Навигаторы Апокалипсиса - Вячеслав Шалыгин

– У нас все как было раньше, даже лучше.

– Повезло. И что же, эти навигаторы всех могут перевести в вашу реальность?

– Могут-то они могут, – проворчал Трощинский-два, – да кто им разрешит?

– А в чем проблема?

– В Мазае, бля, – ответил Локтев и сплюнул. – Надо же быть такой сукой!

– Кажется, начинаю понимать, – сказал Трощинский-один. – В другой реальности все, как здесь, у нас, только без катаклизмов и так далее. Короче, все в шоколаде. Но есть дырки, через которые туда-сюда шастают навигаторы. Так? И Мазай отвечает за устранение этих дырок. Правильно понял?

– В целом да, – ответил Трощинский-дубль.

– Тогда ясно, почему он вас кинул, а нас подставил. Устраняет свидетелей. Нормальная практика.

– Дерьмовая это практика! – резко возразил Локтев. – Для нас – особенно! Но мы назло ему вернемся! И пусть он попробует нас там устранить, в Новом мире!

– Легко, – спокойно сказал Трощинский-два. – Прямо дома, на кухне, за обедом. С соседней крыши – шлеп! – и ты мордой в борще.

– Пошел ты! – по лицу Локтева было видно, что нарисованная Трощинским картинка вполне реальна.

– И все-таки что с Гуськовым? – вернулся к главной теме Стрельцов-один. – И Шипулин ваш где? И Геша, машина…

– Капитан, – вдруг тихо позвал Парус. – Надо их… убрать отсюда.

– Само собой, Яша. – Стрельцов-первый и его дубль переглянулись, а затем одновременно посмотрели в сторону незаконченной стройки на нечетной стороне бульвара. Теперь стройка превратилась в заваленный обломками и залитый вязкой грязью пустырь. На краю увяз в грязи микроавтобус неопределенной марки. Сверху его придавило бетонной плитой рухнувшего забора, а задние дверцы у машины отвалились. Вот в этот импровизированный склеп Трощинские, Локтев и Парус и перенесли тела погибших товарищей.

– А ваш Геша жив? – вернувшись к капитанам и Водолею, спросил Локтев. – Кедровкой обещал в субботу угостить.

– Не знаю, – Стрельцов-один пожал плечами. – Наш где-то потерялся. Вместе с машиной. А ваш?

– Такое дело, – второй Стрельцов вдруг замялся и взял первого под локоть: – Должен тебе кое-что сказать. Это касается семьи. Твоей семьи.

«Старый» капитан заметно напрягся. Видимо, понял, что ничего хорошего не услышит. Водолей догадался, о чем собирается поведать дубль своему «исходнику». Парус говорил, что семья капитана погибла. Видимо, эту весть и хотел донести Стрельцов-два до «первоисточника».

Слышать еще и это было выше душевных сил Водолея. Он выразительно посмотрел на Локтева и направился к Трощинским и Парусу. Старший лейтенант двинулся за ним.

– Алло, стрелки, вы живы? – Из-за ближайшей груды металла, в прошлом небольшого автобуса, выглянул Павел. – Чего вы тут застряли? Тучи не видите?! Ого, как вас много! Почкуетесь?

– Отставить юмор, – приказал Локтев. – Беда у нас.

– У всех беда, – Павел повертел головой. – Какого черта вы стрельбу устроили? Весь народ распугали.

– Мазаю спасибо скажи. Хоть и далеко отсюда этот сукин сын, а дело его живет и побеждает. Мы чуть самих себя не угробили.

– Вижу, – Павел приблизился и с любопытством посмотрел на Трощинских, а потом на Стрельцовых. – Странная встреча. Особенно учитывая обстоятельства.

Он перевел взгляд на Водолея.

– Тоже так думаю, – сказал Володя.

– А я думаю, по нынешним временам нормальная встреча, – возразил Локтев. – Сегодня, наоборот, странно будет, если что-то как обычно пойдет. Могу на литряк поспорить, что на всех рулетках сегодня сплошные «зеро» выпадают, к финишам все ноздря в ноздрю приходят, а в «блэк-джек» у всех «очко».

– Не думаю, – сказал Трощинский-один.

– Если б все так было, не хоронили бы никого сейчас в автобусе, – закончил его мысль Трощинский-два.

– Как скажете, – Локтев махнул рукой. – Литряка все равно ни у кого нет.

– Восемь жидких унций устроит? – Павел вынул из-за пазухи небольшую плоскую фляжку.

– Только все не проглоти, как обычно, – предупредил Трощинский-первый.

– Не один, – добавил второй.

– Спелись все-таки, – Локтев усмехнулся. – Глотну культурно, не бздите, Тролли.

– Тучи… – напомнил Павел. – «Цигель ай лю-лю!» Что там наши два капитана зависли?

– Не лезь к ним, – сказал Локтев. – Пусть переговорят. Успеем.

– Полчаса у нас от силы. А еще надо народ собрать.

– Ну, так иди, собирай! Ты ж у нас главный агитатор. Или чего, тебе, как наперсточнику, подставные нужны?

– В точку, лейтенант, – Павел отнял у Локтева фляжку. – Идем. И остальные господа офицеры, прошу за мной. Володя…

– Я к метро пойду, – решил Водолей. – Оттуда на тебя народ погоню.

– Отлично. – Павлу явно не понравилось, что Водолей опять сам придумал себе миссию, но вида он не подал. – Идете?

Он обернулся к Трощинским. Те синхронно кивнули.

– А лейтенант… э-э… Парус?

Парус, повесив голову, стоял перед «саркофагом», спиной к товарищам, и не реагировал даже на свою фамилию.

– Он позже подтянется, – решил вместо Паруса Локтев. – С капитанами придет.

– Лады, идем! – Павел все-таки нашел повод оставить за собой последнее слово. Уже на ходу он обернулся в сторону Водолея и прицелился в него пальцем: – Володя, помни про тучи. Полчаса тебе, не больше. Не уложишься – бросай все и беги к нам.

Водолей не стал ничего отвечать. Только махнул рукой.

«Пусть последнее слово останется за Павлом. А иначе он не успокоится и потратит еще несколько драгоценных минут на это глупое самоутверждение. Лидер хренов».

Миссия Водолея чуть не сорвалась, едва начавшись. Когда он добрался до ближайшего входа в метро, тучи окончательно затянули небо и начали сгущаться, с каждой минутой проседая все ниже. Молнии проскакивали пока мелкие и нечасто, но громыхало от души. И ветер усилился. А поскольку Володя шел теперь против ветра, этот факт существенно замедлил его продвижение.

С другой стороны, ухудшение погоды сыграло Водолею на руку. Народ сам, без его агитации, устремился в сторону нового митинга. Почему не обратно в метро? Это Володя понял чуть позже, когда из коротких реплик попавшихся навстречу людей выяснил, что у народа есть три причины двигаться в сторону митингующих. Первая – по ветру. Вторая была гораздо серьезнее – в метро появилась вода. Пока лишь на путях, между обесточенными рельсами, и прибывала она медленно, однако даже самым ярым оптимистам сразу стало понятно, что метро теперь не укрытие, а ловушка. И, наконец, третьей причиной стала неистребимая надежда на чудо. Слухи о том, что организаторы митинга имеют план, а главное – возможности эвакуации, разлетелись по толпе со скоростью пули.