Город чудес - Роберт Джексон Беннетт

Сегодня я спустился в трюм, чтобы поглядеть на существо. Знаю, я не должен был так поступать. Это против моего приказа. Но я все равно это сделал — я хотел попросить, чтобы оно перестало плакать. Это было чересчур, это было слишком громко.

Стекло толстое, и я не увидел его в темноте, потому обратился к нему через микрофоны, которые они установили. Опять же, я знаю, что нарушил еще один приказ. Но я попросил его притихнуть. Я попросил его перестать плакать.

Оно не послушалось. Я понял из того, что оно сказало, что ему больно. Что ему слишком часто включали свет.

Я не включил свет. Я оставил камеру темной — мне сказали, что так оно предпочитает. Но оно мне не ответило.

Хотелось бы мне, чтобы оно не плакало, как ребенок. Хотелось бы мне, чтобы оно не плакало голосом юного парнишки.

Я коммандер сайпурского флота, и я горжусь своим долгом, своей службой и своей страной. Но я не подписывался стать тюремщиком. В особенности тюремщиком детей, даже если они довольно странные.

Я никогда не…

Слова опять начинают расплываться. На остальных страницах можно прочитать лишь бессвязные обрывки.

Сигруд стоит и думает. Потом швыряет журнал в сторону и выходит из каюты.

«Это устроила Винья, — думает он. — Это она натворила. До Мирграда, до Вуртьястана, до всего».

Он находит лестницу в трюм и начинает спускаться. «Это был ее проект, ее замысел — неофициальный, в отдаленных спорных водах».

В темных углах тесного и вонючего трюма скопился мусор и кишит морская живность.

«Что же она здесь держала?»

Время от времени в темной грязи мелькает белый осколок кости или блестит в свете фонаря латунная пуговица.

«Кого она пытала и допрашивала?»

Кажется, Сигруд знает, что это было. Точнее, кто это был.

Он как будто попал в брюхо огромного спящего существа. Темные поверхности сочатся жидкостью или скрипят, ветер хлещет сквозь дыры в корпусе.