Пусть Бог не вмешивается - Алексей Фомичев

Обращаются к богам по мере необходимости. Купец ли просит удачу в торговом деле, крестьянин, выходя по весне в поле, или военачальник перед сражением. В первых двух случаях в жертву приносят петуха (курицу, если ночью), а во втором – барана, причем его убивают боевым топором.

Молиться здесь не любят и не проводят многочасовые службы, предпочитая не заниматься словоблудием. Единственная молитва состоит из четырех предложений и больше напоминает обращение вежливых и учтивых детей к уважаемому всеми родителю. «Отец наш, сидящий в небе высоком. Окинь взором всевидящим землю свою и потомков своих, живущих на ней. Отнесись к делам нашим со строгостью и справедливостью, ведь мы кровь и плоть твоя. Помни о нас, и мы тебя вечно чтить будем!»

Молитву произносят стоя, с прижатой к сердцу ладонью. Без долгих песнопений и коленопреклонений. Этим богам смиренные овечки и покорные рабы не нужны. Стыдно править стадом безмолвных рабов, а не славными гордыми потомками. Говорят, нечто похожее было и у нас на Руси. Наверное, врут. Судя по тому, что сделали с народом; гордыми и свободными мы никогда не были.

Капищ с вырезанными ликами богов я не видел, здесь бога носили в сердце. В храмах служили испокон веков жрецы. Собирали знания, вели летописи, толковали приметы и сны.

Еще я слышал о богах ветров, их культ больше распространен на юге и в степи. Другой культ существует на севере – культ морских богов. Там живут народы, о которых в Аберене почти ничего не известно.

Вот, пожалуй, и все. Но как связать эту информацию с событиями, недавно произошедшими в замке Корхана? И какое отношение имеет ко всему этому Храм?..

На восьмой день герцог повернул полки дальше на север, спеша перехватить степняков у самой границы. А я поехал к Винтисте.

Городок утопал в зелени. Воздух напитан влагой и свежестью, солнце заливает ярким светом непривычно широкие улицы. Винтиста заполнена паломниками, съехавшимися со всей страны и из-за границы.

Я сменил одежду, оставил коня и оружие во дворе одного крестьянина. Вышел на улицу и вместе с паломниками направился к Храму. Каждый нес небольшие мешочки с испеченными хлебцами. Их выбросят в озеро – это символический дар богу и корм для сотен небольших рыбок живущих в озере.

Все чаще встречались жрецы. В длинных черных плащах с капюшонами, скрывающими лица. Паломники с готовностью уступали им дорогу, но, насколько я заметил, особой спеси и высокомерия жрецы не проявляли.

Храмы увидел издалека, они стояли на двух высоких холмах. Стены построены из отшлифованного до зеркального блеска светлого камня. Солнце отражалось в них и слепило глаза. Ветер сменил направление, и мне в лицо дохнул влажный воздух. Донесся едва слышный шум водопада.

Первое, что я увидел, было озеро. Оно состояло из двух частей. Большая находилась на высоте двадцати пяти метров, меньшая внизу, у подножия святилища. Вода из верхнего озера ровным потоком низвергалась вниз на камни, поставленные под небольшим углом. Попадая на них, вода взлетала ввысь, образуя фонтан. Где-то на высоте двадцати метров через водопад шел ровный луч света. Он исходил из обоих строений справа и слева от озера. Луч был очень сильным и ярким.

Я зашел в один из Храмов. Внутри было просторное помещение со слегка закругленными стенами и высоченным куполом. У самого купола был балкон, на котором неподвижно закреплен гигантских размеров драгоценный камень. Такие здесь называют «танда». Несколько ниже висели еще восемь, но меньших размеров, а вокруг установлено множество зеркал. Солнечные лучи, попадая внутрь помещения через многочисленные окна, отражались в зеркалах, проходили через восемь камней и посылали сильные лучи в «танду». Огромный камень фокусировал их и направлял единый луч в сторону озера. Навстречу такому же, исходящему из другого Храма. Фактически весь ансамбль из зеркал и камней представлял собой гигантскую линзу.

Я вернулся к озеру. Разноцветная радуга брызг приятно радовала глаз, в ушах звучал шелест водопада. Надо отдать строителям должное – они сумели создать изысканную композицию, наполнив свое творение атмосферой возвышенности и праздника.

Из Храмов вышли два жреца, каждый держал в руке связанного за ноги петуха необычайно крупного размера. Они подошли вплотную к водопаду на уровне радуги, секунду помедлили и… пошли по ней, словно по мосту. Вздох изумления и восхищения пронесся среди паломников, на их глазах происходило чудо. Я покачал головой, наблюдая за неспешным торжественным шагом жрецов. Ловко придумано. Здесь не обошлось без оптического фокуса. Разумеется, жрецы шли не по воздуху, а по незаметному для глаз мосту. Фонтан и радуга надежно прятали его от постороннего взора.

Достигнув середины радуги, жрецы встали. В воздухе сверкнули лезвия ножей, и из жертвенных петухов полилась кровь. Часть попала в фонтан, и вода в нем приобрела рубиновый оттенок.

Не став ждать продолжения, я выбрался из многочисленной толпы и пошел дальше. Все дороги к Храму заполнены паломниками, постоянно подходят новые. Я добросовестно побродил по окрестностям, но Ворот не нашел. Решив, что пора немного перекусить и отдохнуть, вернулся в город.

Вот и увидел Храм воочию, и жрецов увидел. Но каким боком тут замешан Клан? Чем заинтересовали Корхана эти места? И как тогда понимать это истерическое: «Уберите своих людей от Храма!» Ничего подозрительного не заметил, жрецы как жрецы, только и всего, что одеты, как и визитеры в замке маркиза. Словом, одни загадки.

…Полдня поисков не привели к желаемому результату. Я осмотрел все строения, что попались на пути, включая сараи, ветхие пристройки, конюшни и даже некоторые погреба, вызывая подчас своим любопытством недобрые взгляды владельцев. Несколько раз прочесал рощицы, пролески и даже кустарники… Пусто! Хоть матерись, хоть плач, хоть топись…

Дело шло к вечеру, а рыскать в темноте не самая хорошая идея. Напоследок решил осмотреть ближайшие к холмам дороги, а завтра начать поиск по новой.

Сразу за холмом шел небольшой бор. Мощные раскидистые кроны заслоняли землю от солнца. Я оставил коня у ручья и пошел дальше. С трудом пробился сквозь густой кустарник, расцарапав руку. Хотел было плюнуть на всю затею, но впереди внезапно показался просвет. Кустарник нехотя пропускал вторгшегося чужака, ловко подставляя под ноги сучки и корни. Я спотыкался на каждом шагу, никакая выучка не помогала, в таких местах люди не ходят.

Вышел к небольшой полянке. Прямо по середине стояли два высоких столба метров по пять длиной. Полуразвалившиеся, обгорелые. Наверху еле держалась ржавая железная перекладина. Вокруг росла трава ядовито-зеленого цвета одинаковой высоты, словно неведомый садовник каждый день аккуратно подрезал ее.

На поляне царила полная тишина, даже обычного пения птиц не слышно. Не верещали кузнечики в траве, не ползали муравьи и мелкие букашки. Все исчезли как по команде.

Едва ступил на полянку, сразу провалился по щиколотку, еле успев выдернуть ногу. Интересная картина: посреди бора – болото. Ни лягушек, ни жаб, даже комаров нет. Проклятое место, не иначе…