Здесь вам не причинят никакого вреда - Игорь Мытько

Георг сердито скрипнул койкой.

– А пришел я, курсант Мари, чтобы сообщить – в сегодняшней операции ты не участвуешь! Будешь сидеть здесь, пока…

– Мари! – донесся из-за двери голос лейтенанта О. – Нам пора на операцию. Секретную. Ты уже одета?

Жанна потерла руки.

– Мари уже даже не одна! – радостно крикнула она. – И у нее в постели мужчина!

– Что ты врешь?! – разом воскликнули Мари и Георг.

– Чистую правду, – парировала подлая Командирша.

Вошел О. с удивленно вытаращенным носом.

– А, – сказал он, – ты про такого мужчину… Жанна, а ты почему не на посту?

– Я на посту.

– Пост возле Древка…

– Древко вот. Я его теперь с собой ношу. Так гораздо удобней.

– Но по уставу…

– Я устав знаю. «Часовой на Посту № 1 должен находиться в непосредственной близости от Боевого Древка Школы, – процитировала Жанна, – и защищать его всеми доступными способами».

Командирша продемонстрировала несколько доступных ей способов. Лейтенант отступил на длину вытянутого древка плюс длина лейтенантского носа.

– Вы закончили? – кисло поинтересовался Георг. – Поразительно. Пойдемте, лейтенант, пора планировать операцию.

– А Мари?

– А курсант Мари, грубо нарушившая мой предыдущий приказ, остается здесь! – отрезал старший инспектор. – Это приказ!

Повтор слова «приказ» произвел странное действие. Жанна хохотнула. Мари потупилась. Лейтенант О. с сомнением понюхал свой рукав.

– А почему вы думаете, – спросил он, – что ваш новый приказ чем-то лучше предыдущего?

Тут Георг наконец взорвался. Он сообщил все, что думает о безмозглых котятах, которые не слушают старших по званию и влезают в такие неприятности, что старшим по званию приходится рисковать здоровьем, которое у них не железное, трепать нервы, которые не стальные, и тратить личное время, которое не резиновое. Уже не говоря о звании старших по званию, которое из-за самовольных глупостей младших по званию держится на последней пуговице!

Лейтенанта это заинтересовало. Посопев и задав несколько уточняющих вопросов, он пришел к логичному выводу: единственный приказ, который может удержать Мари от влезания в неприятности, – это приказ Жанне удержать Мари.

Георг оглядел Жанну, потом Древко, потом Мари, и перестал орать.

– Ладно, – сказал он Командирше. – Вижу, ты девушка ответственная, поэтому привлекаю тебя к операции.

Жанна выполнила сложное упражнение с Древком. Мари размяла суставы и для разогреву несколько раз подпрыгнула.

– А чтобы некоторые не допрыгались, – Георг значительно посмотрел на Мари, – они будут сидеть у меня в офисе и выполнять функции диспетчера. А другие некоторые, – он перевел взгляд на Жанну, – будут смотреть за первыми. А то эти первые, – перевел взгляд на Мари, – так и норовят проигнорировать прямой приказ начальства и влезть в неприятности по самые пятки.

Потом перевел взгляд на лейтенанта О., и сказал:

– Что смотришь? Пошли.

План засады составляли в офисе Георга. Девушек к планированию допустили, но толку от этого было немного. Георг, лейтенант О. и командир спецназа знали каждый свое дело: командир набрасывал схему размещения бойцов, Георг молча кривил губы, О. переспрашивал непонятные детали.

На бумаге все выглядело динамично.

–Засада будет полной. Три группы бойцов, – отрывисто бросал командир (говорить плавно ему мешала спецназовская маска). – Здесь, здесь и здесь. Или здесь. Нет, лучше здесь. А эта здесь. А эта пусть там. Да, вот так хорошо.

– А как столько бойцов поместятся в детской спальне? – спросил лейтенант.

– А они еще не в курсе? – спецназовец посмотрел на Георга.

– Это большая детская спальня, – неохотно сказал тот. – Наш живчик…

– Наш смертничек, – поправил командир.

– …нацелился на внучку министра внутренних дел.

Все помолчали. Командир спецназа дал каждому подумать о своем и продолжил:

– Первая группа маскируется под кроватью, вторая прикрывает первую из-за шкафа, третья дожидается входа объекта и прикрывает первые две.

– А какая группа хватает объект? – спросила Мари.

– Четвертая? – неуверенно предположил О.

– Нет, – сказал Георг.

Командир спецназа разъяснил подробнее:

– Объект будем фиксировать с помощью титанового мешка. Лейтенант, замаскированный под ребенка, лежит на кровати, объект подходит, старший инспектор Георг нажимает кнопку, мешок падает, объект обездвиживается, все идут домой.

«Да это же план Лео! – поняла Мари. – Положить вместо ребенка полицейского. Только вместо ямы мешок. Ай да Лео. То есть ай да Георг, взял и спер чужой план».

– Домой? – неуверенно повторил лейтенант. – Это хорошо…

– Не волнуйся, – успокоил его спецназовец, – тебя будет прикрывать группа из-под кровати. Плотным огнем из всех видов оружия.

О. поежился. Ему не понравилось, чем все это пахнет.

– А давайте, – сказал он, – вооружим ваших бойцов инфраметами.

– Чем? – спросил командир спецназа.

– Ничем! – заявил Георг. – Это не оружие, а… щекоталка какая-то. Смех да и только.

– Давайте без хохмочек, – покачал головой спецназовец, – Напоминаю: операция будет проходить на квартире генерала.

Мужчины посуровели. Жанна поинтересовалась:

– А что, генерал злой?

– Нет, – ответил командир спецназа, – генерал веселый.

Георг, спецназовец и лейтенант синхронно сглотнули.

Иконостас часов на кухне разом пробил одиннадцать, без четверти одиннадцать и четверть двенадцатого.

– Пора, – уверенно сказал Георг.

Омордень толкает дверь шкафа и смотрит в детскую комнату. Кровать, на кровати под одеялом ребенок, ребенок, конечно, не спит. Часы в горошек на стене показывают три часа ночи. Уже три часа он ходит по комнатам с детьми, которых ему щедро показала тетка из школы.

И он до сих пор голоден.

Да, дети боялись. Но боялись не так, как они должны бояться. В страхе не было безнадежности, самой сладкой его составляющей. В страхе была надежда, вызывающая у него изжогу.

А когда он приступал к делу – входил, смотрел, сопел, показывал зубы, в спальнях начинала играть эта мерзкая, выворачивающая нутро музыка.

Музыка не давала сосредоточиться, не давала допугать детей до правильного состояния. И пока он вертел головой в поисках источника отвратительных звуков, дети смелели. И он уходил голодным.