Танкист - Алексей Евтушенко

– О чем? – спросил Лукас. Он знал, о чем, но ему было интересно, что скажет его старый боевой товарищ.

– О том, что… – Глеб запнулся, огляделся по сторонам и понизил голос: – А, плевать, один хрен терять уже нечего. Тебе прямо скажу. Заканчиваются спокойные времена, Дабл. Думаешь, только мы недовольны – те, у кого собственное дело? Нет. Миллионы. Ты поговори с простыми работягами, которые не на тебя вкалывают. Они тебе расскажут. И про рост тарифов, и про зарплаты, и про штрафы, и о профсоюзах, которые давно все под энергетиков легли. Люди уже говорят, что создание Всемирного правительства и отмена государственных образований было большой ошибкой. Если не преступлением. Из одного дерьма выползли – в другое вляпались. – Глеб замолчал, разлил по стаканам остатки водки.

– Удивительно, – сказала Ольга. – Стоит собраться вместе трем-четырем русским мужчинам, и разговор обязательно зайдет о мировых проблемах. Особенно если есть водка. А она всегда есть.

– Я не русский, – сказал Лукас.

– Ага, рассказывай, – ухмыльнулся Глеб. – Твои дедушка с бабушкой откуда в Израиль приехали?

– Так они вообще-то евреями были.

– Да какая разница, – сказал Глеб. – Но Оля права. Хватит о политике, она нас в покое и так не оставит. Давай лучше за присутствующих здесь женщин. То есть за вас, Оля. Господа офицеры!

– Ну все, – сказал Лукас. – Если Глеб Скляров начал пить за женщин…

– А я вот не против, чтобы господа офицеры за меня выпили, – сказала Оля.

– Тогда ладно, – кивнул Лукас. – Пьем и уходим. Через… – он глянул на часы, – двенадцать минут начало.

Они выпили, закусили. Лукас достал из кармана блокнот, записал номер, оторвал листок, протянул Глебу:

– Возьми. Этот номер только для друзей. Звони в любое время.

– Узнаю капитана Левицкого. Все самое важное только на бумаге. – Глеб спрятал листок. – Спасибо, может, и позвоню.

– Не «может», а обязательно. Или лучше дай мне свой, только надежный. Я сам тебе позвоню.

– Запиши.

Лукас записал, поднялся. Они попрощались и направились к трибунам. Отойдя шагов на двадцать, Лукас вдруг остановился.

– Что? – спросил Феликс.

– Знаешь, ты прав. Давай-ка я все-таки воспользуюсь наномаской. Сгоняешь к мобилю? Ничего с нами за минуту не случится.

Феликс усмехнулся и достал из внутреннего кармана капсулу:

– Держи.

Вахтанг Иванидзе появился в стартовом боксе клана «Десять жизней» ровно за четырнадцать минут до начала игры. Только он и мог это сделать. Да еще, пожалуй, в случае необходимости врачи «Скорой», а также офицеры СПС и ГП. Последние двадцать пять минут перед стартом игры считались священным временем. Танкистам нужно получить последние инструкции и наставления от командира, еще раз согласовать тактику, протестировать машины и пушки, настроиться на бой. И мешать им никто не должен.

Олег как раз заканчивал инструктаж по тактике борьбы с «Раздолбаями». Это был бывший клан его отца, и Шалый, как никто другой, знал сильные и слабые стороны и старшего лейтенанта Гладиатора, и нынешнего лидера клана майора Рваная Задница, и всех остальных танкистов клана.

– Привет, молодежь, – поздоровался Иванидзе, подходя. – Как настроение?

– Привет, Вахтанг, – сказал дед Иван и демонстративно посмотрел на электронное табло, где высвечивалось время, оставшееся до старта, а потом на свои часы.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась Германия.

– Настроение боевое, – наглым громким голосом сообщил Рулетка. – А у вас?

Остальные молча кивнули, настороженно глядя на Вахтанга. Они, сироты, выросшие в воспитательном доме, чуяли любой подвох судьбы заранее. Жизнь научила. И сейчас им показалось, что всесильный Иванидзе пришел к ним не с очередными подарками.

– Здравствуй, дядя Вахтанг. – Олег пожал протянутую руку. – Что-то случилось? Старт через тринадцать минут.

– Знаю. Дело есть, Олег. Давай отойдем.

– Ого, – негромко, но так, что все услышали, сказал Рулетка. – Интересно.

– Это касается предстоящей игры? – спросил Олег, глядя прямо в светло-карие, почти рыжие глаза Вахтанга.

– Да.

– Тогда говори при всех. У меня нет секретов от клана.

– Уверен?

– Абсолютно.

– Хорошо. Тогда слушайте внимательно, повторять не стану. Первый бой можете выиграть, но с минимальным преимуществом. Если ничья или с минимальным проиграете – вообще идеально. А CTF сольете. Победить должны «раздолбаи». Но так, чтобы никто не догадался, ювелирно. Игра до двенадцати флагов. Счет 12:10 и даже 12:11 в пользу «раздолбаев» вполне устроит. Вам все ясно?

Клан тяжело молчал, словно чья-то злая волшебная рука мгновенно зашила всем рты.

– Почему, дядя Вахтанг? – тихо спросил Олег. – Зачем это?

– А ты как думал? – сказал Вахтанг. – Люди большие деньги на «раздолбаев» поставили. Такие деньги, что тебе и во сне не приснятся. И теперь эти люди недовольны. Очень недовольны. Не переживай, все учтено и оплачено. – Он вытащил из внутреннего кармана пачку наличных денег, положил на стол. – Здесь пять тысяч. Аванс. Еще десять получите после игры, если сделаете все как надо. Это на пять больше того, что вы бы получили в случае победы. Плюс не забудьте, что за второе место тоже неплохая сумма выйдет. Если сложить… – Он посмотрел на табло. До старта оставалось десять минут. – Все, я пошел, не буду мешать. После игры увидимся.

Вахтанг развернулся и, не торопясь, пошел к выходу.

– А если мы все-таки выиграем?

Вопрос Олега, словно камень, ударил Иванидзе в спину. Тот остановился, обернулся.

– Об этом вы лучше забудьте сразу, – ласково сказал он. – Подумали – и забудьте. Если, конечно, хотите и дальше в танки играть, и здоровье ваше молодое вам дорого. Это не угроза, упаси бог. Это факт. И помните, что все победы у вас впереди. Из вас еще такой клан получится. – Он поцеловал кончики пальцев. – Легенда! Все, готовьтесь, восемь минут до начала.

– Что это было? – спросила Германия в полной тишине, когда Вахтанг скрылся.

– Это вас покупать приходили, – сказал дед Иван. – Вы разве не знали, что так бывает? Теперь знаете.

– И что, купили? – Германия посмотрела на Олега.

– Как только мы возьмем деньги – да.

– Разве мы их не взяли? – покосился на толстую пачку Сумарь.

– Пока нет. Вахтанг их здесь просто забыл. Мало ли, бывает. После игры отдадим. Или не отдадим.

– И кто это будет решать? – спросил Гордей.

– Мы. Прямо сейчас. До начала игры семь минут.

– Я уже все подсчитал, – вздохнул Сумарь. – Предложение господина Иванидзе гораздо выгоднее, чем победа. В материальном смысле.