Пробуждение Зеркала - Елена Ворон

Мстислав поглядел на княжича, словно прощаясь. Сильное тело человека, в котором живет непокорный СерИв, безвольно лежащее на камнях. Спутанные белокурые волосы, руки в ссадинах. Чужак, неожиданно ставший другом и братом.

И все же война есть война.

— Как будто мое позволение кого-то интересует, — проговорил Мстислав в сердцах и повесил лучемет на плечо. — Делайте, что считаете нужным. — Он повернулся к жене. — Света, я сказал: иди в глайдер.

Она опять не послушалась и объявила:

— Я с тобой.

Северин обернулся к Очень Умному Зверю:

— Пожалуйста, сделай, как я прошу.

Ответом был знакомый пристальный взгляд желтых плошек.

— Почему нет? — Северин сдвинул брови.

— У меня с миллаушами договор, — напомнил телохранитель. — Я обещал вызволить из института их мать и сестру в обмен на жизнь княжича.

— Один не сумеешь, там нужен спецназ. Мы вчера с боем прорывались… Хорошо. — Повысив голос, Северин пообещал: — Умный Зверь, я освобожу из плена твою семью, если ты мне поможешь.

Зверь медлил. Что-то шло вразрез с его пониманием того, как должно быть.

«Это война, — сжав зубы, мысленно сказал ему Мстислав. — У нее своя арифметика. Когда из-за одного могут погибнуть сотни, одного не щадят». А внутри ворохнулось упрямое, неподвластное разуму: «Пощади».

Дэсс очнулся. Кое-как собрал свои косточки, неуверенно сел. Дождались. Если уж топить котят, то новорожденных; если гасить сознание СерИва, то когда он лежит без чувств.

— Сделай, как я прошу, — повторил Северин. Он не просил — приказывал.

Миллауш сел на хвост и что-то по-своему ответил. Негромкое, нежное «а-ахау-у» заставило Умную Зверу подскочить и вздыбить шерсть на спине. Взгляд негодующе впился в старшего брата.

— Сделай, как я сказал, — отчеканил Северин. — Иначе придется убить. Избавь нас от этого.

В зеркальных стеклах его «фелиции» проступили отражения СерИва. Дэсс по-прежнему сидел на земле, не в силах подняться, а его сверкающие серебром, зеленью и алыми сполохами отражения стояли с гордо поднятой головой.

Кирсан закричал. Низкий, протяжный, повелительный крик вожака стаи — или главы прайда, или как там у миллаушей заведено. Умная Звера съежилась и припала к земле, испуганно прижав уши. Ее брат откликнулся новым «ахау» — более коротким и жестким. Звера завалилась на бок, а Кирсан рявкнул по-миллаушски и выхватил оружие из спрятанной под курткой кобуры. Не парализатор и не карманный лучемет, как полагал Мстислав, а нечто, знакомое по историческим видео. Пистолет. В нем не было электроники, и его невозможно было «убить». Ксенолог прицелился в Дэсса.

Нет! Мстислав прыжком оказался на линии огня, не дав выстрелить. Метнулся к Кирсану, выкрутил из руки оружие, снова отпрыгнул. Кирсан — не стрелок, а ученый. Промажет как пить дать. Кость раздробит, или еще что похуже случится… Мстислав выцелил бицепс княжича. Одна пуля в мягкие ткани, навылет, — и больше никаких разбуженных Зеркал. Надолго.

И тут до него дошло, что княжич поет. Напряженный, вибрирующий звук с краткими переливами подчинял волю, отнимал силы сопротивляться. Надо ждать его приказаний… Дэсс знает, как поступить… Мстислав хотел стряхнуть наваждение, но не смог. Пока он прыгал и бегал, СерИвская магия успела забрать над ним власть.

— Делай, что тебе говорит человек! — приказал Дэсс.

Миллауша точно подбросило. Распрямились гибкие лапы, он подлетел в воздух метра на два и приземлился возле княжича. Скрежетнул когтями по камню, утвердился на задних лапах, передними обвив Дэсса за шею, прильнул головой к голове. Мстислав невольно считал: раз, два, три… На счет «четыре» миллауш отпрянул и задом отполз, побежденный. Княжич остался сидеть, как сидел, а отражения в стеклах погасли.

Стало очень тихо; с берега шлепались в воду какие-то мелкие твари.

Телохранитель опустил пистолет. Наверное, он уже не понадобится.

Ксенолог молча забрал у него оружие и хлопнул по плечу. То ли благодарил, то ли хотел ободрить.

Светлана, не слишком твердо держась на ногах, добралась до глайдера и нырнула в салон. Магия запоздало заставила ее подчиниться мужу.

Миллаушка подползла к Северину, ткнулась мордой ему в колени. Он машинально потрепал ее по ушам, наблюдая за Дэссом.

Княжич поднялся на ноги. Собранный, решительный, недовольный чужим разгильдяйством.

— Господа пилоты, так и будем стоять столбом? — Точь-в-точь адмирал Крашич, который души не чаял в своих внуках, однако держал их в строгости. — У вас дел других нет, кроме как на баб глаза таращить? А ну по местам!

Он был до невозможности похож на покойного адмирала, только что молодой. И усмешка дедовская — притаилась в углах губ, почти незаметна.

— Есть, сэр! Слушаюсь, господин адмирал! — не совсем в лад отозвались Мстислав с Северином. Зато каблуками щелкнули одинаково и честь разом отдали, вскинув руки к головам без фуражек.

Дед в таких случаях гремел: «Отставить балаган!» Дэсс же сменил тон и ядовито напомнил, что руку к пустой голове не прикладывают.

— Извольте освежить в памяти устав. Свободны, — закончил он выволочку.

Посмеяться бы, но Мстиславу было не до смеха. Внутри растекался тревожный холодок.

Кирсан негромко произнес слова, призванные выявить подселенца-СерИва. Дэсс глянул непонимающе и переспросил:

— Простите, что вы сказали?

Больше не княжич. Не Дэсс. Не СерИв.

Мстислав обернулся к брату:

— Ты этого хотел от миллауша?

Северин потряс головой.

— Я просил частично притушить сознание. Только, чтобы Зеркала не смог разбудить. Зверь! Ты что натворил, гад?

Миллауш отвернулся, сделался плоским, как будто растекся по земле, и прикрыл морду лапой.

Мстислав опустился на камень и тоже от всех отвернулся, сжал ладонями виски. Как глупо — вот так потерять человека… то есть, СерИва… все одно — друга. Довериться инопланетному зверю, с которым не умеешь обращаться, которого не понимаешь… когда и родного брата не всегда можешь понять! Зверь погасил сознание СерИвки-захватчицы, и ты был ему благодарен безмерно, а бедолага княжич едва не умер от горя, и ты просил о помощи того же Зверя, а теперь он погасил сознание Дэсса, и ты не знаешь, как с этим быть. Нелепо. И больно. Кто мог знать, что будет так больно…

За спиной чужим, севшим голосом спросил Северин:

— Анатолий, в чем мы ошиблись?

— Затрудняюсь сказать. Очевидно, в миллауше. — Ясно было, что Кирсан безумно устал. — Север, на сегодня все. Я вызываю техпомощь, и возвращаемся.

Он прошел к глайдеру; оступившись, со стоном ругнулся. Зашелестела, открываясь, дверца. Закрылась.