Никола Мокрый - Лада Лузина

* * *

— Под мельницей, но не на реке. Где же тогда? На море? Но разве водяные мельницы ставят на море? Ведь их крутит течение… Мне кажется, мельница на море — это то же самое, что мельница нигде… Но, может, я ошибаюсь? — Маша Ковалева захлопнула очередную книгу.

— И какого-такого рожна мы вообще должны приносить ему жертву? — возмущенно выдала Даша.

— Именно так! — согласилась Дображанская. — Разве мы ниже его?

Круглая, наполненная жарким солнцем и кипящими спорами Башня Киевиц на Ярославовом валу, 1 походила на ведьмин котел. Маша Ковалева без устали листала всевозможные справочники. Катины пальцы танцевали по клавиатуре ноутбука, пытаясь выудить истину из пучин Интернета. Даша же сидела на диване с Книгой Киевиц на коленях и плошкой перловой каши в руках, бурля одновременно от отвращения и возмущения.

— Не ниже, — сказала Маша, не отрываясь от книги. — Но, возможно, и не выше. Если он повелевает Днепром и прочими реками, включая 300 подземных рек Киева, по силе мы равны. Можно считать, что это обмен подарками глав государств. И одновременно договор о ненападении.

— И что ты предлагаешь подарить ему? — вспыхнула Чуб. — Девушку? Найдем красотку и бросим в реку?

— Ни в коем случае! — хранительница Башни — белая кошка Белладонна — выпрямилась на каминной полке с видом кошачьего Будды.

Ее напарница, рыжая Изида Пуфик, вытянулась на ковре в позе «не уходи, побудь со мною», нежно сжимая передними лапами Дашину ногу и полностью обездвижив хозяйку. Последний представитель кошачьей троицы, черный кот Бегемот, по своему обыкновенью, отсутствовал.

Маша немедля опустила словарь и с надеждой уставилась на белую кошку. Когда та открывала рот, она была лучше любой энциклопедии, но, к сожаленью, делала она это не так часто, предпочитая отвечать на вопросы непроницаемо-мудрыми истинами.

— Утопить обычную девушку — это слишком мало. Таким мелким подарком вы лишь оскорбите его, — назидательно сказала Белладонна.

— И сколько девушек мы должны утопить? — ехидно поинтересовалась Даша.

— Лично я, — сверкнула глазами Катерина Михайловна, — не собираюсь дарить ему ничего. Я уже подарила достаточно. Это он — мой должник!

— Я и забыла, — ойкнула Чуб. — Твои родители утонули. И мама, и папа…

— И после этого, — Катерина в сердцах ударила ладонями по столешнице, — он еще ждет от меня подарков? И даже требует их!

— Это лишь версия, — мягко сказала Маша.

— Нет. Я посмотрела статистику. — Дображанская встала, пошла по комнате. Ее походка выдавала волнение. — Акнир права, на Русалью неделю всегда тонет больше людей. Никто не удивляется, видимо, объясняют разгаром купального сезона. Но в этом году, даже с учетом помянутой традиции, утопших слишком уж много. В одном только Киеве утонуло вчера тринадцать человек. Версия Акнир представляется мне более чем правдоподобной. Скоро Купала. Скоро год, как мы Киевицы. Но мы так и не принесли Водяному положенных даров. Даже на его день рожденья, 3 апреля. И он решил показать нам, что недоволен, не подчиняется нам и может, при желании, подмочить нашу власть и репутацию. Пока он топит и пугает людей… Но, возможно, это только начало. Что еще мы знаем про русалок, Русалии и Князя Воды?

— Много, — со вздохом отложила справочник Маша. — Слишком много.

— Слишком? — не поняла Катерина.

— Слишком много про водяных и русалок снято фильмов, мультфильмов, написано сказок и книг. Слишком много придумано. Теперь фантазии сказочников почти невозможно отмежевать от народных преданий.

— Вот так попса губит сакральные знания! — с философским видом изрекла Даша Чуб.

— В гибели порой таится спасение, — веско муркнула белая кошка и тут же лениво сощурила глаза.

— Русалии бывают весенние, зимние, летние, — проинформировала студентка-историчка. — Но наиглавнейшие — нынче. Июнь называют Русальским месяцем. Почти три недели продолжаются Зеленые святки. Финальный день Русалий, незадолго до Ивана Купалы, называется Проводы Русалок. Его мы будем праздновать завтра, на рассвете. А накануне русалки творят что хотят, бегают где хотят, и сидят по всем кустам. От нормальных девушек они отличаются тем, что ходят без крестов, простоволосыми, голыми или в длинных рубашках…

— И ты правда считаешь, что это отличие? — буркнула Даша, с трудом проглотив непрожеванную перловую кашу. — Да все девушки ща простоволосые, почти все без крестов. Рубашку во-още не отличишь от летнего платья. Вот теперь русалкам раздолье! Даже голая баба — уже не отличие. Попробуй отличить русалку от обычной нудистки! Вот мы не смогли…

— Один способ есть, — неуверенно сказала Маша. — Вроде бы с левой руки у высших вил течет вода, так же, как и у самого Водяного. Вилы, они же русалки, ундины, лоскотухи, шутихи — заложные покойники. Ими становятся все утопленники и умершие без крещения на Русальей неделе. Хотя по другой версии все водные жители произошли от древних египтян. Когда Моисей вел евреев, пред ним расступилось Черное море. Он и его народ перешли на другой берег, а преследовавших их египтян залило, и от них пошла вся нечисть морская. Одни пишут, что русалки бессмертны, другие — что они живут двести лет, третьи — что раз в двести лет они могут выйти из воды и обрести бессмертную душу. Да и у разных народов описанья разнятся… На западе считают, что у русалок рыбьи хвосты. А у нас на Руси — они выглядят как обычные женщины. По сибирским поверьям, русалки — злые уродливые бабы. А у нас в Украине — прекрасные девушки, которые топят лишь нехороших людей и часто выступают как берегини. В общем, попробуй понять, где правда…

— А почему ты считаешь, — пожала плечами Землепотрясная Даша, — что русалкам не свойственен национальный менталитет? В Сибири вода холодная, условия выживания — жуть. Откуда взяться хорошему характеру? Вот бабы и отжигают. То ли дело у нас!.. И вообще, наши мне нравятся больше. Мы видели: они правда красивые, с ножками, попками… Хотя и подлючие. Слушай, а может, они просто не местные? Приплыло к нам стадо сибирских русалок-гастарбайтеров и давай наших топить?

— Скорее всего, они просто выполняют приказ Водяного, — сказала Катя.

— С Водяным тоже неясно, — вздохнула студентка. — Ничего… Даже то, как он выглядит. У одних это Нептун, у других — мужик, увитый тиной, у третьих — дед с зелеными усами и бородой, у четвертых — полуживотное с рогами и ластами. При желании он может превращаться в огромного сома или лошадь. Крепко связан с водой: даже если выйдет на берег, вода побежит за ним, потому о визите Водяного легко узнать по мокрым следам. Раз в 200 лет он выбирает среди русалок себе новую жену — Водяницу. Причем предпочитает крещеных девиц, которые сами бросились в омут в тоске из-за нежеланной беременности, измены любимого или проклятья родителей. Но от красавиц, принесенных в жертву против их воли, Князь Воды тоже не отказывается…

— И что ты предлагаешь? — повторила с вызовом Чуб. — Подарить ему десять девушек? Сто?

— А что ему дарили наши предшественницы? — обратилась Маша к белой кошке. — Или это ведемские сплетни?