Перевозчица - Наталья Бульба

– Действительно, так и получается. Вы позволите воспользоваться вашим предположением как аргументом на очередном заседании каниров?

Я только пожала плечами:

– Не думаю, что это их убедит, но почему бы не попробовать.

Первым из собора вышел Искандер с двумя телохранителями, через минуту вернулся, кивнул, разрешая нам двигаться дальше. Вряд ли здесь кангору что-либо грозило, но, видно, права была Джесс, говоря, что не стоит подходить к скайлам со своим пониманием.

Они были другими, с этим можно было только смириться.

– Я бы хотел попросить у вас прощения за действия брата, – неожиданно произнес он, когда мы, спустившись со ступенек, вышли на пустынную аллею.

– Брата? – не поняла я.

– Искандер – мой младший брат. Он не должен был начинать ритуал, не объяснив его сути.

– Это могло что-то изменить? – холодно уточнила я. Это была та тема, которую я не собиралась ни с кем обсуждать.

– Могло, – уверенно и спокойно отреагировал он. – Этот ритуал проводится не только для тех, кто может стать возлюбленным или возлюбленной. Он просто позволяет узнать, насколько жестким должен быть контроль скайла в присутствии этого человека.

– Мне кажется, ваш брат был с вами не совсем искренним, – возразила я ему, вспоминая жаркий шепот Искандера.

– Он не мог быть со мной не искренним, – все так же бесстрастно отреагировал тот на мой выпад. – Но я понимаю, о чем именно вы говорите и не нахожу для него оправдания, кроме одного. Но сейчас речь не об этом.

– А о чем же? – полюбопытствовала я, слегка сожалея, что кангор не сказал того, что я боялась, но желала услышать. Правду. Чтобы не тешить себя ложными надеждами или… поверить в то, что он меня любит.

– Мне известно, что канир Искандер сказал о звании, которое вам присвоили моим указом.

– Я посчитала это тактическим ходом, – призналась я, смущаясь. Кажется, до меня только сейчас начало доходить, с кем именно я разговариваю.

Но тот словно и не заметил моего состояния.

– Нет, Таши, это не был тактический ход. Вы просто многого не знаете о скайлах, чтобы оценить, что именно вы сделали для нашего народа и для меня. И я очень хотел бы ликвидировать этот пробел.

– Это приглашение? – остановилась я. На этот раз он сделал то же самое.

– Да! Приглашение, подкрепленное моими гарантиями вашей безопасности. Если вам будет спокойнее, то на время вашего пребывания в кангорате канир Искандер не покинет границ своих владений.

Изящно! Интересно, он играл когда-нибудь в хатч? Судя по тому, что моему бывшему нанимателю эта игра известна, то – да.

– Это будет бесчестно по отношению к нему, – понимая, что он практически загнал меня в угол, чуть слышно произнесла я.

– Это станет для него хорошим уроком, – совершенно равнодушно парировал кангор.

Возразить ему было трудно, но я сделала это, догадываясь, что именно ради этих слов и был затеян весь разговор.

– Давайте считать, что я его уже простила.

– Звучит как ваше согласие. – В его глазах я увидела удовлетворение сытого хищника.

Впрочем, меня это нисколько не пугало. У каждого из нас была своя роль. Он свою сыграл до конца, добившись того, что ему было необходимо. Ну а я… я – проиграла.

Но кто знал, не за этим ли проигрышем скрывалась моя победа.

* * *

– Извините, но леди Таши больше не танцует! – Джессика очень ловко выхватила меня из рук очередного кавалера и потянула за собой.

Я не смогла даже огрызнуться.

Сначала разговор с Синтаром, который исчез сразу после него. Затем представление молодой чете, которая оказалась настолько рада знакомству со мной, что приглашала наведываться в гости. В тот же самый кангорат, куда меня настойчиво зазывал кангор. Потом…

Потом были танцы, о которых так много рассказывала Джесс. В ее представлении это было что-то легкое, увлекательное, похожее на чудесный сон.

Я бы назвала это кошмаром.

Ее предсказание, что я буду пользоваться популярностью, полностью сбылось. Но чаще других мелькали лица двоих, явно взявших надо мной шефство.

В тот момент, когда леди Уэлри вырвала меня из круга, я только что выбила себе право оказаться в объятиях кого-нибудь другого, кроме Игоря и Искандера.

– Куда ты меня тащишь? – прошипела я, уже не в силах удерживать на лице добродушный оскал.

Та в ответ только фыркнула.

– Потом спасибо скажешь!

Мне ничего не оставалось, как смириться. Против темперамента Джесс у меня не было действенного оружия. Насколько я успела понять, иногда перед ним пасовал и сам лорд Уэлри.

Или делал вид, что пасовал.

Пока добирались до моих покоев, а тянула она меня именно туда, я вспомнила об одной странности, что сначала не бросилась мне в глаза, а вот теперь вдруг показалась очень важной.

Увы, спросить, куда делась сначала моя троица, а потом и парочка – капитан и канир, – я не успела. Мы уже пришли.

– Переодевайся, – сунув мне в руки длинную белую рубаху, до этого лежавшую на диване, она толкнула она меня в сторону гардеробной. – И быстрее.

– Это что? – вместо того чтобы молча исполнить ее просьбу, уточнила я.

– Это? – удивленно переспросила Джесс. Потом закатила глаза и выдала: – Сама все увидишь.

И я опять сдалась, надеясь, что мне это когда-нибудь зачтется.

Когда вернулась обратно в гостиную, облаченная в белый балахон с разрезами от бедра, моя подруга уже тоже преобразилась. Ее наряд не был более скромным, чем мой, но смотрелся он… восхитительно. Не будь мне известно, сколько ей лет, не дала бы и двадцати.

– Я знала, что тебе пойдет, – довольно фыркнула она. – Но твоя прическа меня смущает.

Моя прическа… меня смущала с самого утра этого очень длинного дня. Мои и так от природы вьющиеся волосы завивали в еще более тугие спиральки, начесывали, укладывали, утыкали шпильками, украшенными камнями.

Леди Уэлри сказала, что получилось просто замечательно, и была очень удивлена, когда я ляпнула, что предпочла бы очередной заказ тысяч на двести, чем пережить еще раз подобную пытку.

Что делать, у нас с ней оказались несколько разные взгляды на жизнь.

И вот теперь та же самая прическа ее совершенно не устраивала.

– Давай-ка сделаем вот так… – многообещающе произнесла она и слегка двинула рукой.

А ведь я уже почти забыла, что она называла себя ведьмой.

Все шпильки, заколки, цветочки и ленты, что удерживали сооружение из моих волос, повинуясь ее жесту, упали на пол.

Так просто…