Ловцы небесных алмазов - Ольга Вешнева

- Мы-то здоровы. А у вас, товарищ франт, что-то бледновато лицо. Как неживое, право слово, - ощерилась конопатая.

- Так бедолага в городском футляре с детства сидел. У нас хоть воздуха понюхает, на солнышке загорит, - к разговору примкнула неопределенного возраста доярка в белой косынке и сальном фартуке, надетом поверх цветастого платья.

- Интересно, за кем из наших девок он ухлестывать начнет. За Галкой или Веркой? А может, за Люськой? - призадумалась конопатая.

- Какое там! Люськин хахаль Федька ему наломает бока! - расхохоталась доярка.

- Что за парень? Глядите, сколько притащил с собой приданого! Поболе, чем у внученьки моей, - закряхтела горбатая старуха.

Не понравился ей мой туго набитый чемодан.

Троим пришедшим на шум трактористам не понравился я сам вместе с багажом.

- Ишь, принесло к нам франтишку, - пробубнил один, кудрявый в картузе.

- Не пустим чужого петуха в наш курятник, - сжал кулаки второй, чернявый.

- Пущай катится, откуда явился, - поддержал третий, ростом помельче других, но крепкий, жилистый.

- А! Петр! Ну, как говорится, добро пожаловать к нам на огонек! - прогремел, спускаясь по крутым ступеням, председатель колхоза.

Большой и пузатый, как, похоже, все местные начальники.

- Рад приветствовать, Степан Ефимыч. От себя и от моего отца. Он велел большой привет вам передать.

- О! Спасибо! И Василию огромный привет! Сколько лет не виделись! Пусть заглянет в гости, - увидев грязь на стене, председатель замахал руками, погрозил пальцем конопатой.

- Эй, Любаша! Ну что за безобразие! Опять повсюду черным черно. Помыть, что ль трудно стенку? Ты ж у нас ответственное лицо за чистоту административного здания.

- Да уж не трудно, Степан Ефимыч, - ответила работница. - Ежели всего раз в день, иль пару-тройку. Так ведь, помилуйте, еще пегий кабан сюды не приходил. Он как шлепнется с разбегу вон в то дождевое озерцо, так брызги до самой стрехи полетят. А уж коли встряхнется, то и конек грязью заляпает. Сразу как отгуляет кабан, слово даю, я помою стенку.

- Я просил изолировать пегого кабана, - напомнил председатель, важно выпятив толстое пузо из распахнутого пиджака. - Ась, все разом запамятовали. А, товарищи женщины. Что молчим? Чего сложного запереть его в новом загоне?!

- Загнать-то можно, а попробуйте удержать! Мы давеча закрыли кабана, так он рылом ворота поддел и снес. Юрка с Колькой их заново ставят.

- Вот! Привыкайте, товарищ комсомолец, к деревенским чудесам, - председатель тронул меня за плечо, приглашая в сельсовет. - Десять баб и семеро мужиков не могут справиться с одним хряком. Слышал, вы талантливый изобретатель! Может, и нам на пользу чего-нибудь сочините. Поможете укротить пегого нарушителя спокойствия. Давно хотел его зарезать, а он, подлец, таких ладных поросят дает! На городском базаре не сыскать лучше.

- Степан Ефимыч, мои научные изыскания по части радиотехники, электричества, -признался, чувствуя себя неловко под его настойчивым взглядом. - Я могу починить приемник и фотоаппарат. Не силен в укрощении свиней.

Оглянувшись с крыльца, я увидел как лохматый серый кобель, весь по уши в репьях, поднимает заднюю лапу и прицеливается на колесо машины.

Я сорвал ветку наклонившейся к крыльцу яблони и прогнал пса. Одну опасность устранил, а худшую прозевал. Не заметил, как примчался особо уважаемый в колхозе пегий кабан и, по своему обыкновению, с разбега шлепнулся в самую большую лужу.

Ясное дело, грязи досталось и моему костюмчику, и “Победе”, не только зданию сельсовета и колхозным труженикам во главе с пузатым председателем. Видимо, с испуга в мою штанину вцепился здоровенный гусак. Еле отогнали его две бабы. Кобель-таки сделал второй заход и точечно прицелился на заднее колесо. Выгнанный трактористами из лужи кабан поддел рылом чемодан и отправил его в дорожную жижу.

В отвратительном настроении я пришел в здание сельсовета, чтобы умыться и переодеться.

Мои запасные костюмы председатель категорически не одобрил. Выдал широкие льняные штаны на резинке и рубаху-косоворотку. Парусиновые ботинки счел пригодными для полевых работ.

- Отправишься собирать клубнику на поле, - председатель дал первое рабочее задание.

- Заниматься бабьей работой! - я нескромно возмутился. - Лучше дайте мне радиоприемник починить. Или телевизор.

- Не так у нас много радиоприемников, чтобы ломались каждый день. Телевизор и вовсе один на деревню, - усмехнулся председатель. - Какая есть работа по сезону, той и радуйся. На уборке пшеницы и ржи ты с непривычки за час в обморок свалишься. Бабья работа! Хе-хе! Это у вас в городе разделение. В деревне работа общая. Наши бабы при нужде и трактор поведут, и сараюшку сколотят. А уж сколько тяжелых мешков они перетаскали! Каждая из них сильней и выносливей тебя в десять раз. Так что прошу не жаловаться. Иди, куда посылают.

Я подумал, что не так уж плоха клубника. Она вкусная. Мог и вправду отцов приятель куда хуже отправить. В коровник или укрощать ненормального кабана.

В широченных штанах и народной рубахе я казался себе клоуном. Но такую одежку не жалко испачкать.

Машину я загнал во двор приветливой, не острой, как колхозницы, на язык, одинокой старушки бабы Нюры. Она сдавала комнаты в старом бревенчатом доме.

Баба Нюра держала кур, уток, гусей и трех коз. Утки с гусями на день отправлялись к реке. Куры бродили по двору. Петух кукарекал тихо и хрипло. За козами рано утром заходил пастух, а с вечера после дневного выпаса их было не видно и не слышно.

Хозяйка дома заверила, что шума у нее во дворе много не будет.

- Городские часто приезжают летом с детьми на природу, снимают комнаты на неделю, а то и на месяц. А в этом году что-то затишье, - призналась она.

Я порадовался, что на то время оказался у бабы Нюры единственным жильцом. Особенно утешало после деревенских “чудес”, что по соседству не поселилась семья с маленькими шумными детьми. Смогу спать спокойно после тяжелых трудовых дней, а если повезет, и после веселых вечеров. По пятницам в сельском клубе проходит вечер танцев.