Маленький свободный народец - Терри Пратчетт

— Табак «Весёлый капитан»? — спросила ведьма.

— Да, — сказала Тиффани.

Ведьма повела рукой снова, и снова раздался режущий ухо составной звук. Госпожа Ветровоск повернулась и посмотрела на далёкий бугорок — курган пикетов.

— Нак-мак-Фигли? Кельда? — резко спросила она.

— Э… да. Временно, — ответила Тиффани.

— Хмпф! — фыркнула госпожа Ветровоск.

Взмах. Звук.

— Сковородка?!

— Да. Только она потерялась.

— Хмм…

Взмах. Звук. Она словно извлекала прошлое из воздуха.

— Полные вёдра?

— Они ещё и ящик для дров наполнили.

Взмах. Звук.

— Ясно. Особая овечья притирка?

— Да. Отец говорит, от неё…

Взмах. Звук.

— А. Снежная страна.

Взмах. Звук.

— Королева.

Взмах. Звук.

— Битва.

Взмах. Звук.

— На море?

Взмах, звук, взмах, звук…

Госпожа Ветровоск разглядывала в воздухе картины, которые видела она одна. Госпожа Ягг плюхнулась на землю рядом с Тиффани, коротенькие ножки аж мелькнули в воздухе.

— Пробовала я «Весёлого капитана». Пахнет прямо как ногти на ногах, а?

— Да, точно! — с благодарностью подхватила Тиффани.

— А разве, чтобы стать кельдой Нак-мак-Фиглей, не надо выйти за одного из них замуж? — невинно спросила госпожа Ягг.

— Э… да, но я нашла способ, как это обойти.

Тиффани рассказала. Госпожа Ягг посмеялась. Это был такой компанейский смех — смех, от которого на душе становится легче.

Звуки и вспышки прекратились. Госпожа Ветровоск мгновение смотрела в никуда, потом сказала:

— В конце концов ты одолела Королеву. Но, думаю, тебе помогли.

— Да, мне помогли, — признала Тиффани.

— И это был?..

— Я же не лезу в ваши дела, — ответила Тиффани прежде, чем поняла, что она такое говорит.

Мисс Тик ахнула. Госпожа Ягг переводила взгляд с Тиффани на госпожу Ветровоск и обратно, словно смотрела теннисный матч. В глазах её плясали искорки.

— Тиффани, госпожа Ветровоск — самая прославленная ведьма на всём… — осуждающе начала мисс Тик, но старшая ведьма снова остановила её движением руки.

«Мне тоже нужно этому научиться», — решила Тиффани.

И тогда госпожа Ветровоск сняла свою остроконечную шляпу и поклонилась Тиффани.

— Хороший ответ, — проговорила она, выпрямившись и посмотрев Тиффани прямо в глаза. — У меня не было права спрашивать тебя. Это твоя земля, мы здесь только с твоего дозволения. Я выражаю тебе моё почтение, покуда ты в ответ проявляешь уважение ко мне.

На миг показалось, будто воздух стал ледяным и небо потемнело. Потом госпожа Ветровоск продолжила, словно мгновения бури и не было:

— Кстати, я хотела бы узнать побольше об этих существах, которые будто из теста сделаны. А твоя бабушка, похоже, была из тех людей, с кем я не прочь была бы познакомиться. — Она выпрямилась во весь рост. — Тем временем посмотрим, осталось ли что-то, чему мы можем тебя научить.

— И теперь я наконец узнаю, где искать школу ведьм? — спросила Тиффани.

Повисло молчание.

— Школу ведьм? — переспросила госпожа Ветровоск.

— Э… — сказала мисс Тик.

— Вы говорили метамфорически, да? — спросила Тиффани.

— Метамфорически? — госпожа Ягг наморщила лоб.

— Она хотела сказать «метафорически», — пробормотала мисс Тик.

— Это как сказки, — проговорила Тиффани. — Ничего. Я всё поняла. Это всё и есть школа, верно? Волшебное место. Весь мир. Эта земля. И ты не понимаешь этого, пока не приглядишься. А вы знаете, что пикеты думают, будто наш мир — это рай? Мы просто неправильно смотрим. Ведьмовству нельзя научить на уроках. Во всяком случае, на обычных уроках. Наверное, всё дело в том, как ты… остаёшься собой.

— Хорошо сказано, — похвалила госпожа Ветровоск. — Соображаешь. Но есть ещё и магия. С ней обращаться ты быстро научишься. Тут большого ума не надо, иначе волшебники нипочём бы не справились.

— И ещё тебе понадобится работа, — сказала госпожа Ягг. — Ведьмовством не зарабатывают на жизнь. Нельзя творить волшебство за деньги, понимаешь? Железное правило.

— Мне хорошо удаются сыры, — сказала Тиффани.

— Сыры, а? — сказала госпожа Ветровоск. — Хм… Да. Сыры — это хорошо. Но умеешь ли ты лечить людей? Помогать при родах? Повивальное дело — ремесло нужное, и освоить его нетрудно.

— Ну, я помогала овцам, которые трудно ягнились. И я видела, как появился на свет мой брат. Никто не позаботился меня прогнать. По-моему, ничего особо сложного. Но мне больше нравятся сыры — и делать легче, и шуму меньше.

— Сыры — это хорошо, — повторила госпожа Ветровоск, кивнув. — Сыр — он живой.

— Но в чём состоят ваши обязанности на самом деле? — спросила Тиффани.

Худая ведьма помолчала немного, прежде чем ответить:

— Мы присматриваем за тем, что происходит… на границе, на грани. Границ много, гораздо больше, чем думают люди. Между жизнью и смертью, этим миром и соседним, ночью и днём, правильным и неправильным… И их нужно охранять. Вот мы их и стережём. Мы храним суть вещей. И никогда не просим о награде. Это важно.

— Ну, то есть люди дают нам всякое. Люди бывают очень добры к ведьмам, — жизнерадостно вставила госпожа Ягг. — Когда в нашей деревне пекут хлеб, мне от булочек проходу нет. Есть множество способов ни о чём не просить, если ты меня понимаешь. Людям нравится, когда ведьмы довольны.

— Но тут, внизу, люди думают, что ведьмы — злые! — воскликнула Тиффани.

А её Задний Ум подсказал: «Помнишь, как редко матушке Болен приходилось покупать табак?»

— С ума можно сойти, к чему можно приучить людей, — сказала госпожа Ягг. — Главное, начать с малого и двигаться понемногу.

— А нам надо поторопиться, — сказала госпожа Ветровоск. — Со стороны фермы кто-то едет верхом. Густые волосы, красное лицо…

— Наверное, это отец! — воскликнула Тиффани.

— Он гонит бедную лошадь галопом, — сказала госпожа Ветровоск. — Ладно, тогда быстро. Ты хочешь учиться? Когда ты сможешь уехать из дома?

— Простите?

— Разве у вас девочки не покидают отчий дом, чтобы поработать горничными или ещё кем? — спросила госпожа Ягг.

— Ах да. Но мне для этого ещё лет мало.

— Хорошо. Тогда когда ты станешь чуть старше, чем сейчас, мисс Тик найдёт тебя, — сказала госпожа Ветровоск.