Монах. Боль победы - Евгений Щепетнов

– Ясно. Где пушкари с завода?

– Вон там, с Заграном возятся возле пушек и той штуки, что ночью поставили. Как ее назвали? Пулемет? Забавная штукенция. Она тоже может стрелять? Я видел, как испытывали пушки. Впечатляет. Но это что-то маленькое…

– Может стрелять, – усмехнулся Андрей. – Скомандуйте, чтобы пушкари подошли. И Загран.

Капитан негромко отдал приказ вестовому, и тот со всех ног побежал к Заграну. Через несколько минут командир десантников и три механика-пушкаря стояли перед Андреем. Загран был весел, бодр, как и один из пушкарей. Двое других зеленели лицами, как свежий салат, и едва держались на ногах.

– Слушаю, господин советник! – отсалютовал сержант.

– Чем занимаетесь с пушкарями?

– Обучают нас. Правда, с трудом. Видите, как их выворачивает? – Загран указал на одного из механиков, бросившегося к борту и пытавшегося излить досаду и желчь. Рвать ему было уже нечем.

– Слушай меня внимательно, Загран… – В течение десяти минут Андрей подробно изложил сержанту план действий.

Загран ничуть не удивился, не испугался, вообще не выразил никаких эмоций – надо, значит, надо. Он побежал к абордажной группе, оставив возле Андрея механиков и солдат, обучаемых пушкарями.

Скоро все закрутилось, завертелось, забегало и зашумело – десантники грузились в шлюпки, кроме тех, кто лежал пластом и еле шевелился. Таких было процентов сорок. Так что в шлюпки уселись около тридцати человек. Им предстояло встретиться с более чем в пять раз превосходящим их противником.

Расчеты пушек побежали к орудиям, двое встали к пулемету. Андрей взял у капитана бинокль и посмотрел на пиратское судно – там тоже все пришло в движение, команда расчехлила баллисты и стала разворачивать их для метания по шлюпкам. Шлюпок было две – каждая брала пятнадцать человек.

Андрей посмотрел на шлюпки, отошедшие уже метров на двести – триста, и вдруг в одной из них обнаружил Шанти, счастливо улыбавшуюся, будто ехала на прогулку, а не на смертельный бой.

Он обернулся и, найдя глазами дежурного офицера, взревел, перекрывая шум ветра и плеск волн:

– Кто позволил ей сесть в шлюпку?! Как это вышло?!

– Она приказала, господин советник… сказала – вы не против. Как мы могли ей отказать? Взяла саблю и спрыгнула в шлюпку. Мы думали, вы в курсе, так удивились, что женщина идет в составе абордажной группы. Извините, не знали.

Шанти, видимо, почувствовала его гнев и весело помахала Андрею, сидя на корме шлюпки, а он скрипнул зубами: вот поганка! Подвергает себя опасности, как глупый ребенок. Потом немного успокоился – чешуя у нее почти вся отросла, а палить по десантникам он пиратам не позволит.

Шлюпки легли в дрейф на расстоянии четырехсот метров от пиратов и закачались на волнах.

– Заряжай! – крикнул Андрей. – Огонь по моей команде! Пли!

Оба орудия рявкнули, оглушив всех присутствующих, будто рядом ударил гром. Некоторые матросы даже присели от неожиданности и со смехом закрутили головами, потирая уши. Зашелестели снаряды, Андрей посмотрел в бинокль на фонтаны возле бортов – недолет.

– Поднять стволы на три градуса! Огонь!

Снова громыхнули пушки, и в бинокль стало видно, как один из снарядов ударил в корму, взметая куски обшивки. Второй ударил в борт, под толстые дубовые доски, прикрывающие стрелков от вражеских выстрелов. Болванка снесла кусок барьера и, промчавшись через палубу, убила трех пиратов, буквально разорвав их на части.

– Так держать! Беглый огонь без команды! Пулемет – огонь!

Крупнокалиберный «акур» застрочил, поливая палубу пирата смертоносным дождем. Тяжелые пули ложились довольно кучно, пробивали дерево обшивки, как картон.

Люди метались, сбиваемые свинцовым градом, и лишь немногие попытались организовать хоть какое-то сопротивление – судно стало срочно сниматься с якоря, а баллисты выпустили по снаряду, бессильно упавшие не долетая до шлюпок. В шлюпках тоже не бездельничали – оттуда начали палить по пиратам из нарезных штуцеров, для которых расстояние в четыреста метров было совсем ерундовым.

На пирате творился кромешный ад – люди падали как скошенные косой, болванки, выпущенные из пушек, разбивали все, во что они ударяли. В бортах зияли дыры, одна мачта уже обрушилась, сбитая удачным выстрелом из пушки.

Пулемет выпустил полную ленту в триста патронов, второй номер пулеметного расчета притащил новую ленту и заправил ее в затвор. «Акур» снова заработал, снося все с палубы пиратского корабля.

По прикидкам Андрея, за время обстрела было уничтожено более ста пиратов. Оставшиеся залегли за обломками бортов и не подавали признаков жизни. Их корабль качался на волнах, весь в рваных пробоинах, с разбитой кормой, но стоял прочно – похоже, что течей в корпусе не было. Андрей старался стрелять только по палубе, чтобы судно не затонуло.

– Прекратить огонь! – последовала команда, и пушки смолкли с открытыми затворами.

«Акур» тоже замолк. От кожуха пулемета шел пар – начал накрапывать дождик, оставляя шипящие капли на раскаленных стволах орудий.

Андрей прикинул – они выпустили не менее чем по тридцать снарядов в максимальном темпе стрельбы. Все снаряды ушли в цель, ни одну пушку не раздуло, они не начали «плеваться». Теперь дело было за десантниками.

Шлюпки двинулись вперед, а десантники, чутко следя за тем, что происходит на подбитом судне, палили во все, что шевелится.

Андрей заметил, что одна из баллист нацеливается на десантников, возле нее копошились люди. Огонь штуцерников снес половину из них, но камень все-таки улетел в цель. Андрей с замирание сердца смотрел, как булыжник приближается к шлюпкам, и увидел фонтан, взметнувшийся возле лодки, в которой сидела Шанти. Он закусил губу и, облегченно помотав головой, пробормотал:

– Убью мерзавку! Ну негодная! – Крикнул: – Винтовку мне! Дайте винтовку!

Телохранители Андрея куда-то убежали и вернулись с чудовищем рода винтовок, напоминающим противотанковое ружье времен Второй мировой – здоровенным сооружением на сошках под пятнадцатимиллиметровый патрон.

Андрей как игрушечную подхватил эту убойную штуку и попробовал пристроиться к борту шхуны, заглядывая в оптический прицел. Тот был очень мощным, восьмикратным.

Дослав патрон в патронник, Андрей, широко расставив ноги, встал у борта, положил винтовку на деревянный брус и, затаив дыхание, привычно заглянул в прицел.

Видно было, как возле баллисты, не обращая внимания на ружейный огонь, шевелились люди. Возле борта появились несколько лучников с мощными, изогнутыми, как у сарматов, луками, а также несколько арбалетчиков. Командовал ими человек в широкополой шляпе – высокий, в черном костюме, с саблей в руках. Так как укрытия для стрелков на палубе не осталось, пираты приволокли какие-то бочки и, поставив их друг на друга, спрятались за ними, готовясь к стрельбе.