленно отметил я про себя. – Это сколько же кубов грунта отсюда улетело в небеса?! На глаз так сразу и не определишь».

– Быстро ты, Коршун, гоняешь по пустыням! Матео обещал только к утру добраться до мемориала, эвон, а мы уже на месте! – В рубку ввалился заспанный Брюс, неся в одной руке свой заплечный мешок, в другой чехол с секирой, и с упреками накинулся на меня: – Надо было помедленнее ехать – поспать не дал, а сон в моем возрасте процесс очень важный и жизненно необходимый. Учти на будущее!