Кубок лунника - Анна Клименко

– Ну да, – лунница удивленно моргнула, – граф Рутто.Все чувствуют его присутствие в вас.

– Только этого мне не хватало, – растерянно буркнула Малика, – так кто у вас Верховный лорд?

– Лорд Сильван, – выдохнула Марисия и поднялась из-за стола, – уезжайте, госпожа Вейн.Это только для вашего же блага. Вряд ли вы нам поможете…

– Ошибаешься, душенька, – Малика через силу улыбнулась, – именно я могу вам помочь, поскольку никому не давала никакой клятвы верности. В этом есть свои плюсы, не так ли? Так что… Давай договоримся, Марисия. Ты отнесешь письмо Дэйнору Сильвану, а я, так и быть, не буду упоминать в разговоре твое имя.

* * *

Ни к одному из свиданий Малика Вейн не готовилась с таким старанием. Она приняла ванну с маслом бергамота, заставила Марисию расчесать волосы и заплести их в косы, которые затем собрала и уложила на манер короны. Она переоделась в лучшее белье и лучшее платье из тех, что привезла, накрасила губы блестящей помадой и хотела надушиться, но вовремя передумала, вспомнив о предпочтениях Дэйнора Сильвана. Уж ему-то, если, конечно, он не врал бессовестно на том памятном балу, никакие духи не нужны. Под конец она мрачно уставилась в зеркало, подумав, что не стоит даже пытаться делать неотразимым то, что таковым никогда не было и не будет.

– И как я выгляжу? – на всякий случай спросила она у Марисии.

– Вы очаровательны, госпожа Вейн, – девушка присела в шутливом реверансе.

– Иного ответа я и не ожидала, – вздохнула ведьма, – ну, пожелай мне удачи.

– В чем, госпожа Вейн?

Малика развела руками.

– Конечно, в соблазнении Дэйнора Сильвана. Всем ведь давно известно, что я собираюсь женить его на себе, чтобы потом завладеть состоянием! Ведьмы, знаешь ли, живут долго, и кто знает – а вдруг я переживу своего супруга?

Лунница непонимающе захлопала пушистыми ресницами, а Малика, махнув рукой, двинулась к выходу, стараясь изо всех сил, чтобы руки не дрожали мелкой дрожью.

Потому что предстоящее свидание должно было прояснить кое-что в Ловеннской истории. Малика еще не придумала, как будет докапываться до истины, но уже уверилась в том, что обыскать дом Сильванов и ознакомиться с хранящимися там бумагами ей придется.Осталось решить один простой вопрос – как она это сделает.

«Но ты бы сделал это для меня, так ведь?» – мысленно спросила она Марио.

Ответа не было, но ведьма знала, что Марио бы разнес этот поганый городишко по бревнам, окажись Малика на его месте.

Кроме того, Малика не отказалась бы выяснить и то, почему раньше в Ловенне было много изумрудов, а потом их поток внезапно прекратился. Обрушились своды шахты? Поменялся владелец? Одним словом, чутье ведьмы подсказывало Малике, что изумруды как-то связаны с последними убийствами и появлением сбесившегося лунника. Только вот… Как? Что за таинственный кукловод дергал и продолжает дергать за ниточки спокойной и вальяжной Ловенны, заставляя ее содрогаться в агонии?

…Дэйнор встретил ее на пороге, блестящий и изменчивый как лунный блик на водной глади. Серебристо-серый сюртук чудо как шел к его светлым глазам и волосам, собранным сзади в пучок. Малика вновь с замиранием сердца подумала о том, как все-таки красив этот лунник, и тут же испугалась собственных мыслей. Нет, довольно с нее детей луны. И, в конце концов, она здесь только для того, чтобы вырвать у судьбы возможность перебрать деловые бумаги Сильвана-младшего.

– Вы неотразимы, госпожа Вейн, – промурлыкал Дэйнор, галантно целуя ей руку.

– Также как и вы, граф Сильван, – не осталась в долгу Малика, – надеюсь, я не помешала вашим планам, прислав девушку с предложением поужинать именно сегодня?

Дэйнор спрятал самодовольную улыбку.

– Даже если бы я был занят, то непременно отложил бы любое занятие, госпожа Вейн. Дела подождут, а наши жизни слишком быстротечны и хрупки, чтобы пренебрегать отпущенным на удовольствия временем.

Он подал ей руку, быстро потянул носом.

– Мне нравится запах бергамота на вашей коже, госпожа Вейн.

– А мне нравится ваша сорочка, граф Сильван. Белый цвет вам к лицу.

И, обменявшись этими воистину светскими комплиментами, они двинулись к парадному входу в дом семьи Сильван, который оказался настолько хорош, что, пожалуй, даже император не отказался бы от такого милого загородного имения.

Также, как и во дворце Рутто, здесь повсюду было дерево, по большей части покрытое позолотой. Деревянные барельефы на стенах изображали различные сцены из жизни детей Ночной Странницы, зоркий глаз Малики даже выхватил из всеобщего великолепия занятную сценку охоты лунника на людей. Слуг не было видно, но обострившееся восприятие ведьмы подсказывало, что они отнюдь не одиноки во дворце: Малика чувствовала слабые, осторожные касания чужой силы, которые напомнили ей тот миг, когда Альвен Рутто соизволил показать ей своих воспитанников. Тогда, в Блюменсе…

Малика тряхнула головой и усилием воли выбросила из головы все мысли, относящиеся к фамилии Рутто. Затем она приветливо улыбнулась Дэйнору, еще раз подумала о том, как он красив и как, должно быть, силен, если принять во внимание рост и ширину плеч. Наверняка Дэйнору в зверином обличье ничего не стоило размозжить человеку голову.

Между тем они шли сквозь анфиладу светлых комнат, наполненных розовым закатным светом, но в какой-то миг ведьме стало казаться, что невидимая сила, почти не беспокоившая ее поначалу, стала настойчивее. Билась как оса по стеклу, пытаясь добраться до мыслей.

«Любопытно», – Малика усмехнулась про себя и с удвоенным усердием принялась восхищаться Дэйнором. Кто бы там не пытался подглядывать в ее сознание, пусть увидит только то, что ведьма увлечена лунником с серебристыми волосами. Потом она ойкнула и едва не упала, но Дэйнор ловко поддержал ее, обняв за талию. Малика, ничуть не смутившись, обхватила его руками за шею.

– Что с вами, моя дорогая? – лунник чуть отстранился, внимательно вглядываясь в лицо ведьме, – мы еще не приступили к ужину, вам не кажется?

– Нога, – жалобно мяукнула ведьма, – кажется, я подвернула ногу. Простите.

Она прижалась щекой к твердой как камень груди Дэйнора, услышала как размеренно и очень спокойно бьется его сердце.

– Только женщинам свойственно подвернуть ногу на ровном месте, – проворчал лунник, – что ж, если позволите, я вас донесу до столовой, и там мы осмотрим ваш вывих.

– Мне кажется, что все не столь печально, – заторопилась Малика, – если вы не против, я бы присела во-он в то кресло… Ведь несколько минут промедления только подстегнут аппетит, не правда ли?

Лунник пробурчал что-то неразборчивое, затем легко подхватил Малику на руки и усадил ее в кресло. Ведьма вытянула свою якобы поврежденную ногу и с улыбкой посмотрела на него.

– Вы так милы и учтивы. Вот как нужно завоевывать сердца дам, Дэйнор. А вовсе не так, как вы проделывали это на балу в доме Брая Рутто.