Простые волшебные вещи [= Темная сторона ] - Макс Фрай

Он неподвижно сидел на невысоком плоском камне, переливающемся всеми оттенками меда. Похоже, это была глыба настоящего янтаря. Мужчина неопределенного возраста, в просторных белых штанах и такой же просторной белой рубахе без ворота, обутый в мягкие угуландские сапожки из рыжеватой кожи. Худые длинные руки с удивительно крупными и наверняка сильными кистями аккуратно сложены на коленях. В общем, его вид показался мне довольно забавным — не то стильный пляжник, не то сумасшедший дантист, открывший свой кабинет в самом сердце какой-нибудь великой пустыни. Его лицо я сначала вообще не разглядел за длинными прядями очень светлых волос — с первого взгляда было заметно, что они жестки, как проволока. Но его внешность не имела никакого значения: я и так уже знал, с кем мне довелось встретиться в этом странном местечке. Понятия не имею, откуда — просто знал, и все!

— Сэр Лойсо Пондохва? — упавшим голосом спросил я. — Великий Магистр Ордена Водяной Вороны! Может быть, хотя бы вы сами сможете мне объяснить, почему у вашего грозного Ордена было такое дурацкое название? До сих пор никому не удавалось ответить на этот вопрос… Я так и знал, что в один прекрасный день вы обнаружитесь где-нибудь рядом со мной!

— Да? А почему ты так думал? — Кажется, незнакомец удивился довольно искренне.

— Дня не проходит, чтобы вас кто-нибудь не вспомнил в моем присутствии, — объяснил я.

— Ну и что? Мало ли… Кого только люди не вспоминают!

Я честно попытался объяснить то, что казалось мне совершенно необъяснимым.

— Я всегда неадекватно реагировал на упоминания о вас. То хохотал, как сумасшедший, то у меня резко портилось настроение… В общем, по-всякому бывало! С какой бы это стати мне так дергаться при одном звуке вашего имени, если бы не смутное, но безошибочное предчувствие?

Я сам удивился тому, как здорово мне удалось все это сформулировать. Вот уж не ожидал!

— Забавно, — кивнул незнакомец. — Я тебя не просто так расспрашиваю. Видишь ли, ясновидение — моя единственная по-настоящему слабая сторона. Это делает жизнь интересной и непредсказуемой, но иногда здорово мешает выжить… Можешь себе представить, у меня никогда в жизни не было никаких предчувствий. Я ни разу не мог предсказать, что случится в следующий момент, чем закончится то или иное событие — разве только рассчитать, но это совсем другой процесс… Поэтому мне нелегко представить себе, как именно все это происходит… Тебе повезло куда больше.

Он, наконец, откинул назад спутанные пряди волос и поднял на меня внимательные светлые глаза. Его лицо показалось мне здорово знакомым… и через несколько секунд я понял, почему. Это было мое собственное лицо. Вернее, почти мое: сэр Лойсо Пондохва выглядел в точности так, как я мечтал выглядеть когда-то в юности, в те смешные времена, когда я всерьез полагал, будто небольшая коррекция формы носа, линии подбородка и разреза глаз могут изменить жизнь к лучшему…

Открытие ошеломило меня, но потом я вдруг вспомнил недавний разговор с Джуффином. Всего три дюжины дней назад он кое-что рассказал мне об этом замечательном дяде. Собственно, сначала речь шла о Теххи: по словам Джуффина, все дети сэра Лойсо Пондохвы были «зеркалами» — существами, отражающими своего собеседника. Джуффин сказал тогда, что общение с моей Теххи смахивает на приятнейшее раздвоение личности. А потом добавил, что сам Лойсо был наилучшим из «зеркал». «Самая сокрушительная разновидность обаяния», — именно так и выразился мой шеф. Что ж, сейчас я был согласен с ним, как никогда…

Я решил пока не говорить Лойсо, что разгадал этот его трюк: пусть себе думает, что я умираю от желания нежно облобызать его сапоги. Маленький секрет мне не помешает, ни при каких обстоятельствах… Кроме того, мне вообще было не до разговоров о его физиономии. Я решил ловить за хвост свою удачу: у меня имелось столько вопросов к этому легендарному типу!

