Я тебя прощаю. Чужая любовь - Лана Морриган

Как же несправедлив мир и несправедливы боги. Ведь Адам, по сути, оказался заложником ситуации. Разве сможет ребенок отказать своему родителю? Конечно, нет. Он будет нести чужой тяжелый груз на своих плечах, даже став давно взрослым. Невероятно жестоко по отношению к своему ребенку перекладывать на его плечи свою ношу и лишать его детства и дальнейшей нормальной жизни. Я думала об этом, но не осмелилась озвучить эти мысли вслух и вряд ли осмелюсь в будущем. Какому ребенку будет приятно слышать, что его родители не такие и хорошие?.. Даже с учетом, что этот ребенок уже взрослый мужчина, с многолетним жизненным опытом за своими плечами. Да и вправе ли я их осуждать?.. Не думаю.

После возвращения домой наша жизнь мало чем отличалась от той прежней, о которой я стала скучать в доме Лотковых. Но с небольшими оговорками: Адам больше не искал повод прийти в гости, а делал это регулярно и без предупреждения, и меня это не злило. А я перестала выдумывать для себя уйму важных дел, чтобы избежать встречи с ним. Теперь я их ждала.

– Почему ты не собираешь вещи? – спросил он однажды вечером. – Сколько можно откладывать переезд, Лер? Пока дом свободен, нужно воспользоваться моментом и занять его.

– Я не могу, – ответила я, одевая Тёму на вечернюю прогулку. – И думаю, у тебя как у Беты есть некоторые преимущества.

Оборотень не сдавался.

– Сейчас мы занимаем три коттеджа. Плюс дом, куда въехала Мария. Итого пять вместе с коттеджем выжженным демоном. Не многовато ли для одной семьи? – спросил он.

В первую встречу после возвращения ведьмы в поселок я с трудом узнала ее в истощенной женской фигурке с изможденным лицом. Сейчас она выглядела здоровее, спину держала ровнее и сбросила десяток лет.

– Нет, – буркнула я, повернувшись к мужчине спиной и растянувшись в довольной улыбке.

Семьи – очень приятно звучит. Я застегнула теплую кофточку на волчонке и усадила его в манеж с игрушками, пока расторопно одевалась сама.

– Лер. – Адам помог мне справиться с молнией на легкой куртке. Лангетку сняли, но указательный и средний палец приходилось разрабатывать, а с точными и мелкими движениями были сложности. – Я очень терпелив.

– Да. – Я кивнула в знак согласия. Иногда мне кажется, что вот-вот и Адам скажет, как же я ему надоела со своими глупостями, развернется и уйдет.

– Не перебивай. – Приложил указательный палец к моим губам. – Я очень терпелив. Но и у меня, как у любого живого существа, есть предел. В том числе и терпению.

Я испуганно смотрела в темные глаза оборотня. Что же он скажет сейчас?

– Вся стая знает о нас с тобой. Нет никого, кто бы уже не догадался о наших отношениях. На тебе мой запах, я пропитан твоим. Каждый день я ощущаю себя охотником. Чтобы наконец поцеловать тебя, мне приходится изрядно потрудиться. Когда это прекратится? – спросил он у меня серьезно.

– Скоро, – заверила я. – Идем гулять?

Оборотень не шелохнулся. Ждал ответа.

– Мы переедем через неделю, – пробурчала я себе под нос. – Честно, – пообещала я.

– Договорились. Но через неделю я не буду разговаривать, а просто соберу ваши вещи и перенесу их в новый дом, – сказал от твердо.

– А теперь мы можем идти гулять? – заискивающим тоном поинтересовалась я.

На улице Адам взял меня крепко за руку, переплел наши пальцы и пресек все мои попытки освободиться и идти в шаге от него.

– Мое терпение на исходе, – предупредил он, подтягивая меня за руку ближе. – Смотри, никто даже не удивился и не тычет пальцем, – говорил, пока мы приближались к площадке. – И ни одного осуждающего взгляда или обморока.

– Ну хватит смеяться надо мной, – попросила я жалобно.

– И не думал. Я просто хочу тебя касаться всегда и не оглядываться по сторонам и не волноваться о том, кто и что мог подумать. Я так долго тебя ждал. А когда встретил, тут же лишился. И наконец ты моя, – жарко говорил оборотень. – Вы мои. И больше я не намерен это скрывать.

И почему я считала этого мужчину бесчувственным, отстраненным и холодным? Он идеальный. Любящий, терпеливый, заботливый, ласковый… перечисляла я лучшие качества старшего Лесмана про себя, искоса на него поглядывая.

– А вот и мой пупс, – радостный крик Мии отвлек меня. Раскинув руки, волчица неслась, не разбирая пути и никого не стесняясь. – Как же я давно тебя не тискала. – Она взяла волчонка на руки и плечом подтолкнула Адама ко мне. – Все, идите. Мы тут сами разберемся. Ого! Да ты настоящий хищник. Новый зуб. Горжусь тобой. С мясом уже справляешься или все ешь свои кашки? Мать, поди, не дает телятинки.

– Все я ему даю, – отозвалась я недовольно. Нет, ну посмотрите на нее. Только две недели как она вернулась к себе домой, а ворчит, словно моя мама, когда я приезжаю к родителям в гости. И та пытается уличить в каких-то материнско-воспитательных недочетах.

– Да Миа шутит. – Не теряя времени, Адам сгреб меня в объятия-тиски. – И она скучает.

– Не скучаю я. Выдумали еще, – отозвалась весело Миа. – У меня, между прочим, активная личная жизнь, завал на работе и пожирающее все время хобби.

– Ну-ну, – рассмеялся оборотень.

А я закрыла глаза и прижалась щекой к мужской груди. Адам прав, хватит уже прятаться. Жизнь так быстро проходит и меняется, а вдруг мы не успеем насладиться друг другом?..

Миа отошла достаточно далеко, чтобы мы чувствовали себя уединенно.

– Мне немного стыдно, – шептала я в грудь, крепче прижимаясь. – А еще страшно. Все слишком хорошо. Вдруг завтра что-то изменится?

– Например?

– Не знаю, – пожала я плечами, стараясь напитаться теплом оборотня. Его близость оказывала на меня чудодейственное свойство – в объятиях я ощущала себя защищенной. В безопасности. Рядом со старшим Лесманом все проблемы казались мелкими и незначительными.

– Завтра будет только лучше, – пообещал Адам.

***

Предчувствие меня не обмануло.

Я встретила того, кого считала умершим. Того, кто не ценил меня, воспользовался, растоптал мою привязанность и чувство достоинства. Того, кого я думала, что любила, и считала отцом своего ребенка.

– Что тебе нужно? – спросила я у призрака прошлого.

Я не испугалась и не была удивлена. Появление Эрила из ниоткуда было чем-то правильным – завершающей главой в наших отношениях.

Оборотень вышел из подлеска, он поджидал и точно знал, что мы с Тёмой будем здесь гулять. Если понаблюдать несколько дней, то можно выяснить, что наш распорядок дня прост и цикличен: завтрак, прогулка на площадке, обед, сон, прогулка у леса и вновь сон. И Эрил выбрал именно тот момент, когда Адам только-только скрылся в чаще и в ближайшие несколько часов проведет в обличье волка.

– Ты удивила меня, Лера. – Мужская фигура, облаченная в серую обезличенную одежду, пришла в движение. – Я думал, ты хотя бы закричишь.