Межмировая няня, или Алмазный король и я - Валерия Чернованова

Прошло уже минут сорок, а Селани все не появлялась. Я не знала что и думать и, если честно, начала раздражаться. Разве так сложно позвонить и предупредить, что встреча отменяется?! Я тут сижу как дура, время свое драгоценное трачу (которого у меня, кстати, в обрез), вместо того чтобы делом заняться: разыскать холм Расцвета и выяснить, как до него добраться из дома алмазного хама.

Кстати, об алмазных хамах. За невысоким ограждением, густо увитым зеленью, раздался звучный мужской голос:

— Был рад встрече, мируар Демаре.

Я резко вскинула голову. От его сволочного величества меня отделяла каких-то пара метров и живая изгородь, вдруг показавшаяся мне очень реденькой, почти прозрачной. Тонкие веточки с крошечными листиками и мелкими цветами — так себе прикрытие.

— Я бы не отказался от вьярна. Не составите мне компанию, мируар Гроссо? — кивнул Демаре в сторону кофейни.

Я почти почувствовала на себе его колючий взгляд — к счастью, вовремя успела пригнуться. Не отдавая себе отчета в том, что творю, плавно стекла со стула и присела на корточки, сделав вид, что что-то ищу. Монетку там уронила или сережка отцепилась.

— Увы, я спешу. На полдень у меня назначена еще одна встреча, — отказался от предложения незнакомец в строгом темном костюме, и я уж было понадеялась, что Демаре, оставшись без компании, тоже уберется.

Не тут-то было. После крепкого рукопожатия и слов прощания мужчины расстались, и правитель всея Ньерры широким шагом направился в кофейню. В отличие от незнакомца, на бриллиантовом козле сегодня были светлые брюки и легкая рубашка с двумя расстегнутыми вверху пуговицами, а на скулах, как ни странно, даже следа небритости не наблюдалось. Зато все остальное было как раньше: в руке — неизменный портфель, на роже — традиционное железобетонное выражение.

Понимая, что еще одной встречи с Демаре моя психика сегодня не перенесет, и тогда я точно сорвусь и выскажу все, что думаю о его скотстве, я стала осторожно, насколько позволяла узкая юбка, пригибаясь, пробираться к противоположному выходу из кофейни.

Немногочисленные посетители «Лолы» поглядывали на меня с недоумением, но мне сейчас было не до немногочисленных посетителей.

Не хочу видеть Демаре. Не хочу слышать его то колющий холодом, то травящий ядом насмешки голос. Не хочу находиться с ним в одном пространстве!

В одном мире, если честно, тоже не хочу, но пока что выбирать не приходилось. Единственное, что было в моих силах — это скорее отсюда уйти и…

— Мирэль, вы забыли заплатить! — пронесся над забегаловкой громкий оклик официантки.

Черт! Черт! Черт!

Застигнутая врасплох, я резко дернулась вперед. Каблук угодил в выбоину в асфальте, нога неестественно вывернулась, и я почувствовала, что падаю. Шов на бедре подозрительно затрещал, я не сумела удержать равновесия и приземлилась на колени, чтобы в следующий момент услышать ненавистное:

— Мирэль Тонэ?

Приподняв голову, по старой доброй памяти уперлась взглядом в до блеска начищенные туфли Фернана Демаре.

— Чем это вы тут занимаетесь? — поинтересовался он ровным голосом.

— Пытаюсь уйти, не заплатив. Разве не видно?! — огрызнулась я, чувствуя себя зажженной свечой. От всеобщего внимания и шепота, ураганной волной прокатившегося над забегаловкой. Щеки горели, даже холоднючий взгляд бриллиантового кошмара не сумел погасить пожар внутри.

— И вам не стыдно?! — ахнула материализовавшаяся рядом официантка. Уперла руки в бока, воинственно пригрозив: — Мне придется вызвать полиссаров!

— Это была шутка. У мирэль просто своеобразное чувство юмора, — прервал ее на втором негодующем «ах» Демаре и протянул мне руку.

Собиралась от нее отмахнуться, но резкая боль в лодыжке ясно дала понять, что сама я подниматься буду долго и нудно.

— Вы в порядке? — Демаре помог мне устроиться за ближайшим столиком, сам занял место напротив.

— В полном, — буркнула я, замерев на стуле, боясь лишний раз пошевелить пострадавшей конечностью.

— От меня сбегали? — сощурился он.

— Не было ни малейшего желания с вами пересекаться.

— Я так вам неприятен?

Еще и спрашивает!

— А вы сами-то как считаете? — Я потянулась за сумочкой, которую его величество, подобрав с земли, положил на край стола. — И вообще, что вы здесь делаете? Город большой, кафе в нем море, но вас угораздило оказаться именно «У Лолы»!

— Я встречался с детективом, что ведет дело Жизель, — кивнул он на серое, совершенно невыразительное здание через дорогу, над входом в которое темнела надпись «Полицитариат Мальмара». — А не то, о чем вы подумали.

Закинув ногу на ногу, велел официантке принести ему двойного вьярна, а также «все, что пожелает мирэль».

— Спасибо, но мне ничего не надо, — отказалась я, доставая из ридикюля купюру, чтобы расплатиться за свой заказ.

Демаре подался вперед, собираясь меня остановить, накрыв мою руку своей. Я резко подтянула к груди сумочку, только чтобы избежать очередного прикосновения (от прошлого еще рука горела, как если бы несколько минут держала ее в кипятке).

Мужчина негромко хмыкнул и, выпав из амплуа джентльмена, спросил:

— Десмонда ждете? — Пауза, после которой последовала традиционная издевка: — И давно?

— Вас это не касается, — холодно заметила я.

— Что и требовалось доказать… — задумчиво изрек Фернан.

На нас продолжали смотреть: кто прямо, не стесняясь, кто мельком, кидая искоса взгляды. Лодыжка неприятно ныла, поэтому с порывом дождаться возвращения официантки, выплеснуть в высокомерную рожу обжигающий вьярн, вскочить и убраться отсюда, как собиралась, приходилось повременить.

Впрочем, первая часть плана с каждой секундой казалась все заманчивей и была вполне осуществимой.

— Вам так нравится надо мной издеваться? Что это? Лично я вызываю у вас столь сильную антипатию или вы в принципе не выносите женщин? Тогда не удивительно, почему исчезла Жизель.

Голубые глаза сверкнули, как ледники в Арктике под холодными солнечными лучами. Но в тот момент мне было не до его глаз и уж тем более не до его задетых чувств. Наоборот, хотелось наступить на больную мозоль посильнее, в отместку за то, что не раз топтался по моей уязвленной гордости. Чтобы почувствовал то же, что постоянно чувствую в его присутствии я!

— Что бы ни делала, как бы ни старалась угодить вашей семье, вы всегда находите, к чему придраться. Я лажу с вашими дочерьми лучше, чем все их предыдущие няни. Слышала, что близняшки с ними вытворяли… Что после исчезновения матери стали совсем неуправляемыми. Никто не мог с ними справиться. А у меня получается! И тем не менее вы делаете все возможное, чтобы я вас оставила! В первую очередь вы, а не они! Так скажите мне, мируар Демаре, чем я заслужила такое к себе обращение? И потом не удивляйтесь, что при виде вас единственное мое желание — это бежать! Куда подальше и без оглядки. Только чтобы не находиться рядом!