— Так вы, действительно, остались живы? Или вы все-таки умерли, и это ваша личная преисподняя? — спросил я, усаживаясь на рыжую траву.

— И то, и другое… А тебе, действительно, интересно?

— Еще бы! Не каждый день выпадает возможность узнать такую великую тайну… И потом, у меня вдруг появился шанс доподлинно выяснить, что именно мне снится. Не знаю, как с другими людьми, а со мной это происходит довольно редко.

— Ты — удивительно легкомысленное существо! — усмехнулся Лойсо. — Могу себе представить, чего ты про меня наслушался от того же Кеттарийца! Что рассказывают обо мне все остальные, я даже вообразить не решаюсь — мне просто недостает фантазии… И, тем не менее, ты спокойно усаживаешься рядом и заводишь светскую беседу! Это что, смелость? Или какая-то новая разновидность безумия, недавно вошедшая в моду в столице Соединенного Королевства?

— Скорее уж второе… Хотя, какое там! Просто от вас не пахнет опасностью. Сейчас, по крайней мере… — честно сказал я.

— Смотри-ка!.. Да, опасностью от меня сейчас не пахнет, это ты верно унюхал, — Лойсо комично развел руками. — Ничего, дело поправимое, еще запахнет когда-нибудь!

Я невольно улыбнулся. Сэр Лойсо Пондохва довольно мило копировал мои собственные жесты и интонации — в точности как его дочка, Джуффин был совершенно прав! Счастье, что шеф удосужился прочитать мне эту лекцию. В мой роман с Теххи новая информация только масла подлила — еще бы, такая милая экзотическая подробность! — зато теперь у меня хватило ума не очень-то таять под веселым взглядом ее знаменитого папочки…

Впрочем, мне все-таки грозила опасность растаять, но совсем по другой причине: здесь было чертовски жарко. И с каждой минутой становилось все жарче, что здорово подкрепляло мою идиотскую гипотезу насчет преисподней.

— Все это хорошо, но мне бы хотелось поскорее проснуться! — сказал я, вытирая пот, снова заливший лицо. — Интересно, я здесь в гостях или в плену? Скажите сразу. Потому что, если я действительно в плену, мне нужно начинать рыться в Щели между Мирами: вдруг удастся добыть вентилятор или хотя бы мороженое!

— Здесь пока что не жарко, а просто очень тепло, — мягко сказал Лойсо. — Если бы ты пробыл в этом мире подольше, ты бы понял, в чем состоит разница… А чтобы проснуться, тебе нужно просто немного спуститься по склону этого холма. От меня очень легко уйти, Макс. Особенно тебе. Можешь мне поверить, меньше всего на свете я хочу каким-то образом с тобой ссориться. В конце концов, ты мой первый гость с того дня, когда твой драгоценный Кеттариец заманил меня в эту ловушку.

— Он говорил мне, что заманил вас в некий умирающий Мир… И, по его расчетам, вы давным-давно должны были исчезнуть вместе с этим Миром. Но вы не исчезли. Или все-таки?..

— Как видишь, никто никуда не исчез. Мы с тобой сейчас как раз и находимся в этом самом «исчезающем мире». Он родился из юношеских мечтаний одной сумасшедшей бабы — между прочим, совершенно невыносимая старая сучка, уж поверь мне на слово!.. Во Вселенной много Миров, которые рождаются из чьих-нибудь грез. Как правило, они так же недолговечны, как их создатели. Когда Джуффин втащил меня сюда, эта леди как раз собиралась умирать — как нельзя более вовремя! После ее смерти этот Мир должен был исчезнуть, и я вместе с ним, все правильно! Он только одно не учел: остатков моих сил вполне хватило, чтобы сделать эту даму почти бессмертной. Сам не знаю, сколько еще она протянет, но гораздо дольше, чем привыкли жить люди. Могу себе представить, как рвут и мечут ее несчастные наследники: им-то уж точно ничего не светит!.. Самое смешное, что сама старуха понятия не имеет, почему смерть с некоторых пор воротит от нее нос. Вот уж чего она никогда не узнает, я полагаю…