К чему приводят девицу… Путешествия с богами - Анна Рассохина

– Мы готовы! – заинтересовались и выкрикнули все друзья и подруги разом.

Ближе к ночи, когда в аптеке остались только те, кто жил со мной, я тихо спустилась вниз. В зале меня дожидался Сульфириус. Он скупо кивнул в знак приветствия и повелел подойти к нему.

И вот мы снова оказались в Эртаре. Здесь дождя не было, но лето на севере суровое, короткое. В прохладном воздухе мелькали мелкие мушки, а с темных небес на нас смотрели звезды. Я поежилась, и демон, заметив это, хищно оскалился:

– Замерзла, ученица? Ничего! Пробегись-ка три малых круга и сразу согреешься!

Передо мной возникли розги, и я медленно побрела к беговой дорожке, ругаясь себе под нос. Розга тут же ударила меня по мягкому месту. Взвизгнув, бросилась бежать.

После трех кругов и ста прыжков со скакалкой я чувствовала себя загнанной лошадью. Дуайгар недовольно покачал головой, возвел глаза к ночному небу и изрек:

– Одно мучение с тобой, ученица. Можешь отправляться домой. Магиал твой перенесет тебя в Бейруну, а завтра я снова сам приду за тобой, так что жди!

Мысленно пожелала ему куда-нибудь провалиться до завтра, переместилась в аптеку и в изнеможении погрузилась в ванну с теплой водой. Спать хотелось просто невыносимо. Я и уснула, а проснулась уже спустя пару осеев в холодной воде. Постанывая, вылезла из нее и кое-как доплелась до кровати, где и уснула вновь, едва моя голова коснулась подушки…

Собравшиеся в трапезной девчонки с волнением поглядывали друг на друга, парней с нами не было. В комнату вихрем влетела Тинара и суматошно зашептала:

– Она идет! Она идет!

Все девчонки приготовились. Ольяна отложила в сторону эльфийский роман и томно вздохнула:

– Все-таки не только выдуманные мужчины умеют любить…

– Ага, – поддакнула ей Иванна, мечтательно возводя глаза к потолку. – Мой Данис такой романтичный! Недавно прислал мне горный цветок, а вы знаете, как сложно его достать? Я так волновалась, что две ночи глаз не могла сомкнуть, глядя на его подарок. И зачем было так рисковать собой?

– Ну, Данис боевой маг, – пожала плечами Вира, – и риск – это часть его жизни.

– К хмару лысому такую часть! – в сердцах заявила ее сестра, и Нелика согласилась с ней:

– Я была бы счастлива, если бы Дарин занялся другим делом.

– Мы говорили про любовь, – напомнила Йена.

– Да что любовь? Все кругом расстаются! – запальчиво отозвалась полуэльфийка.

– Увы! Бедный Осик! – кивнула Элана.

– Конечно, бедный – пьянствует второй день, а парни ушли его поддержать. Даже некромант, и тот с ними отправился, – громко оповестила Лисса.

В трапезную с каменным выражением лица прошла Зила. Мы покосились на нее и Элана тихо заметила:

– Вот если бы меня кто-нибудь так сильно любил, я бы не стала с ним расставаться.

– И я своего Дарина никому не отдам и буду с ним до самого конца, – серьезно сообщила Нелика.

– Любовью нельзя так просто разбрасываться! – постановила Вира. – Я несколько дней не видела своего дракона и уже страшно соскучилась по нему. Нилия, ты бы узнала, что с моим Леорвилем?

– И про моего Ремиза спроси заодно, – краснея, попросила Ольяна.

Я с изумлением посмотрела на нее и ответила:

– Шайн говорил мне, что мы Ремиза еще не скоро увидим.

– А-а-а… – разочарованно протянула девушка.

– Но еще Арриен велел передать тебе, чтобы ты привыкала к мысли, что у тебя уже есть жених, – сказала я.

– Да-а? – На губах блондинки расцвела счастливая улыбка.

– Да ну вас всех! – выкрикнула Зила и умчалась наверх.

Мы довольно заулыбались, радуясь, что наши слова тронули сердце полугномки.

Вечером в аптеку ввалился запыхавшийся Андер и известил:

– Нилия, нам срочно нужна твоя помощь! Осмуса сбила карета, и он теперь находится при смерти в Центральной лечебнице Бейруны!

Услышав новость, Зила упала в обморок. Девчонки остались приводить ее в чувство, а мы с Андером отбыли в лечебницу.

Сестры ир Илин заранее договорились со своим папенькой, чтобы нам выделили в лечебнице отдельную комнату. Здесь без дела маялся совершенно здоровый Осмус, правда, при этом у крепыша был весьма несчастный вид. Тут же сидели взволнованные парни. Йена еще с утра навела Осику иллюзорные синяки и ссадины. Приехав, я лично перевязала парня, а Ристон достал где-то бычьей крови и старательно пропитал ею повязки ир Тенеса. Осмус отчетливо побледнел.

– Весьма натурально смотришься! – одобрил ир Янсиш.

Я протянула парням склянку с настойкой иланки колючей, они недоуменно воззрились на меня. Достала пробку и протянула настойку Ристону. Он скривился, чихнул, а на его глазах выступили слезы.

– Нилия! – обиженно возопил темный, остервенело протирая очи.

– Это для полноты впечатлений, – невозмутимо отозвалась я.

Осмус выхватил склянку из моих рук, а спустя пару лирн дружно утирали слезы все парни.

– Приехали! – радостно сообщила я, почувствовав, что через кулон меня вызывают сестры, и поднесла снадобье к своему носу.

Вышла в коридор, где разрыдалась на плече у Ристона. В этот же самый миг в коридоре показались девчонки. Тинара потом мне рассказала, как все выглядело со стороны.

Всю дорогу Зила угрюмо молчала, а остальные подруги горестно вздыхали. По приезде в лечебницу мы поднялись на второй этаж, глядим, а тут заплаканная Нилия обнимает навзрыд рыдающего некроманта и сквозь слезы бормочет: «У меня не получилось спасти Осика-а-а-а!» В довершение всего этого открывается дверь палаты, где лежит Осмус, и оттуда со скорбными лицами выходят Конорис и Андер, которые, обнимаясь, говорят: «Прощай, старый друг!», а выбегающий Дарин, утирая слезы, мчится к Нелике и с рыданием заключает ее в объятия. Зила впечатлилась – с воем она устремилась к Осику!

Дальнейшее я и сама хорошо помнила. Толкаясь в узких дверях палаты, мы увидели следующую картину: полугномка, стоя на коленях, обнимала и целовала своего парня. Плача, она все повторяла и повторяла:

– Любимый! Любимый! Ну как же так? Я же тебя люблю! Люблю-у-у-у!

На лице Осика расплывалась блаженная улыбка, но он все еще молчал. Зила не останавливалась:

– Милый! Любимый! – Девушка целовала «хладные» уста своего возлюбленного ведьмака. – Почему ты решил уйти из жизни в такой важный момент? Ты так нужен мне и нашему малышу!

– Что-о? – «Мертвец» поднялся на кровати.

Андер и Ристон одновременно дернули меня за рукава платья. Я кивнула им, подтверждая слова полугномки, и продолжала смотреть представление дальше.

Зила осела на пол, а Осмус поднялся на ноги и, пылая праведным гневом, посмотрел на свою девушку: