Повелитель сумерек - Бертрис Смолл

Это письмо было доставлено госпоже Шифре, когда та сидела перед зеркалом, а любимая служанка расчесывала ее темно-золотые волосы. Шифра взяла письмо в руки и с удивлением увидела на этом сложенном листке пергамента печать Вилии.

— Чего она может хотеть от нас? — подумала она вслух, потом сломала восковую печать, развернула письмо и прочла его медленно и внимательно. Дочитав, Шифра вызвала другую служанку и приказала ей: — Иди и скажи моему господину императору, что я должна как можно скорее поговорить с ним.

— Да, госпожа, — ответила служанка и быстро вышла из комнаты.

— Вотри мне в волосы немного масла лилии, — велела Шифра Тании, которая снова принялась расчесывать ее волосы. — Ты знаешь, как он любит этот запах.

— А! Вы чего-то от него хотите, — догадалась Тания.

— Не просто чего-то. Госпожа Вилия выходит замуж за господина Иону. Она пишет мне, что император в качестве подарка сам устраивает их свадебный праздник, и просит, чтобы я помогла ей спланировать свадьбу.

— Конечно, он должен был предложить себя как устроителя для такой свадьбы. Это умный шаг с его стороны, — сказала Тания.

— Почему? — полюбопытствовала Шифра.

— Потому что народ посчитает это великодушием и щедростью.

— Устроить свадьбу своей бывшей жены со своим же бывшим рабом — великодушие и щедрость? — не поняла Шифра. — Разве эта госпожа не получает мужа ниже происхождением, чем она сама? Мне говорили, что ее семья — старинная и гордая.

— Она действительно такая, госпожа, — подтвердила Тания. — Но у Ионы почти такая же хорошая родословная, и то, что он десять лет служил в этом доме в качестве раба, не уменьшает его знатности. Его отцом был известный Доблестный Рыцарь, а его мать — хозяйка Дома удовольствий. Даже ходят слухи, что, когда госпожа Джиллиан выйдет в отставку, мать Ионы, госпожа Фара, будет избрана Старшей госпожой гильдии женщин для удовольствий. Кроме того, она родственница сквайра Дараха.

— Откуда ты знаешь все это? — удивилась Шифра.

— Когда Иона оказался в доме Просперо, он в одну из очень редких минут слабости рассказал мне об этом, а потом заставил поклясться, что я буду хранить его слова в тайне. Поскольку знание этой тайны не причиняло вреда моему господину Гаю, я поклялась. Я уже тогда видела, что Иона вернет себе свободу и когда-нибудь станет большим человеком. Так и случилось. Эта свадьба — умный поступок с его стороны, потому что сделает его родственником нескольких очень знатных семей.

— Это не сделает его опасным для моего дорогого господина? — догадливо спросила Шифра.

Тания вздрогнула и ответила:

— Я никогда не сомневалась в верности Ионы. Император тоже никогда не сомневался в ней, моя госпожа и повелительница. Вы тоже не должны сомневаться, — предостерегла она.

В этот момент в комнату Шифры вошел Гай Просперо. Как только он взглянул на Шифру, его глаза заблестели, а лицо просияло.

— Моя дорогая! — позвал он.

Шифра немедленно пришла в его объятия и подставила ему губы для поцелуя. Он поцеловал ее и, наморщив нос, жадно втянул ее запах.

— Лилии! Ты пахнешь лилиями, моя дорогая. Когда ты позвала меня, я сразу же ушел с заседания Совета, потому что выполнить любое твое желание для меня удовольствие.

Шифра усадила императора на широкий диван, сама села рядом.

— Я получила письмо от госпожи Вилии. Она пишет, что ты дал свое согласие на ее брак с господином Ионой.

— Дал, — подтвердил Гай Просперо, — и узнал о моем дорогом Ионе кое-что поразительное. — Затем император стал пересказывать Шифре то, что узнал о своем советнике.

Шифра, слушая его, притворялась, что поражена.

— Я всегда подозревал, что он не простого происхождения. Иона никогда не был похож на простого хетарианца.

— Мы должны обдумать подготовку к их свадьбе, — сказала Шифра.

— Конечно должны! — горячо согласился император. — Разве это не великолепно, моя дорогая? Мы вместе будем хозяевами на этом празднестве.

— Нет, — заявила Шифра, — я не смогу быть на нем хозяйкой.

Тания открыла рот, готовясь ахнуть, но тут же подавила свой порыв. Что случилось с этой глупой девчонкой? Почему она бросает вызов Гаю Просперо и мешает его грандиозному замыслу показать себя самым добросердечным и терпимым правителем?

— Нет? — удивленно повторил император. — Почему ты отказываешь мне, Шифра? Ты никогда ни в чем мне не отказывала, дорогая. В чем же дело теперь?

— Мой господин, ты женился на мне в тот самый день, когда было закончено законное оформление твоего развода с Вилией. Наша свадьба была тихой и скромной, но я была счастлива уже от одного того, что стала твоей женой. Но, мой господин, я еще не коронована как императрица. А разве ты не обещал мне это? Как мы сможем оказать должный почет господину Ионе, который так верно служил тебе все эти годы, и госпоже Вилии, которая тоже преданно тебе служила и родила детей, если я буду стоять с тобой рядом только как твоя жена, а не как императрица Хетара?

При этих словах своей хозяйки Тания широко раскрыла рот от изумления, но сразу же закрыла его и перевела взгляд на Гая Просперо.

Император помолчал, усваивая слова Шифры. А потом сказал:

— Ты права, моя дорогая! Перед тем как Иона и Вилия поженятся, ты должна быть коронована. После этого мы устроим праздник в честь их свадьбы уже как верховные правители Хетара. Все будут считать, что оказать такую честь ему и ей — невероятное благородство с нашей стороны. — Он вскочил со своего места рядом с Шифрой. — Я сейчас же пойду готовить твою коронацию!

— Еще я хочу, чтобы госпожа Вилия прислуживала мне во время коронации! — промурлыкала Шифра. — Пусть несет за мной шлейф, а потом служит подставкой для моих ног, а Иона — для твоих, когда мы вместе сядем на трон в коронах перед нашим народом.

Гай Просперо повернулся к ней и улыбнулся во все лицо:

— Какое прекрасное зрелище ты придумала, дорогая! Я не мог выбрать ни одну из своих прежних жен императрицей. Они не были достойны этой чести, поскольку не обладали твоей величавой осанкой и дальновидностью, — похвалил он Шифру и ушел.

Оставшись одна, она довольно улыбнулась.

Вилия же при шла в ярость, когда узнала, почему отложена ее свадьба.

— Как она смеет! — Она почти орала на Иону.

Советник быстро шагнул вперед и закрыл ей рот ладонью.

— Не кричи о своих чувствах перед всеми, — предостерег он Вилию. — Я постараюсь смягчить этот удар. Но если император желает короновать свою жену как императрицу до того, как устроит нашу свадьбу, ему нельзя мешать.

Вилия оторвала его ладонь от губ и прошипела:

— Я не буду скамейкой под ее ногами. Я буду нести шлейф этой маленькой сучки и улыбаться во весь рот всем, кто будет это видеть. Но служить скамейкой для ног — это уж слишком.