Лейна. Вернуться домой - Елена Петрова

Вошедшие на кухню мужчины позволили мне воочию пронаблюдать сцену из «Ревизора», поскольку собравшиеся вокруг стола иномирные гости буквально застыли на полувздохе.

— Привет, пап, дядя Коля, — безмятежно поздоровалась я. — Пиццу будете?

— Нам бы чаю, доча, — спокойно отозвался отец, ласковой акулой улыбнувшись гостям. — И познакомиться…

Дарин мельком скользнул взглядом по отцу и буквально прикипел к дяде Коле. Потом недоуменно, как-то обиженно моргнул и уточнил:

— Это как?!

— А ты что, думал, только те, кто Даром владеет, умеют мысли закрывать? — хмыкнул Озерский, довольный, словно нагадивший в тапки кот.

— Но…

— Сила воли и тренированный разум, — спокойно пояснил папин друг. Подумал секунду и добродушно добавил: — Ну и какую-нибудь картинку на первый план выдвинуть.

— И вовсе не обязательно было думать обо мне такие пакости! — возмутился Дарин.

Дядя Коля насмешливо вздернул бровь, намекая, что вовсе не обязательно было лезть к нему в голову, чтобы на эти самые пакости любоваться, а остальные Творцы, то ли более воспитанные, то ли более мудрые, перевели на меня вопросительный взгляд. Я едва заметно покачала головой. К счастью, вняли и сами проверять, что же там такого интересного «показывают», не полезли.

— Что ж, рад, что вы говорите по-русски и нам не придется пользоваться услугами переводчика. А то некоторым почти неделя потребовалась, чтобы язык выучить. — Папа скосил насмешливый взгляд на нахохлившегося рыжего.

— У меня доступа к Потокам не было! — возмутился Вентер. — И вообще… Они-то знали, куда идут.

— Доча, чай… — тихонько напомнил мне отец.

— Ага, и познакомить, — хмыкнула я. — Уважаемые гости, позвольте представить вам моего отца, Владимира Петрова, и его друга, Николая Озерского. Папа, дядя Коля, джентльмен, с которым вы так мило общались пару минут назад, — Творец Фантира, Дарин дер Найрен, Тиллиринель дер Альтер, точнее, теперь уже Д’Орсвит, — Творец Лареллы, рядом ее двоюродный правнук и мой друг Харон дер Альтер. Тот мрачный тип возле холодильника — Трион Д’Орсвит из Старшего дома Шаррен, темный эльф, кстати. И Кэртен дер Сэннет, мой жених. С рыжим вы и так знакомы.

При упоминании о темных эльфах папа бросил на Триона сумрачный взгляд, но от комментариев воздержался. Пожалуй, мне все же не стоило объяснять, по какой причине я так поспешно удирала с Лареллы на Эдем.

— Они о нас знают? — перевел на меня свое недовольное внимание Дарин.

— Конечно, — даже удивилась я. — Вы же не думали, что я своим родным правды не скажу?

— Вот как, — отозвался Творец. Лицо он держал отлично, но что-то подсказывало, что своими «откровениями» я умудрилась поломать ему какие-то планы. А вот нечего! Я, конечно, признательна за помощь и советы, но это вовсе не значит, что Земля теперь плавно перейдет в цепкие ручки древнего Демиурга. Обещал договариваться? Вот пусть и договаривается!

Ласково улыбнувшись Дарину, молча поставила на стол чайник со свежей заваркой, чашки и разлила напиток. Папе — с лимоном и без сахара, как он любит, а дяде Коле — крепкий и сладкий.

