Царь горы - Вадим Панов

— А мы, получается, ни при чем. Правильно?

— Только фесять процентов получим, если чуфы контрибуцию заплатят.

— Нам это мало?

— Мало, — подтвердил одноглазый. — Я больше хочу.

— Так если все нас жалеют, давай попросим, — родил гениальную идею уйбуй.

Смелая мысль, невозможная для привыкших к мародерству и грабежам дикарей, не сразу нашла путь в голову великого фюрера.

— Чего попросим?

— Денег, — пояснил Копыто.

— У кого?

— У всех. Скажем, мол, жалость — это круто, но нужны наличные.

— Ну ты ифиот, Копыто. Как ты сказал? Попросим фенег?

— Ага!

— Попросим?

— Ну, в ногах валяться не станем, а скажем: «Мля, если вам нас так жалко, хрен ли бабло зажимаете?»

— А ведь это ифея! — подался вперед фюрер. — И банк грабить не нафо!

— Концепт, мля! Я всегда говорил, что я умный.

* * *

Замок, штаб-квартира Великого Дома Чудь

Москва, проспект Вернадского

16 декабря, четверг, 17.25

То, что отношения между Орденом и Торговой Гильдией похолодели, не вызвало у шасов удивления: в конце концов, чуды ведь имеют право обидеться. К тому же рядовые рыцари традиционно относились к вассалам Темного Двора с подозрением, наглядно демонстрируя, что воины никогда не поймут торговцев. Но лидеры Ордена! Они-то ведь понимали, что имеют дело с главными финансистами Тайного Города! В Замке директоров Торговой Гильдии всегда ждал вежливый прием. Если не теплый, то, по крайней мере, уважительный. А тут…

— Сколько еще ждать? — ледяным тоном осведомился Юсур Томба.

Стоящий рядом рыцарь не удостоил шаса ответом.

— Вы понимаете, ЧЕМ может закончиться для Ордена подобная выходка?

Чуд, судя по всему, понимал, но чихать хотел.

— Поехали отсюда, — предложил Михар Турчи. — Вернемся к себе и как-нибудь отомстим.

— Ты думаешь, нас выпустят? — шепотом спросил Юсур. — Я бы на это не рассчитывал.

Рыцарь, молчаливо стоящий неподалеку от торговцев, всем своим видом давал понять, что директор Торговой Гильдии прав: шасам разрешалось топтаться на месте, но стоило им сделать больше двух шагов в любую сторону, как на пути возникал охранник.

Западня.

Юсур и Михар въехали в Замок на роскошном «Роллс-Ройсе». Машина, как обычно, подкатила к центральному подъезду главной башни и остановилась у широкой лестницы. Юсур и Михар степенно покинули лимузин и стали медленно подниматься по идеально вычищенным ступеням к дверям. Они успели преодолеть половину лестницы, когда их попросили остановиться. На холодном декабрьском ветру. В двух шагах от теплых помещений Замка.

— Полчаса, — угрюмо заметил Турчи.

— Они ответят, — пообещал Юсур, стряхивая с рукава снежинки.

Сверху господин директор Торговой Гильдии был экипирован как надо: в теплую бобровую шубу и дивную меховую шапку. Но вот элегантные туфли Томбы совершенно не годились для прогулок по зимним улицам. В такой обуви хорошо разгуливать по офису…

— Мне холодно, — буркнул Михар.

— Я им покажу льготные процентные ставки, — прошипел Юсур. — Они у меня узнают, что такое внезапное падение котировок. Я…

Договорить господин директор не успел. Двери Замка распахнулись, и перед озверевшими шасами предстал улыбающийся во весь рот Бамбарда:

— Господа, приветствую! — Рик поежился. — Холодно сегодня, черт побери… Что у вас за дело?

Томба хотел возмутиться, хотел заявить, что не собирается обсуждать важный вопрос на лестнице, но сдержался. Понял, что если откажется говорить, ему предложат постоять на лестнице еще, собраться с мыслями:

— Сегодня утром мы не смогли дозвониться ни до Биджара Хамзи, ни до Урбека Кумара, — поведал Юсур и замолчал: из носа предательски потекло.

— Их мобильные телефоны не отвечают, — пришел на помощь Михар.

— Вы же сами говорили, что они бизнесмены, — усмехнулся Рик, наблюдая за сморкающимся Томбой. — Возможно, они ведут сложные деловые переговоры и отключили телефоны.

— Это не смешно, — отрезал Михар. — Мы подозреваем, что Орден похитил уважаемых членов семьи Шась и удерживает их, пытаясь оказать давление…

— Великий Дом Чудь не располагает сведениями о нахождении указанных вами господ. Это официальный ответ.

Дверь захлопнулась.

Рыцарь, помедлив несколько секунд, покинул свой пост, сообщив на прощание, что «роллс-ройс» случайно проколол колесо, шофер занят ремонтом и подгонит лимузин в течение четверти часа.

Юсур и Михар остались одни.

— Что скажешь? — осведомился Турчи, похлопывая себя по плечам.

— Что скажу? — Томба негромко выругался. — Эти гады, Биджар и Урбек, наверняка сидят сейчас в каком-нибудь тепленьком местечке и смеются…

* * *

Поместье «Rosewood Hill»

Великобритания

16 декабря, четверг, 14.56 (время местное)

Марта и Мэри смотрели в гостиной телевизор. Масаны любезно предоставили пленникам видеозапись ночных забав, и теперь девушки с любопытством сравнивали возможности партнеров, громко обмениваясь при этом мнениями.

Взбешенные шасы, прихватив бутылку коньяка, переместились в одну из спален.

— Это уже слишком, — прорычал Биджар, прислушиваясь к доносящемуся из гостиной хихиканью. — Что себе возомнил Густав? Меня еще никто так не унижал!

— Да ладно, — буркнул Урбек. — Обычное домашнее видео. Расслабься.

И выпил.

— У меня, между прочим, жена и дети.

— Так ведь он не шантажирует тебя. Напротив, поступил честно — отдал запись. Что говорить — хороший он парень.

— Кто?

— Густав.

— А-а… — Хамзи имел свое мнение насчет кардинала Луминар, но, вспомнив о существовании записывающей аппаратуры, попридержал его.

Нет, не стерпел:

— Скотина он. Вот! Грязная масанская свинья!

Во избежание недоразумений с охраной, предусмотрительный Биджар произнес последнюю фразу на унтонском диалекте шасского — эту тарабарщину использовали в Торговой Гильдии в качестве секретного языка. Ходили слухи, что даже навы, способные освоить азам, пасовали перед лингвистическим достижением торговцев.

— Мерзавец, каких свет не видывал, — согласился Кумар на том же наречии.