Перстень некроманта - Андрей Петерсон

Жаль только, что воспользоваться такой приятной возможностью леди Кай не могла и вместо отдыха принялась с ходу, даже не поплевав на руки, рубить торчащее из норы туловище, размахивая Гасителем, как заправский дровосек на лесоповале. Гаситель, даром что прошел вампирскую школу, рубил и кромсал исправно, с каждым новым ударом углубляясь в тело твари все больше и больше. Правда, надо отметить, что камень на натурных испытаниях Левого Клыка, напоенного кровью крысы, поддавался все же лучше, чем шкура этого змея.

После третьего удара Осси наконец удалось прорубить эту бронированную чешую, и на девушку брызнула густая черная кровь гадины. Змей, которому это, по всей видимости, не доставило такого удовольствия, как леди Кай Шаретт, зашипел, срываясь на раздирающий уши свист, и потянулся, разевая свою пасть, вниз, к источнику боли.

Девушка замахала мечом еще быстрее, вкладывая в каждый удар все возможные силы. А меч, видимо, попробовавший змеиной крови, приноровился наконец к новому противнику и с каждым новым хрякающим ударом рассекал плоть все глубже и сильнее.

Голова змея с огромной раскрытой пастью, из которой торчали длинные и изогнутые, как две сиданские сабли, клыки, была уже прямо над головой девушки. С огромных желтых, потрескавшихся от времени зубов стекали крупные мутные капли, которые срывались вниз, но, разбиваясь о щит, выставленный Ходой, разлетались вокруг мелкими брызгами. Но даже эти небольшие брызги, попадая на камень мостовой, плавили его, как масло, прожигая в нем небольшие лунки и испаряясь с противным шипением.

Осси почувствовала, как начал прогибаться под мощным давлением щит, прижимая ее к земле, и в этот миг она нанесла свой последний удар. Подрубленное туловище змея пошатнулось, качнулось в одну сторону, затем в другую и, сотрясаемое мощнейшей судорогой, рухнуло на землю.

Несколько раз чисто рефлекторно открылась и захлопнулась пасть, не пытаясь, впрочем, даже дотянуться до Осси, чтобы забрать с собой за Вуаль, затем глаза змея помутнели, зрачки сузились до размера крохотной точки и остановились навсегда.

Из разрубленного туловища толчками била черная кровь, собираясь в огромную темную лужу, которая уже начинала протягивать вниз по дороге свои ручейки — словно тянулась за помощью к своему собрату.

А собрату приходилось несладко. Упакованный в водяной кокон, он бился внутри во все стороны, явно не понимая, что с ним происходит. По всей видимости, тупая сила, с помощью которой он прокладывал себе путь сквозь скальные породы и шутя взломал мощенную булыжником дорогу, не знала, что есть на свете и нерушимые преграды. Вода, закрученная магией в тугой эластичный кокон, оказалась ему не по зубам. Да и не должна была оказаться ему по силам магия такого уровня. Все-таки не в игрушки леди Кай пришла сюда играть, а то, что она принесла с собой, были игрушки совсем не детские.

Девушка двинулась вниз по дороге, к высовывающемуся из земли второму змею.

Не то чтобы ей хотелось быть поближе к этому корчащемуся в тугих водяных тисках созданию… Скорее просто хотелось отойти чуть дальше от поверженного и истекающего вонючей кровью врага номер один. Поэтому, сделав пяток шагов и сочтя удаленность от черной лужи достаточной, леди Кай остановилась и сняла с пояса жезл некромансера.

— Ну, давай посмотрим, на что ты годишься, — усмехнулась интесса и, засунув меч за ремень, аккуратно нажала кнопку на жезле.

Как и должно было произойти, жезл тут же развернулся в полноценный посох, и Осси застыла на дороге в стойке гунь-тер — как боец на шестах, держа посох наперевес и чуть задрав навершие вверх. Приготовившись таким образом к бою, Осси резко дернула кистью левой руки, на миг выпустив посох и снимая водяную блокаду с выбивающейся из сил твари, и тут же, снова перехватив посох двумя руками, начала атаку.

Сконцентрировав всю свою ментальную энергию, она резким коротким импульсом послала ее через руки в посох, ощущая ток силы в пальцах, сжимающих оружие некромансера. Пальцы тут же закололо тысячами маленьких иголочек — это пробуждалась спящая в посохе мощь, разбуженная, как детонатором, магической искрой Осси. Всего миг, и оружие было готово к бою, теперь оно должно было выполнять все мысленные приказы леди Кай, покуда не иссякнет в нем магический заряд либо не оборвется связующая с носителем посоха нить.

Первое было бы очень нежелательно, но призрак короля уверял, что зарядов в посохе хватит надолго, и будем изо всех сил надеяться, что знал он, что говорил.

А о втором не хотелось даже думать, ибо не умирать же бесславной смертью леди Кай сюда пришла. Планы у нее были совсем другие, и преждевременный переход за Вуаль в них пока не значился.

Освобожденный из плена змей тем временем очухался, и, надо отдать ему должное, сделал он это очень быстро. А вместе с чувством свободы к нему пришли и ярость, и сильное желание отмстить обидчику, который подверг его столь унизительному, как он, видимо, считал, обращению. И хотя до девушки было пока еще далеко и дотянуться до нее не было никакой возможности, змей поднялся в боевую стойку и, сжавшись гигантской пружиной, изготовился для удара своей головой-молотом.

Осси же совсем не собиралась подставляться под удар и дистанцию сокращать пока тоже не собиралась. Приготовившись к неизбежной отдаче, которая сопровождает любой выброс высвобожденной магической энергии, она направила свое оружие в сторону высящейся посреди дороги чешуйчатой колонны, сжала пальцы покрепче, а потом послала мысленный приказ: «Убей!»

Приказ этот поступил в посох, настроенный на нового хозяина, почти мгновенно, после чего череп, закрепленный в его навершии, стал хрустально-прозрачным и вспыхнул маленьким ослепительно-белым солнышком. А затем из его раскрывшегося всего на миг рта ударила тугая черная струя.

Будто мириады мельчайших мушек-песчинок были выплюнуты маленьким черепом в сторону змея. Вырванные магией некромансера с другой стороны Вуали мертвые существа-частицы устремились к означенной цели, влекомые единственным желанием — слиться и упокоиться. Слияние с живой плотью означало для них конец короткому мучительному существованию по эту сторону Вуали, а для живой плоти это было чревато быстрым и безвозвратным переходом за Грань вместе с ними. С одной-единственной разницей — черная смерть возвращалась при этом домой…

Облако смерти, вытянутое гигантской каплей, неслось на змея на приличной скорости и должно было покрыть разделяющее Осси и тварь расстояние почти мгновенно. Змей, однако, не стал спокойно и пассивно дожидаться встречи с неизвестным ему порождением магии, а ударил вперед, целя, видимо, не столько в девушку — до которой он вряд ли смог бы дотянуться, — сколько в облако, рассчитывая если не разбить его, то хотя бы напугать. А может, он действовал инстинктивно, пытаясь атаковать то, что представлялось ему угрозой.

Огромная треугольная, закованная в броню костяных пластин голова змея ударила прямо в центр черной капли, разбивая ее изящную обтекаемую форму вдребезги, и тут же вынырнула с другой ее стороны, пройдя насквозь. Остатки черной смерти пронеслись дальше, рассеиваясь в пространстве, а голова змея, раскачиваясь из стороны в сторону, медленно возвращалась назад для нового размаха и нового удара.