Пока Земля спит - Алексей Евтушенко

– Ёжик в тумане! – не выдержал я в этом месте рассказа. – Так вот кто виновник всех наших бед! Шучу, шучу. Просто я думал…э-э…

– Что?

– Ну, думал, что эта штука гораздо раньше придумана. Хотя, если честно, тут моё упущение. Мне, как сновидцу на гонораре, следовало бы с самого начала ознакомиться с историей возникновения данного вида развлечений. Особенно после того, как я узнал, что именно наши, человеческие сны ценятся в Галактике больше всего. Кстати, ты не знаешь, отчего так?

– А отчего гойты умеют дышать под водой, а мы нет? Считай, особенность у вас такая. Или тебе какое-нибудь научное объяснение нужно?

Я подумал и решил, что пока не нужно. Обойдусь. В конце концов, спрошу у того же Лиясы. Если не забуду. Когда мы, тьфу-тьфу не сглазить, к нему благополучно доберёмся.

– Значит, говоришь, это он предложил клану Ружебо первый смаргр. Устройство для записи и просмотра чужих сновидений. Чертовски интересно. И что было дальше?

А дальше, по рассказу Эйши, вышло следующее: клан Ружебо ухватился за изобретение гойта стальной хваткой. В частности, это обуславливалось и тем фактом, что Лияса, то ли по наивности, то ли, наоборот, проявив необычайную для молодого гойта мудрость, согласился на очень смешной (как тогда казалось руководителям клана Ружебо) процент от прибыли.

– Погоди, – я снова перебил Эйшу, осенённый неожиданной мыслью. – Так это что же получается. Твой клан не только львиную долю рынка сновидений контролирует, но ещё и держит в руках всё производство смаргров?

– Насчёт львиной доли, дай Вездесущий, чтобы мы живы остались, не говоря уж о том, чтобы её вернуть, – вздохнула Эйша.

– Извини.

– Ничего. Что же касается производства смаргров, то здесь всё сложнее.

– Ты считаешь, я не способен понять?

– Я считаю, ты задаешь слишком много вопросов, на которые у меня нет чётких ответов. Пойми, Дёма, я ведь делами клана толком не занималась и не интересовалась. Не успела просто. Ты помнишь, сколько мне лет?

– Да, ты права, – я взял её руку в свою и нежно погладил. – Прости меня, пожалуйста. И впрямь слишком много вопросов. Постараюсь исправиться. Всё, не будем отвлекаться. Давай, хочу знать, что там дальше было с нашими Ромео и Джульеттой.

– А это ещё кто?

– Тоже литературные герои. Но эта история даже грустнее, чем про человека-амфибию.

– Расскажешь?

– Лучше, если сама прочитаешь. Там детали важны, тонкости, и вообще она в стихах, а я наизусть её не знаю. Длинная она. К тому же пьеса. Предназначена для постановки в театре.

– Как же я прочту, если не знаю вашего языка?

– Могу тебе перевести… – тут в моё темечко, словно цыплёнок изнутри яйца в скорлупу, снова тюкнулась неожиданная мысль, и я замолчал, стараясь не спугнуть и дать ей проклюнуться окончательно.

– Эй, – позвала Эйша. – Дёма, ты здесь?

– Да, прости, задумался.

– О чём?

– Не поверишь, о бизнесе.

– Надо же, – с явной иронией заметила Эйша, – я считала, это только мужчины каравос Раво всю дорогу о бизнесе думают. Даже если эту дорогу они разделяют с прекрасной девушкой.

– Это, видимо, свойство всех мужчин, – ухмыльнулся я. – Первым делом – самолёты. Ну а девушки потом. Это слова из нашей песни, – добавил я, предупреждая её вопрос. – Потом спою, если хочешь.

– А ты умеешь петь? Конечно, хочу!

– Договорились. А пока скажи, пожалуйста, отчего на Торгуне не торгуют переводными книгами с Земли? Или я просто не в курсе?

– Книгами?

– Ну да, книгами. Литературными произведениями. Вообще, выдуманными историями в широком смысле. Кино, театр… Я понимаю, что технически ваше кино намного круче нашего – полный эффект присутствия. Но наверняка у человечества найдутся истории, которые ваш галактический обыватель захочет прочитать-услышать-увидеть и заплатить за это деньги. Или я ошибаюсь?

– Погоди, погоди, вывалил всё сразу. Дай-ка сообразить.

Эйша задумалась. Я спокойно ждал. Полез было за сигаретой, но остановил сам себя, – сигарет оставалось мало, следовало экономить.

– Можно я выскажусь по данному поводу? – подал с помощью транслятора голос вельхе.

– Конечно, Щелкунчик, говори, – сказала Эйша.

– Мы, вельхе, очень любим выдуманные истории, – сообщил Щелкунчик. – И свои, и чужие. С удовольствием их покупаем. Но историй с Земли на Торгуне нет, мы бы знали. Только сны. А чужие сны мы как раз не любим смотреть. У нас от них сильно голова болит и нервная система расстраивается.

– А ведь и верно, – подтвердила Эйша. – Вельхе действительно очень любят и литературу, и кино. Большие специалисты в данном вопросе. У них и своя письменность имеется.

– Но наши истории другим малоинтересны, – вставил Щелкунчик.

– И это тоже верно, – сказала Эйша. – Я, например, в ваших историях ничего не понимаю. Как это там… «Вельхе-неудачник и Королева-матка». Два раза пробовала читать, в переводе, конечно, и оба раза не осилила.

– «Вельхе-неудачник и Королева-матка» – великий памятник литературы народа вельхе, – гордо заявил Щелкунчик. – И не наша вина, что вы, гуманоиды, не понимаете. Мы, например, вашу литературу понимаем.

– Да, – вынуждена была согласиться Эйша. – Тут загадка. Но мы, кажется, отвлеклись.

– Ничего, я помню, на чём ты остановилась. Значит, нет наших историй на Торгуне?

– Выходит, нет, – сказала Эйша. – И впрямь удивительно. Ты хочешь организовать их продажу?

– Догадалась. Чувствуешь, какое здесь непаханое поле? Кто первый встанет, того и тапки. Они же барыш. Заработать можно не хуже, чем на сновидениях, думаю. Поможешь организовать дело? А то я местной специфики не знаю. Доход пополам.

– И меня в долю, – сказал Щелкунчик. – Возьму на себя распространение человеческих историй среди вельхе. Прибыль гарантирую.

– Щелкунчик! – воскликнула Эйша. – И ты решил в бизнес податься? Чудеса.

– Я давно в бизнесе, – сообщил вельхе. – Просто раньше ты не интересовалась. Или думаешь, что вельхе деньги не нужны?

– Постой, – Эйша выглядела слегка ошеломлённой. – Разве у нас ты в чём-то нуждался?

– Вот! – воскликнул Щелкунчик. – Обрати внимание, землянин Дёма, на вопрос. Даже Эйша, казалось бы, продвинутая и современная во всех отношениях девушка, удивляется, зачем мне деньги. Что же говорить о других каравос Раво? Как же! Мы этих вельхе, которые живут в наших домах, кормим, даём всё необходимое, работать и воевать, как раньше, не заставляем, а мелкие услуги они нам оказывают исключительно из чувства благодарности. Так что пусть живут и радуются. И после этого каравос Раво считают, что освободили нас от рабства. Страшно этим гордясь. Смешно.