Призвание — миньон! - Татьяна Коростышевская

Николя против обыкновения не стал делать многозначительных пауз:

— Сюда, мой лорд.

Мы вышли из внутреннего замкового круга не скрываясь, через ворота. Я с пажом, Мармадюк чуть позади, прошли мимо миньонских казарм и купальни, в которой все еще горел свет. Узкая тропинка не освещалась даже светом лун, но я знала этот путь, он вел к колодцу, который несколько дней назад я так самонадеянно выбрала своим тайным местом. А тебе везет, Шерези. Ведь все могло бы выясниться в ночь полнолуния, когда ты сидела бы яме в абсолютно не графском обличье.

Николя шуршал чем-то впереди, тихонько поругиваясь:

— Одну минуту, мой лорд. Кто-то завалил вход ветками. Осторожно, мой лорд, там ступеньки.

Спустившись вниз первым, Николя достал из углубления в стене потайной фонарь, щелкнул кремень, вспыхнул огонек.

— Спускайтесь, господа.

Влага из колодца подмыла с одной стороны кладку стены. Странно, что я не заметила этого в прошлое свое посещение при свете дня. Хотя тут еще следовало знать, куда смотреть. Лаз располагался почти на уровне человеческого роста. Паж опустился на четвереньки:

— Прошу, мой лорд.

— Цветочек, лезь первым, — велел Мармадюк. — Если на той стороне нас ждет засада, Ардера будет скорбеть о потере графа Шерези. Но мы справимся.

Я кивнула и наступила на пажескую спину, испытав злорадное удовольствие.

На той стороне нас ждала не засада, а мощенная гнилыми досками улочка.

— Итак, где мы очутились? — спросил лорд Мармадюк, появляясь из дыры. — Можешь не отвечать, я сейчас сам…

Я и не собиралась. В картографии мои способности стремились к нулю, о чем мне не преминул сообщить хабилис Джесард на последнем занятии.

Шут посмотрел на луны, повел длинным носом.

— Туда! — И пошел направо, ухватив меня под руку. — Это, оказывается, в двух шагах. А мы-то с… не важно с кем. Но, представь, нам пришлось сначала выйти к городским воротам, затем… Кстати, у городских ворот я тебя впервые и заметил, ты собирался сражаться с тиририйским горцем, впавшим в боевое безумие…

Все это было как будто сто лет назад и подернулось в моей памяти дымкой. Все, кроме королевы. Так вот чье имя не пожелал упомянуть в своем рассказе шут.

— Почему ты молчишь?

Я вздрогнула, мы уже вышли на небольшую квадратную площадь с двурогим фонарем.

— Прошу прощения, мой лорд. Вы задали какой-то вопрос?

— Я спросил тебя, хочешь ли ты сейчас войти со мной в жилище феи Богдены или предпочтешь бежать немедленно в свое Шерези? Обещаю, что не буду тебя преследовать и даже пришлю со временем фамильный кристалл.

Надеюсь, мое лицо в этот момент выражало удивление, а не испуг. Он знает? Но как?

Играй, Басти! Вспомни, что ты трикстер, даже если и не мужчина!

— Вы желаете заплатить моим телом за услугу?

— Что? — Вот шут лицом пользоваться умел.

— Вы, мой лорд, осведомлены, что, как только мы войдем к фее, нас накроет любовными чарами, но фея вряд ли захочет нас обоих одновременно и выберет меня, как более молодого и… — Я, будто испугавшись предстоящих откровенных слов, хрипло вздохнула. — Миловидного. Вы же, видимо, желаете воспользоваться передышкой и выведать у фаты нечто вас интересующее. Потому что…

Лысая макушка блеснула в свете фонаря, и меня осенило:

— Потому что вчера, мой лорд, вам этого не удалось!

Он улыбнулся и провел рукой по голове.

— Тут ты прав, Цветочек. Одна очень злокозненная леди отправила меня на растерзание к волшебному существу. И это самое существо надругалось надо мною самым бесчеловечным образом, ничего не дав взамен. Только между нами, — он заговорщицки ко мне наклонился, — раньше я отличался волосатостью в разных труднодоступных местах.

Я хихикнула:

— Тогда пойдемте, мой лорд, и потребуем у этого существа все ответы. И, если бывших ваших волос нам не хватит, граф Шерези с удовольствием предоставит свои.

Шут уверенно подошел к скрытой в арке двери. Я трусила просто до обморока. Если фея раскусит колдовство моей фаты? Хотя вряд ли эта Богдена так уж сильна. Шерезийской Илоретте даже в голову не пришло бы брить просителя налысо, тем более еще и в разных местах. Это противно, наверное. Да и стоячей воды здесь нет, а все знают, ну то есть не все, а я точно знаю, что большую часть своей силы фата Илоретта черпала из фейского озера. А если считать за озеро замковый колодец? Он неподалеку, если напрямик.

Вопросы, вопросы, и ни одного ответа. Увидит Богдена чужое колдовство или не увидит? Через мгновение я это узнаю.

Вперед, Шерези, вспомни девиз, вышитый на полотнище в главной зале твоего замка. Промедлить — значит, потерять честь! На тебя сейчас из чертогов Спящего смотрит восемь поколений твоих благородных предков. Не посрами!

Дверь оказалась не заперта. Мармадюк поколотил в нее всеми частями тела по очереди, только что лысой головой не стал, а затем повернул витую ручку и переступил через порог.

— Пойдем, Цветочек. Пожилая леди вполне могла запамятовать, что на ночь нужно запираться.

Я последовала за ним. Прихожая была устлана коврами и вела в залу, в центре которой стоял многоногий резной трон. Подделка! Хотя нет, не подделка, точно пень. Точно такой же, как престол фаты Илоретты. На потолке крепилась люстра, добрая половина свечей в которой уже оплавилась и потухла.

Мармадюк остановился и обернулся ко мне.

— Эту залу я помню прекрасно, а вот дальше…

— Должна быть боковая комнатка — кабинет.

— Почему кабинет?

— Ну не здесь же она зелья варит.

— Они еще и зелья варят?

Я внимательно взглянула на шута, он, кажется, трусил и тянул время. Три хи-хи, ваше лордейшество. Бегите в Шерези, я не буду вас преследовать?

Драпировка была на левой стене и даже не до конца задернутая, я резко отбросила ее и кивнула:

— Нам сюда, мой лорд. Что вы предпочтете — пройти со мной или подождать здесь?

Он вошел первым. Здесь тоже было светло. Я не сдержала испуганного вскрика. На полу у потухшего очага лежало тело. Это была фея. Очень древняя и очень неопрятная. Из-за приоткрытых в гримасе губ виднелись острые треугольные зубы, а уставившиеся в потолок глаза были алыми, как рубины, и абсолютно безжизненными.

— Она мертва, — сказал шут. — Быстро, Шерези, осмотрись. Чего здесь нет, что должно быть у фей? Что у нее взяли?

Меня колотило так, что даже зубы стучали.

— Н-не зн-наю, м-мой лорд. Моя фата никогда не показывала мне больше того, что необходимо.

— Ну ты же общался с ней и даже остался при своих волосах! Быстрее, Цветочек, соберись. Что можно взять у фей кроме информации?