— Спасибо, дочка, — хмыкнул отец. — Вы, молодежь, пошли бы прогулялись да поболтали о своем. А мы тут познакомимся поближе…

Я едва слышно вздохнула и поморщилась. Все же стремление отца убрать из «опасной зоны» своих детей иногда очень некстати. Но не ругаться же с ним у всех на виду? А ведь сейчас тут самое интересное начинается. Да и оставлять их в компании Дарина и Тиль без защиты…

Я мгновение поколебалась и вопросительно глянула на дядю Колю. На него-то, в конце концов, родительские инстинкты не давят. Тот едва заметно кивнул, подтверждая слова отца. Я вздохнула, но спорить и возмущаться все же не стала. Не стоит сейчас подрывать авторитет «Главы Рода Петровых». Кивнув друзьям, ухватила пару коробок пиццы из нетронутой стопки и отправилась в свою комнату Вентер замер на пару секунд, а потом бесшумно поднялся и двинулся вслед за нами.

— Трион, — тихо окликнула Тиль. — Останься…

Ну и отлично. Не хватало мне только очередного витка скандала. Пусть уж лучше наследник на переговорах сидит, а то я сейчас слишком зла и разочарована, чтобы общаться с ним вежливо. Могу и сорваться.

— М-да, — окинул мою комнату скептическим взглядом Харон. — Это даже не покои в общежитии Творцов.

— И что, интересно, тебе не нравится?! — возмутилась я, сгружая коробки с провиантом на компьютерный стол.

— Да я просто представил, как вы с Малышом пытаетесь умоститься на этом ложе, — съехидничал мой друг.

Я, недоуменно моргнув, окинула взглядом обычную полуторную кровать и мысленно примерила на нее своего сэльфинга. Воображаемый Малыш бросил на меня взгляд раненой лани и крайне осторожно поставил передние лапы на постель. Недоверчиво надавил, словно опасаясь, что кровать под ним сложится, как карточный домик, и с тяжким вздохом залез на подозрительно поскрипывающее ложе, аккуратно свернувшись в компактный клубок. Для меня там места уже не оставалось. Взгляд невольно опустился на пушистый прикроватный коврик. М-да, как-то я этот момент не продумала…

Харон, не стесняясь, считал мои поверхностные мысли и мерзко хихикнул. Я укоризненно покосилась на вредного приятеля и возмущенно фыркнула. Два года не виделись, а они ничуть не изменились — лишь бы поприкалываться над бедной девушкой. Хотя для ребят-то прошла всего пара дней, пока они меня по окрестностям разыскивали.

— Кэри, ты чего замер? Тоже пытаешься сообразить, как мы с Малышом здесь разместимся? — окликнула я глубоко задумавшегося Творца Жизни.

— Нет, я не об этом… — отмер тот. — Знаешь, я как-то не так представлял себе знакомство с родителями невесты.

— A-а, вот оно что. Нашел о чем переживать, — усмехнулась я.

— Ага, — поддержал меня Харон. — Какая невеста, такое и знакомство!

— Будешь говорить гадости, слабительного в чай подолью, — ласково пообещала я разошедшемуся приятелю. — Вместе со снотворным!

Харон поперхнулся, а впечатлившийся не меньше него Кэртен ухмыльнулся и пояснил:

— Не стоит. Просто мы рады, что ты все-таки нашлась и с тобой все хорошо. Но некоторые… индивидуумы не умеют показывать свои чувства.

— Я вам не мешаю? — флегматично поинтересовался застывший в дверном проеме Вентер. — А то могу и прогуляться, пока вы тут друг другу в любви признаетесь.

— А ты вообще бы помалкивал, — отрезал Харон. — Ты хоть понимаешь, куда влез? И чем это может для тебя закончиться?

— Я, в отличие от тебя, здесь два года прожил, так что разбираюсь в происходящем, пожалуй, получше некоторых, — пожал плечами рыжий, проходя в комнату и спокойно усаживаясь на расположенное рядом с компьютерным столом вертящееся кресло.

Мои друзья переглянулись и как-то очень нехорошо прищурились. Вот же рыжая гадость! Надо же было ему так не вовремя влезть со своими ехидными комментариями. И как мне его теперь ребятам в команду сватать, если они его сейчас на дюжину маленьких рыжих ковриков готовы порвать? Вот дали же боги характер! А вкупе с неумением вовремя заткнуться смесь получилась такая, что нитроглицерин нервно курит в сторонке.