Глубокий Сумрак - Евгений Гаркушев

– У меня ордер на задержание Савельева, – тоскливо проговорил Артюхов. – Из Дневного Дозора Москвы.

– Ничего себе! Из самой Москвы? А чем он провинился?

– Не знаю. Только не хотел бы я с ним один на один сталкиваться. Тем более что он и не один… Да и вообще нормальный он парень. Но ордер… А я на дежурстве. Поможешь?

– Думаешь, до драки дойдет?

– Не хотелось бы.

Иные замолчали на некоторое время, потом Бойченко вздохнул:

– Помогу, конечно. Но меня больше Астафьева интересует. Она на другом волке. Ее уже неделю ищут.

– Тоже с ордером?

– С ориентировкой. Совместная операция была, между прочим. Она пропала.

– А! Вспомнил. Я и не узнал ее. Ориентировка старая, успела глаза намозолить, вот я и расслабился.

– Получается, ваш Савельев ее похитил?

– Выходит, так. Но, похоже, не совсем похитил… Я заклятий подчинения не вижу.

Артюхов достал сигарету и закурил. Бойченко поморщился, когда его окутало облаком дыма.

– Через минуту здесь будут.

– Так ты точно поможешь? – спросил Темный. – Даже если драка начнется? Или мне самому?

– У нас же совместный патруль, я обязан. Но давай, знаешь, повежливее. Если он не захочет задерживаться, пусть едет дальше со своими волками… А мы подкрепление вызовем и проследим. Зачем нам драка?

– Не хочется против троих оборотней и Темного биться?

– Восторга от перспектив не испытываю, – честно признался Светлый.

– Да я в общем-то тоже, – отбрасывая наполовину выкуренную сигарету в сторону, проговорил Артюхов. – Хотя у меня кое-какие амулеты сильные есть. Как раз на этот случай. Вазген – руководитель продуманный.

– Тебе лишь бы начальство нахваливать. Не слышит Вазген, можешь не стараться.

– Я бы не поручился…

Волки оказались совсем рядом. Вот они, шмыгнув мимо дома, выбежали на дорогу. Попытались подняться на мост, когда Артюхов шагнул вперед.

– Стоять! Всем выйти из Сумрака! – скомандовал он.

– Да мы вроде и не в Сумраке, – ответил Макар, вглядываясь в лицо коллеги.

– Вот и отлично. Значит, не пытайся туда уходить! У меня на руках постановление Дневного Дозора о твоем задержании.

– За что? – удивился Макар.

– Приказы не обсуждаются, городовой. Ты договор подписывал? Который с маленькой буквы, на трудоустройство?

– Да.

– Тогда будь добр проследовать со мной в расположение Дневного Дозора.

– Неожиданно, – вмешалась в разговор Темных Алена. – А я?

– Вы тоже хотите в Дневной Дозор?

– Протестую, – заявил Бойченко.

– Да я шучу, – хмыкнул Артюхов. – Вы поезжайте в Ночной Дозор, если хотите. Вас там искали… Оборотни зарегистрированные?

– Да, – ответил вожак.

– Так, метки вижу… Ну, тогда можете быть свободны.

– Можем? – обратился вожак к Макару.

– Пока да. Ступайте. Где меня ждать – знаете.

Оборотни с высунутыми языками растворились в ночи. Нелегко пробежать полями двадцать километров с немалым грузом на спине. Но теперь их ждал отдых.

– Нам срочно нужно в Ростов, – сказала Алена.

– Срочно и поедем, – согласился Артюхов. – У нас бюрократии по минимуму. В моей машине?

– Есть предложение – в машине Светлого, – отозвалась девушка.

– Как скажете, – вздохнул Бойченко. – Сейчас схожу.

Через минуту он подъехал на вполне приличной «Волге». Она, конечно, выглядела не так солидно, как «Геллендваген» Артюхова, но и заметна была куда меньше.

– А след заметайте, пожалуйста, – попросил Макар. – За нами может быть погоня.

– Хорошо, – согласился Артюхов. Делить с кем-то премиальные у него желания не было. – Ты что натворил-то, городовой?

Макар задумался.

– Много всякого. Но за что меня в розыск объявили – не знаю.

Артюхов хохотнул. И правда, за кем из Темных нет темных делишек? Если им не предъявлено обвинение, это не их заслуга, а недоработка Светлых, или Инквизиции, или службы собственной безопасности, которая, похоже, заинтересовалась Макаром.

* * *

В камере для временно задержанных Ночного Дозора Ростова Макару сидеть прежде не доводилось. Да оно и неудивительно. Обычно помещение со скругленными углами и серебряной решеткой на небольшом окне под потолком предназначалось для оборотней-нарушителей, вампиров без лицензии и прочей мелкой нечисти. Или для Светлых – но тех редко удавалось поместить в тюрьму, выгораживали свои. Настоящих Темных магов сюда не прятали – это ведь не гауптвахта. Но, видно, Макар все-таки допустил где-то серьезную ошибку. Какую? Когда? Скоро будет известно…

Одна беда – и стены, и серебряная решетка экранировали любые магические действия, одновременно экранируя потоки силы. Подпитаться в камере было решительно невозможно. А магической энергии у Макара осталось очень мало. По мелочи, что удалось урывками собрать, когда ехали в Ростов.

Впрочем, тягаться с главой Дневного Дозора в офисе Дозора мог только безумец. Макар был во власти Вазгена и прекрасно это осознавал. Вопрос в том, что Вазген захочет с ним сделать, что потребует. Ясно, что убивать коллегу у него причин нет, даже если коллега и допустил серьезные ошибки. Но в чем его все-таки обвинят? В том, что он связался с Крюковым? Приручил оборотней? Проник в подземелья и помешал сильному Темному магу? Или вытащил Алену, которую вытаскивать было нельзя? Нет, ведь на розыск Алены был специально оформленный ордер! Но в Дневном Дозоре случается всякое. Службу исполняй, но помни, что за нее могут не погладить по головке.

Поразмышляв часок, Макар решил заснуть – слишком устал. Хотя перспектива подниматься среди ночи на допрос и выглядела малоприятной, всегда лучше отдохнуть, чем бороться с собой. Но ночью Савельева, как ни странно, никто не потревожил. Вазген явился сразу после официального начала рабочего дня в Дневном Дозоре – в половине девятого.

Шеф Дозора выглядел свежим и благодушным. Деловой костюм, яркий галстук, начищенные туфли… Макару даже неловко стало за свой внешний вид – одежда простая и изодранная, да еще и в угольной пыли – не до чистки было.

– Извини, что пришлось подержать тебя в камере, – с порога заявил Вазген. – Сам понимаешь – требования Москвы. Интриги!

– Я так понимаю, они продолжаются, – не очень весело ответил Макар.

– Почему ты так решил?

– Ты не вызвал меня к себе, а сам явился в камеру. Значит, выйти отсюда у меня перспективы слабые. Во всяком случае, пока.

Вазген хмыкнул.

– Соображаешь. Знак покажи.