Уютная академия - Катерина Полянская

— Постой, ты пoднималась с ним в воздух?!

— Ну да, — скрывать обиду в голосе не получалось. — Сначала мы тренировались в комнате, но там не развернуться. Поэтому как только у меня стало нормально получаться, Ленте предложил открыть окно и сделать несколько кругов у общежития. И знаешь что? Это былo невероятно!

Отпустив мою руку, Сандер привалился плечом к каменной стене.

Мы стояли у замка.

— Если честно, я удивлен, что ты все еще жива, — пробормотал oн. — И даже не лежишь у целителей со сломанной шеей.

Я возмущенно фыркнула.

Не знаю, куда бы завел этот разговор, так что третье действующее лицо появилось весьма кстати. И четвертое тоже.

Сначала мимо пронесся смутно знакомый парень. Так быстро, что я не успела понять, где его видела.

За ним почти бежала Надя в одном легком платье.

— Постой! Я ничего не делала, это недоразумение! Да подожди же, я все объясню!

— Я видел твое настоящее отражение, — бросил ей парень. Тот самый, с которым она танцевала на балу. Я его вспомнила. Кажется, у него паршивая репутация. — По иллюзиям тебе отлично. Ах да, забыл, у уютниц же нет такого предмета…

Простить эту предательницу с невинным личиком я пока была не готова, но даже мне захотелось поколотить мерзавца.

— Дейх…

— Исчезни. Я не встречаюсь с кикиморами.

— Отражение было не настоящее!

Не просто поколотить.

Но поклонника Нади уже и след простыл.

Сама она ещё горше заплакала.

— Я же говорил, с этим куском… кхм, не стоит связываться, — заметил мне на ухо Сандер.

Вместо ответа я тихонько вздохнула.

Добренькой части меня было жаль Надю, но… разрушить эту порчу легко. И пока моя несостоявшаяся подруга не на верном пути.

Не знаю, как она нас заметила. Прошла еще несколько шагов… и уткнулась взглядом. Ойкнула. И чуть дрогнувшим голоском произнесла:

— Анья… ты знаешь, что завтра после занятий у вас встреча насчет конкурса? Будут вторые задания давать.

— Теперь знаю, — кивнула равнодушно.

Она тоже кивнула.

И ушла, утирая слезы и стараясь не всхлипывать.

— Моя коварная ведьмочка довольна? — спросил Сандер, когда она уже не могла нас слышать, и слегка потерся подбородком о мое ухо.

— Буду, когда все закончится.

Ей всего-то надо осознать свою вину и извиниться.

Это просто и совсем не больно.

Верность свою Сандер доказал, и утром в мою дверь не ломилась толпа магов. Он не выдал Ленте. Ну и меня заодно. Зато за прошедший вечер трижды прислал сообщение с вопросом, все ли у меня в порядке. И утро началось с него же. Это заставляло улыбаться, но и немного бесило.

Как честная ведьма, я еще вчера призналась Ленте, что Сандер теперь в курсе его существования. Реагировал призрак в своем стиле, то есть непредсказуемо:

— Отлично, я думаю, мы подружимся!

Мне бы его оптимизм.

— Пока он настроен сдать тебя какой-нибудь службе отлова пакостных призраков, — внесла ясность я.

— Но это пока, — не растерял самоуверенности Ленте.

Вот бы так.

Больше свои доводы Сандер не повторял, но после занятий вручил мне книгу о привидениях. Писалась она явно боевым магом и для боевых магов, так как основную ее часть составляли способы отлова, заключения и уничтожения. Даже кое-что об упокоении было. Но закладка торчала на главе, растолковывающей, почему призраки опасны.

О, там упоминалось описание минимум трех случаев, когда наивные дурочки вроде меня пытались с ними дружить и доверяли, а в итоге заканчивали плохо.

Намек я поняла.

Однако отношения к Ленте не поменяла.

Да что там, мы вместе читали эту главу. И дух сознательно кивал. Мол, правда было. Еще и смачных подробностей мог местами вставить. А что, он тоже когда-то учился этому! Углубленно.

Встреча, на которой нам должны были выдать задания для вторых испытаний, была назначена на шесть.

— Как думаешь, что зададут? — Не договариваясь, мы с Ви вышли в одно время.

Ну и хорошо, бояться вдвоем не так нервно.

— Я последний человек, кто может строить предположения. — Прискорбно признавать, но в части магии я все еще была на десятки шагов позади всех других участниц.

Но несколько из них уже выбыло, а я все еще барахтаюсь.

О том же думала и Вибекка, как выяснилось:

— Престижно, что ты участвуешь. — Она слегка пожала мою руку в варежке. — Об этом сделают пометку в твоем дипломе. И кaк далеко ты прошла.

— Отлично.

Она до неприличия напоминала меня прежнюю. В том смысле, что довольно много думала о дипломах, заданиях и всяких полезных для будущей карьеры знаках отличия. Но ей самое время, все-таки выпускной курс.

— Слушай, это не мое дело, но… я все-таки беспокоюсь. Это правда, что Рахелла говорит? — К сожалению, Ви думала не только о достижениях.

— А что она говорит? — Знать мне совсем не хотелось, но деваться некуда.

— Что вы с Сандером… Ну, что вы встречаетесь по ночам и… — Она запнулась и принялась кусать губы.

Я же поскользнулась на покрытой корочкой льда луже и точно бы упала, не поймай меня Ви. Так мы чуть вдвоем не рухнули, чудом устояли.

— Рахелла совсем свихнулась от ревности, — как можно спокойнее сообщила я.

— От ревности? — Ви удивленно моргнула.

Пришлось рассказать ей про сообщения и расплавившийся телефон. И я не стану возражать, если эта ценнейшая информация уйдет дальше. Пусть Рахелла лучше будет занята своей репутацией, чем моей.

Главная неприятность же заключалась в том, что завтра у нас пара и тренировка у Теблосса, и если сплетни дошли до него… Пф-ф, даже думать не хочется!

Вопреки этому своему нежеланию, именно о последствиях со стороны боевого декана я и размышляла всю оставшуюся дорогу до медитационнoго зала.

Тиффи в строгом костюме лавандового цвета выглядела потрясающе. И… мне показалось, или ее фиолетовая заколка в форме остроконечной шляпы точь-в-точь похожа на мою?

— Звание главной закoнодательницы мод тебе обеспечено, — показалось не только мне.

— Случайно вышло, — пробормoтала нервно.

Заколку я купила в одном магазинчике во время нашей с Сандером прогулки. Точнее, я заметила, а он мне ее купил. Потом оказалось, чтo носить ее удобнее, чем полноценную шляпу. Сапоги опять же подарил Сандер. Что поделать, если у него такой вот странный способ ухаживать. Моя идея только форма, да и то исключительно потому, что придумывать нечто более серьезное времени не было.